Чтение онлайн

Основы Магии, Теория Душ, География… План потерпел провал. Мой случай… был исключительным. Нигде не упоминалось о переселении. Хотя на чтение разного рода литературы я тратила дни напролет.

За окном стремительно темнело, небо затянуло большими тучами. Энни уже сопела под боком, пока я, зевая, читала десятый томик Сущности Материи. Благо читать про магию было делом захватывающим и даже невероятным. Маленькая девочка во мне пищала от восторга и не могла до конца поверить, что волшебство существует на самом деле, пока воочию не увидела, как старик-библиотекарь одним движением руки зажег свечу. Воистину увлекательное зрелище!

Встала с места, немного размяла затекшую шею и принялась возвращать те книги, от которых пользы уже точно не будет.

Когда с этим делом было покончено, я решила в последний раз подойти к высокому стеллажу, где про души упоминалось больше всего.

Скорее всего мне больше не удастся посетить Кванджу вновь. Время было на исходе.

Интересно, когда матушка с сестрой решат, что мне пора замуж? До моего совершеннолетия осталось несколько месяцев. В оригинальной истории помолвка с мерзким бароном произойдет на зимнем балу, и до этого времени я просто обязана что-то придумать.

Проведя несколько минут в таких размышлениях, я засунула обратно “Становление Эленейроса” и достала пятый том “Практического руководства по рунам”, особо ни на что не надеясь. Талмуд был тяжелый и толстый, с кожаной серой обложкой и почему-то с изображением какого-то странного животного: то ли дракона, то ли змеи. Пожелтевшие листы бумаги зашуршали у меня под пальцами, пока я не остановилась на сто пятой странице.

Рэйки

…Первым символом является Чо-Ку-Рэй, который используется для увеличения силы.

Далее на всю страницу шел странный рисунок.

И в конце почти стершийся текст, написанный от руки густыми чернилами:

Ки… Я скучаю, Ки.

Кто такая Ки? Или Ки — это он?

Я нахмурилась, удивившись плохому состоянию книги, и тихо прошептала:

— Ки…

Рисунок сверкнул серебром, скрипнула половица. Я замерла, почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, но обернувшись, никого не увидела. Почудилось, не иначе.

Однако мне стало не по себе. Будто кто-то стоял совсем рядом и наблюдал за мной. Но как бы я не прислушивалась, я слышала лишь мерное сопение Энни рядом и тихий кашель библиотекаря-хранителя.

Да, почудилось, другого объяснения быть не может. Наверное, мне стоит отдохнуть и закончить поиски.

Захлопнув книгу и вернув ее на место, я мягко разбудила служанку, а после мы вернулись домой к ужину с неизменными червяками и лучезарной улыбкой Патрисии.

Однако я не расстраивалась, зная, что в моей комнате меня уже ждет теплое молоко и горячие булочки, а еще приятная компания моих горничных с зажженным камином и тихим тиканьем часов.

Пора действовать.

Если проигравший улыбается, победитель теряет вкус победы.

В гостиной я обнаружила Тернеров в неполном составе. Несколько дней назад отец отправился в Шаттергард по оружейным делам, а я осталась совсем одна на растерзании у Ванессы и Патрисии, которые в отсутствие эрцгерцога вели себя более чем свободно.

— Ария! Эй, ты.

Привыкшая к подобному тону названной матушки, я сошла со ступеней лестницы.

— Да? — спросила я.

— Сядь! — приказала матушка недовольным голосом. При виде меня она поморщилась.

Патрисия пила чай и вышивала герб нашего герцогства на белоснежном платке, полагаю в подарок папеньке.

Я послушно села в кресло, вскинув подбородок.

— После обеда прибудет твой новый учитель. Будь паинькой, ты меня поняла?

Я вся подобралась. Новый учитель? Чем ее не устроила та добрая женщина — госпожа Палмер, которая сменилась после Монтегю? Пусть она преподавала с не особым усердием, однако проблем она не доставляла, чем меня полностью устраивала. И видимо как раз поэтому она не устраивала мою матушку.

— А кто, позвольте уточнить? — спросила я, разгладив полы нового нежно-голубого платья.

Ванесса проворчала:

— Какая разница?! Узнаешь вечером. И что на тебе за убогие тряпки? Хочешь опозорить меня?

Забавно. Только вчера за завтраком она говорила, что я позорю ее всем своим видом. То как смотрю, то какой у меня противный нос и тонкие губы. Каждый раз она находила во мне новые изъяны.

И мне совсем не было обидно… Ну может быть совсем немного. Иногда.

— Вовсе нет, матушка, — покорно протянула я, горя изнутри от гнева.

Я не могу дать ей отпор, пока еще не время. Нужно лишь выдержать второй удар, который неизменно должен последовать за первым. Эта злая женщина успокоится, когда вдоволь наиграется, унизив меня.

— Тогда сними его немедленно! И больше не смей надевать его в моем доме.

В моем доме резануло по ушам. Это и мой дом тоже, однако в поместье я чувствовала себя привидением.

— Хорошо, матушка, — ответила я, склонив голову, чтобы она не увидела мои горящие злостью глаза.

— Госпожа Палмер доложила мне об ухудшении твоей успеваемости. Посмотри на свою сестру, она такая старательная девочка в отличие от тебя, лентяйки. Ты должна благодарить меня за то, что я не запираю тебя на чердаке, как делают многие матери со своим нерадивым чадом в высшем обществе. В качестве наказания Западную Оранжерею ты больше не посещаешь.

Ухудшение моей успеваемости? Очень вряд ли…

Я глубоко вздохнула и ответила, подняв на нее взгляд:

— Нет.

— Что ты сказала? — заверещала Ванесса, и на ее лбу запульсировала вена.

— Я сказала: нет, — мой голос был ровным и уверенным.

Мне нужно присутствовать в Западной Оранжерее в эту субботу.

— Да как ты смеешь! — взвизгнула она, разбив синюю фарфоровую чашку, из которой пила чай.

Я вздрогнула от звона разбившейся посуды.

Она продолжила кричать:

— Я доложу все твоему отцу! Думаешь, он оставит тебя здесь, в Гоэле, когда у твоей сестры дебютный год? Ты позоришь всю нашу семью одним лишь своим существованием! Делай так как я сказала, или я отправлю письмо эрцгерцогу и ноги твоей здесь больше не будет. Предпочтешь вернуться в тот захудалый монастырь?

В монастырь, который вы, матушка, выбрали для меня и отправили этим летом.

Но я даже благодарна: я нахожусь в теле Арии и жива отчасти благодаря вам.

— На случай, если вы забыли, — сказала я спокойно, — отец разрешил мне посещать женские собрания.