Чтение онлайн

— Может, не стоит? — в последний раз взмолилась я, перед тем как меня безжалостно запихнули в иномарку певца.

Толчок в спину сопровождался неумолимым: «Стоит!» — и я оказалась в автомобиле. Ватанабэ тут же кинулся в машину и для надежности запер двери, явно подозревая меня в намерении сбежать при первой же возможности.

Он успел слишком хорошо меня изучить…

Машина, на которой транспортировали пострадавшую, то бишь меня, была самого что ни на есть эконом-класса и, похоже, повидала много чего в своей нелегкой и длинной жизни. На какой свалке музыкант откопал этот раритет, да еще и за такое короткое время, я даже представить не могла, но вряд ли кто-то возьмется предполагать, что звезда поп-сцены Ямато действительно может передвигаться по городу на таком ржавом насквозь убожестве.

Поездка протекала в молчании, ни капли не напряженном, но каком-то жутко нервозном. Участники In the Dark казались мне даже в разы страшней напавшей черной твари. Она-то хотя бы была одна… И как Такео вообще представляет себе наше знакомство? «Здравствуйте, это моя сам-не-пойму-кто?» В животе зародился холодный дрожащий узел, как накануне экзамена. Мое персональное несчастье тоже казалось взволнованным, но это скорее было радостное предвкушение, будто он давно желал свести меня и своих друзей, а теперь не верил в собственную удачу. И боялся он разве что моего побега в самый ответственный момент. Какая наивность в его-то возрасте… Скорее всего, остальные участники группы не оценят такого мезальянса. Как и того факта, что я буду некоторое время проживать вместе с ними. Этот же… наивный и недалекий уроженец Ямато едва ли не светился от восторга. Не сидел бы за рулем — дала бы в лоб, чтобы мозги на место встали…

Когда мы остановились на парковке позади отеля, я растеклась по сиденью и зажмурилась, страстно желая умереть прямо тут и больше не мучиться. Но после того как передо мной галантно открыли дверь и даже подали руку, чтобы помочь выйти, не стала изображать из себя оскорбленную невинность. Хотя бы потому, что стало безумно приятно: все эти условности этикета на родине Такео были не в чести, ухаживать за женщиной считалось совершенно излишним. Но мое несчастье всеми силами старалось показать, что для него я особенная.

Прошли мы с заднего входа, для персонала. Певец заверил, что заранее договорился, чтобы лишний раз не попадаться на глаза репортерам, которые вполне могли засесть у входа главного.

— Если вот так засветимся по глупости, Айко-нэ-сан [4] меня убьет, — горестно вздохнул Ватанабэ, когда мы зашли в лифт. Голову он заранее втянул в плечи, будто разнос уже начался, и вообще напоминал мне нашкодившего кота.

— Так она же вроде бы ваш менеджер, должна подчиняться, — не очень уверенно произнесла я, плохо понимая суть проблемы.

— Только она об этом не знает…

От этого мне стало еще страшней. Вообще, было чувство, будто меня тащат в логово людоедов с надписью на лбу «главное блюдо». Для того чтобы потенциальная пища не сбежала куда подальше, «поставщик» меня еще и за талию обнял, да так крепко, что, пару раз дернувшись, я пришла к выводу — спасения не предвидится и мне все-таки придется принудительно познакомиться с группой In the Dark в полном составе.

До апартаментов на лифте мы поднялись слишком уж быстро. Я даже не успела себя в руки взять, хотя, возможно, я бы не успела этого сделать в любом случае, даже если бы мы ехали до номера группы год. В лицо и по именам я вроде бы и знала друзей Ватанабэ, но это знание ограничивалось сугубо теми выжимками из Сети, где и сам Такео представлял собой секс-символ десятилетия…

Едва певец открыл карточкой дверь апартаментов, где на время гастролей в Айнваре устроилась вся группа, как свет в холле резко зажегся и мы узрели невысокую девушку в светлом деловом костюме. На вид незнакомка была моей ровесницей. Наверное, тот самый жуткий менеджер. Она стояла в классической позе жены, встречающей пьяного мужа поздно ночью. Даже руки в-бока уперла. Я сжалась от страха и постаралась укрыться за спиной Такео. Надеялась, что если нас решат убить, то с ним менеджеру хотя бы придется повозиться.

— Айко-нэ-сан, — тут же жалобно простонал певец, изображая бурное раскаяние. Надо сказать, съемки в нескольких сериалах для Ватанабэ даром не прошли, получалось очень достоверно. Но, похоже, ему не поверили.

Менеджер зло сощурилась и очень уж нехорошо улыбнулась своему подопечному. По-акульи как-то. И разразилась длинной и экспрессивной тирадой на языке Ямато. Кое-какие выражения были устойчивыми, и я их понимала (не зря все-таки переслушала весь репертуар In the Dark), еще встретилось несколько знакомых бранных слов, так что можно было сделать вывод, что в целом это ругань в адрес безалаберного артиста, а также нелестные высказывания по поводу его умственных способностей.

Потом девушка продышалась, напряглась и заметила, что моя макушка маячит из-за плеча Такео.

Вот тут раздался действительно оглушительный вопль, на который выползла из коридора и пятерка других музыкантов. Сонные, помятые и в пижамах иностранные звезды разом расстались в моих глазах с половиной загадочной ауры небожителей сцены. Сперва они хором начали честить Ватанабэ, пока один, вроде бы Мисаки, младший, который внешне казался кем-то средним между мальчиком и девочкой, не ткнул пальцем куда-то за спину лидеру группы.

Узкие вообще-то глаза у всех молодых людей разом стали идеально круглой формы. И тут начался вообще форменный ад, потому что на пути ко мне эта пятерка Такео просто снесла.

Я всегда считала, что жители Ямато отличаются сдержанностью и благовоспитанностью… Видимо, In the Dark в эту страну просто подкинули враги как редкое оружие массового поражения.

Меня тут же вытащили на середину комнаты, осмотрели, повертели во все стороны… Хорошо хоть щупать и пробовать на зуб не стали. Я только испуганно жмурилась и ждала, когда это все закончится. Должна же этой своре надоесть новая игрушка. Ну, или меня Такео у них отобьет. Наверное. Я очень на это надеюсь.

Спасла ситуацию менеджер, которая на чистом айнварском, видимо, давая мне возможность полноценно поучаствовать в разговоре, начала орать на артистов:

— Эй вы, прекратите себя вести, как стая диких мартышек!!! Что подумает о вас гостья?!

Парни застыли. Задумались и отошли в сторону, встав строем.

— Айко-нэ-сан, ничего страшного! Это же девушка нашего лидера! — тут же прервал словесный поток Мисаки.

— И что с того?!

Почему с девушкой Ватанабэ можно было вести себя таким образом, менеджер не поняла. Я тоже.

— Ну как же… — совершенно растерялся младший, очень невежливо тыча в мою сторону пальцем. — Она же своя… Тем более если она девушка Такео, то непременно должна быть святой!

Тут не выдержали и захохотали все, кроме вконец смутившегося Ватанабэ. Теперь уже он смотрел на меня так, будто надеялся, что я его спасу. Остальные же веселились от души.

— Ну а что? — не унимался Мисаки, размахивая руками. — Мидори-сан [5] сбежала после четвертого свидания, когда он уронил ее со стула. Акико-сан — после третьего, когда на ее новом платье оказалась вся миска горячего мисо-супа. Киоко-сан дала ему отставку, увидев, как лидер навернулся с лестницы. Два раза подряд. А тут — целый год… Однозначно святая!