Чтение онлайн

– О! Как жаль. Надеюсь, ничего серьезного?

– В общем, ничего, – сказал я.

– Мелочи жизни, – добавил Робер.

Мелисса с удивлением посмотрела на меня, потом на Робера.

– Вчера вечером Алена оставила с носом женщина, с которой он разок поцеловался. И вот он считает, что это самый тяжелый удар судьбы за всю его жизнь, – с самодовольной ухмылкой пояснил Робер и театральным жестом воздел руки. – И к сожалению, к сожалению… ему известно только ее имя. Мелани. А ты знаешь кого-нибудь по имени Мелани?

– Ну конечно! – Мелисса засмеялась. – Моя преподавательница музыки, виолончелистка, ее зовут Мелани. Мелани Бертран. Да только наверняка это не она. У нее седые волосы, и целые дни она пилит на виолончели как одержимая. Маленький тощий бесенок с громадной виолончелью. А когда я фальшиво играю, ужасно сердито смотрит – вот так… – Мелисса наморщила хорошенький лобик и прищурила глаза. – «Мадемуазель Мелисса, вы должны заниматься, заниматься и заниматься, – передразнила она старческий ворчливый голос. – Иначе из вас не выйдет толку».

Мы засмеялись.

– Нет, – сказал я, – эта Мелани не та, которую я ищу. Упаси бог.

– Мой друг вбил себе в голову, что должен разыскать ту девушку. Я его отговариваю. Человек может найти более дельное применение своему времени. – Он положил руку на колено Мелиссы и улыбнулся с видом человека, который умеет с толком распорядиться своим временем.

– Все равно я буду ее искать, – улыбнулся я с видом человека, который в этих вещах разбирается лучше. – В любом случае, спасибо тебе, что пришел. – Я поднялся и достал кошелек.

– Ох, его невозможно наставить на верный путь. Вот это я в нем как раз и ценю, – сказал Робер. – Нет-нет, уж позволь мне… – Он отстранил мою руку с бумажником. – А все-таки, Ален, если серьезно: не горячись. Ты же можешь спокойно выждать какое-то время. Сейчас у тебя стресс, хорошо ли это? Она знает, где находится твой кинотеатр, так что, если ты для нее хоть что-то значишь, она сама объявится. Верно? – Он обернулся к Мелиссе, ожидая подтверждения своих слов.

– Необязательно, – сказала девушка. И сразу показалась мне еще симпатичней. Опершись подбородком на руку, она кокетливо взглянула на меня. Переливающиеся зеленые глаза и рыжие, разделенные прямым пробором волосы, закрывавшие виски, узкое личико – она походила на русалку или нимфу ручья. – В общем, по-моему, все это очень романтично. – Она мечтательно вздохнула. – Не сдавайтесь, Ален. Ищите ее.

Двадцать фамилий. Ровно двадцать фамилий и ни одного имени. Я стоял перед зелеными воротами на улице Бургонь и внимательно изучал гравированные латунные таблички возле звонков.

«Задача гораздо сложнее, чем ты думаешь», – сказал Робер. Но тогда он даже не представлял себе, о чем шла речь. И никто не представлял.

А теперь-то стало ясно, что мой друг, о том не ведая, попал в точку, и в этом была некая ирония судьбы. Задача действительно оказалась гораздо сложнее, чем все мы думали, а лучше сказать, она оказалась настоящей головоломкой.

Но в тот четверг, ранним вечером, когда я смущенно и в то же время преисполнившись решимости и известного оптимизма смотрел на таблички с фамилиями жильцов, тепло заходящего солнца еще не покинуло узкую улицу, а я еще не потерял надежды. Ладно, подумал я, дело, разумеется, предстоит непростое, однако оно не превышает пределов возможного.

Я решил действовать планомерно. Квартира Мелани расположена на одном из верхних этажей той части дома, которая в глубине двора, тут сомнений нет, вот и начнем с верхнего ряда фамилий. Что же здесь за фамилии? Можно заметить, что довольно часто имя и фамилия хорошо сочетаются друг с другом, как бы составляют единство. Я стал произносить фамилии, вслушиваясь в их звучание:

– Бонне, Руссо, Мартен, Шевалье, Леблан, Пеннек, Дювалье, Дюпон, Леду, Бошан, Мирабель…

Мирабель? Мелани Мирабель. Очень неплохое сочетание.

Но сначала надо позвонить в какую-нибудь квартиру и под каким-нибудь предлогом попросить открыть ворота.

Сказано – сделано: я нажал кнопку в нижнем ряду, где были звонки квартир, расположенных на первом этаже и, вероятно, в той части дома, которая смотрела на улицу. Подождал. Ответа не было. Я уже поднял руку, чтобы позвонить куда-нибудь еще, как в переговорном устройстве что-то щелкнуло.

– Алло! – Дребезжащий голосок, принадлежащий, наверное, дряхлой старушке. – Алло?!

Я набрал побольше воздуха и решил говорить быстро, но в то же время равнодушным тоном, как будто я один из посыльных UPS, тех самых, что вечно паркуют свои машины где придется, да еще оставляют невыключенными мигающие задние огни.

– Это доставка. У меня тут пакет для Мирабель. Вы не могли бы открыть ворота?

– Алло?! – раздался тот же голос, но теперь он звучал визгливо. – Ничего не слышу.

– Да! Алло! – Я заговорил громче. – Мадам, извините, у меня тут пакет для…

– Алло? Димитрий, это ты? Димитрий! Опять ключи забыл? Ах ты, шалунишка!

Чуть ли не уткнувшись носом в домофон, я заорал:

– Это не Димитрий! Это поч-таль-он! Будьте любезны, мадам, откройте дверь!

Раздался короткий вскрик, в домофоне что-то подозрительно затрещало.

– Ради бога! Умоляю вас, не кричите! Как вы меня напугали… Я, между прочим, не глухая!

И тишина. Наконец последовал настороженный вопрос:

– Вам нужен Димитрий?

– Нет! – крикнул я во весь голос. – У меня…

– Димитрия нет! – пронзительно взвизгнула старуха.

Хотелось бы знать, подумал я со злостью, что за птица этот паршивец по имени Димитрий? Разыгрывалась сцена из плохого триллера про шпионов. Димитрий мне уже порядком осточертел.

– Вот и хорошо, – сказал я, стараясь успокоиться. – Мне не нужен Димитрий.

– Алло?! – крикнула она опять. – Молодой человек, потрудитесь говорить внятно, я ни слова не понимаю. Димитрий будет позже. Слышите? Приходите позже!

Старуха глухая или чокнутая. Или и то и другое. Я решил изменить тактику, к черту подробности. И заговорил отрывисто и громко:

– У меня почта для Мирабель. Пожалуйста, откройте, мадам. Я принес посылку.

Мадам молчала, как будто обдумывая мои слова, – мне почудилось, что я реально слышу, как грузно ворочаются ее мысли.

– Исабель? – крикнула она. – Исабель тоже нет.

У меня вырвался смешок. Куда я попал? В сумасшедший дом? И спросил наобум:

– А Мелани? Мелани здесь? Мелани в этом доме живет? Мелани вы знаете?