Однажды в Птопае. Дилогия
Шрифт:
Повороты производились в тесном соприкосновении. Лейтенантское ухо "уехало", а вместо него на её скуле оказались его губы, которые неуклонно перемещались по дуге от мочки уха Никуши до её рта... на коем они и замерли в поцелуе.
Сознание девицы плавно потекло вниз, а потом резко вверх - за пределы "башни". (Это и называется: "сорвало башню") Глаза закатились под веки, а тело утеряло остатки тонуса. Она поболтала ногами, руками, подумала и сцепила руки на его спине. (А чтобы не ощущать себя такой расслабленной!)
С момента ухода Шитао и Нико прошло полчаса. Уже совсем стемнело, и пора было трогаться в путь.
– -- Долго они разговаривают, --- справедливо заметил Антонио.
– -- Что за секреты?
– -- Так же справедливо заметил Лео. Четыре брата напряжённо переглядывались, иногда по очереди косились на матушку и отче.
– -- Я пойду!
– -- Вскочил Алехандро.
– -- Дождёмся, --- мудро изрёк согбенный Петро Санчес. Алехандро сел на место, стал пяткой тереть и шуршать по старому коврику рубки.
Перед занавеской в рубку раздались шаги, ткань отдёрнулась и в кухню на свет вошли Шитао и Нико. Не глядя друг на друга, они одновременно сели на скамеечку у стены. Глаза у обоих смотрели прямо и в никуда. И Нико и Шитао имели признаки носового кровотечения.
– -- Я не понял, вы что? Подрались?!
– -- За всех спросил Алехандро.
Оба вздрогнули, шмыгнули носами и одинаковыми жестами оттёрли ноздри, размазывая кровь по щеке к уху
– -- Ужас какой,--- прошептала Клауди. Семейство переглядывалось.
Они не подрались. Кровь из ноздрей шла не в следствии ударов, а в следствии жарких и долгих поцелуев. У обоих поднялось кровяное давление, и соответственно лопнули некоторые сосуды слизистой носа.
– -- Я пойду... буду ... дорогу показывать, --- шибко заторможено и без всякой интонации сказал лейтенант Хо. Он поднялся. Так же заторможено Нико тоже поднялась и проговорила.
– -- Я провожу...
Шитао механически кивнул.
– -- Да что случилось-то?!
– -- Воскликнул Антонио.
Не отвечая, плечом к плечу оба опять вышли.
– -- Пойду и я провожу, --- зловеще прошипел Алехандро. Клауди согласно закивала. Алехандро рванулся вслед за "ушибленной" парочкой.
Когда он вывалился на трап, то увидел: Нико сидит на скутере, на заднем сиденье, а сын Тайбая, как малому ребёнку надевает ей на голову свой шлем и сам застёгивает под подбородком. Вид очень тихого и усмирённого драчуна Нико так потряс Алехандро, что он испытал почти панический ужас от вполне умиротворяющей картины.
– -- Э-э-й! А ну вернись!
– -- Четвёртый Санчес стал вытягивать руку.
Шитао завёл скутер, сел и тронул с места. Нико плотно обхватила его, сцепив руки в замок у него на животе и прижавшись к его спине.
Алехандро забежал назад в Касперо и поднял трап. Бегом вернулся в рубку. За обзорными окнами самолёта впереди них медленно удалялся светоч, висящий над скутером Шитао. Сам скутер выделывал красивые повороты и изгибы вправо и влево.
– -- Да они озверели, беспредельщики малахольные!
– -- Завопил Алехандро.
– -- Точно!
– -- Подтвердил Антонио с интересом наблюдая за кренделями, которые выписывал скутер.
...............................................................................................................................................
Название Холмов на эльфийском:
Ирджери (серебро) , Мрайн (цветочный ковёр), Сай-Изир (лунный серп), Сай-Бокнар (лунный свет), Вравер (магический ветер).
Проний - сверхпрочный пластик. После закалки теряет способность к переплавке. Производство прония, а также этапные работы с ним являются крайне вредными по воздействию на человеческий организм. В готовом (остывшем) виде совершенно безвреден.
"Швыпра кирса инвир", --- ругательство, произнесённое Целепой дословно переводится как "волосатое одно яйцо", что очень оскорбительно для безволосых эльфов и совсем оскорбительно для немного волосатого полукровки - поскольку это очевидный факт, который Ланца больше всего ненавидит в своём теле. Указание на одно яйцо звучит, как сомнение в его способности на нормальную эрекцию.
Продолжение следует...