Чтение онлайн

Оставляю её заплаканную, и выхожу.

На выходных нужно спустить пар.

Будильник. Варя медленно разлепляет глаза… да, помнит. Мастерская. Пора домой.

За окнами ярко горят фонари. А в кабинете темень.

Кто-то выключил свет? В голову полезли дурацкие мысли, что её не заметили, спящую в кресле, и посчитали помещение пустым. И закрыли.

Девушка вяло поднимается, не прекращая тереть глаза. На пути к столу с лампой стукается коленкой об угол рядом стоящего стула.

– Ёб.....! Хренов стул! – злясь на свою невнимательность и стул.

Добралась до стола, включила свет и наклонилась, чтобы потереть ушибленное место.

– Не ожидал, что ты умеешь сквернословить. – с растяжкой.

Варя резко оборачивается на голос. Не может быть…

Что ему здесь нужно???

Антон сидит на одном из стульев, совсем рядом, вытянув свои длинные ноги и , сложив руки на широкой груди.

– Что ты здесь забыл? – с расстановкой. Чётко. Чтоб не думал, что она его боится.

– Не догадываешься? Варя. – произнося её имя, он даже прищурился.

Что это? Презрение? С какой стати? Всё должно быть наоборот!

– Не догадываюсь! И даже знать этого не хочу! – подбегает к рабочему столу и трясущимися руками начинает быстро собирать тот беспорядок, который оставила после работы над макетом.

Не смотри на него. Просто собери свой хлам и на выход.

– И мне вообще некогда тут с тобой беседы вести, – подводит итог. – так что, можешь не распыляться и идти дальше по своим делам.

Вот так, Варя! Умница! Ты молодец!

– А что же делать, если мои дела здесь? В этом кабинете?

Варвара решает промолчать. Уже понимает, что сказать ей нечего. Поэтому молча сгребает всё своё барахло в сумку и направляется к двери.

Антон продолжает наблюдать за суетливым поведением девчонки, лишь поменяв положение рук, убрав их с груди и, сцепив их замком на затылке, широко расставив локти.

Дойдя до двери, она обнаружила, что та заперта.

Ну, конечно.... всё так банально.

Стоит лицом к двери, не поворачивается. Тонкими пальцами сжимая ручку от своей сумки.

Она слышит, как он встаёт и идёт туда же. Остановился. Прям «над душой».

– Это ты рассказала? – вопрос в затылок.

Недоумение.

Варвара сразу оборачивается. Он так близко. Можно рассмотреть почти каждую линию на его лице.

– Ты о чём? – задрав голову и, смотря прямо в чёрные глаза, обрамленные пушистыми ресницами. Разрез глаз необычный. Потом немного опустила взгляд. Ровный безупречный нос, точеная линия нижней челюсти, чуть пухловатые губы, небольшой шрам на скуле. Волосы цвета воронова крыла. Крепкая шея. Вернула взгляд к глазам и продолжила. – Рассказала, что? Кому?

– То, о чём мы договорились забыть. – чуть склонившись над ней. – там, в уборной. Помнишь? – перешёл почти на шепот.

– Я всё помню! Но по твоему совету, стараюсь обо всём забыть. Только пока что мне не дают это сделать синяки, что ты мне оставил, – поднимает перед ним свои руки, демонстрируя следы на запястьях, – И ты! Который пришёл сюда и задает непонятные вопросы!

Смотрит на синяки, потом в глаза. Злые. Она злится? Интересно…

– Ладно. Всё. – поднимает руки вверх в примирительном жесте. – я вообще пришёл с миром. – улыбается.

Варя, ощетинившись, продолжает смотреть в тёмные омуты.

– Не веришь мне? – отходит на пару шагов назад и облокачивается бедрами на стол. – правда! – улыбка до ушей, а руки, наконец опускаются, и прячутся в карманах брюк.

– Не верю. – вот тебе!

– Слушай, Варя, – увидев вопросительный взгляд, поясняет – да, конечно же я узнал твоё имя, мелкая фурия! Ведь твоими стараниями я проторчал в деканате целых двадцать минут! – решил выложить, как есть.

– Моими стараниями??? Причём тут я? – Варя даже пропустила мимо ушей обидное обзывательство. – Я ничего не делала!

– Знаешь, я поначалу шёл сюда очень злой. И жаждал мести. Но, пока ждал твоего пробуждения, я остыл. И даже, если это ты рассказала, то я почти что не обижаюсь. Я не такой, каким ты видела меня…, там…, – даже брови поднял. Варя решает не перебивать и выслушать всё, что он может ей сказать. – серьёзно, Варя. Просто в то утро столько всего навалилось, я был на взводе. А тут ты… Прости. И в соседней кабинке не происходило ничего такого, из-за чего стоило бы поднимать такой шум… Просто ты не знаешь всего.

– В общем, понятно. – попыталась закончить разговор. – Открой дверь. Пожалуйста. Мне правда пора.

Его бедра отрываются от стола, но сам он остаётся на месте.

– Варь. Я не хотел причинять тебе боль. Прости…

Я мудак. И я хотел. Прости уж…

Она просто заламывает себе пальцы и нервно кусает губы.

А несколько минут назад, ты произносил моё имя щурясь …

– Может, начнем знакомство заново? М? – он делает маленький шаг и руку протягивает.

Она не знает, зачем, но тянет ладонь в ответ.

А он так искренне и широко улыбается....

– Мир? – спрашивает Горький. И она неловко кивает.

– Мне и правда домой надо… – не веря в происходящее.

А он с энтузиазмом достаёт из кармана ключ и подходит к двери.

– Я провожу? – и видя её неуверенность, добавляет. – Я настаиваю! – И снова широкая улыбка.

– Х-хорошо. Пойдём. – и от волнения мнёт рукава на свитере.

Антон выключил свет в мастерской и они вышли в тускло освещаемый коридор. Он запирал дверь, а она пошла вперед… Его улыбка сменилась ухмылкой, а тёплый взгляд на секунду поледенел. Но всего лишь на секунду.

Выпуская кольцами сигаретный дым, Антон сидел, откинув голову, на пассажирском сидении черного Шевроле Камарро. Рядом, опустив своё сиденье и закрыв глаза почти лежал русоволосый сводный брат. Игорь. Гарик.

Свою родную мать Антон почти не помнит. Так, обрывочные детские воспоминания. Самое яркое то, как она от него уходила. От отца, и от него. От маленького четырёхлетнего мальчика, что, захлёбываясь слезами, бежал за автомобилем, который её увозил. Мамаша улетела заграницу, буквально сбегая с новым возлюбленным в новую жизнь. Лишь через пару лет отец успокоился и дал ей развод. Но на порог их дома ей с тех пор вход был закрыт. Да, она особо и не рвалась. Кажется, жизнь с новым муженьком удалась… а ещё через несколько месяцев у них дома появилась Елена – Чудная рыжеволосая женщина, с мелким кучерявым пацаном. Отец сказал, что теперь они будут жить все вместе. А Антон и не был против, потому что устал смотреть на вечно хмурого отца. Да и Елена сразу окружила его тем самым материнским теплом. С мальчишкой они быстро нашли общий язык.