Одно сердце на двоих
Шрифт:
– Отлично, - протянула Мелиса, - мне хватает ее одной. А это уже чего-то стоит.
– Вот видишь, - Реджина не переставала улыбаться, - значит она очень хороша...
– Очень!
– воскликнула Мелиса, - и что мне больше всего нравится, она всегда рядом и никогда не отказывается.
– А если она откажет?
– решила спросить Миллс.
– Я знаю этот вопрос, - протянула Мелиса и вновь приподнялась на локте, чтобы посмотреть в глаза Реджине, - если она откажет, я подожду до вечера. Или обижусь, и она сама пожалеет, что отказалась. Я не побегу к другой.
– Молодец! Ты меняешься, и меня это очень радует. Она очень хорошо к тебе относится, - брюнетка поддерживала подругу в ее отношениях с Дженнифер.
– Она меня любит, и я это знаю, - самоуверенно высказала Мелиса, - и именно поэтому я увезу ее с собой в Нью-Йорк.
– А ты ее?
– Миллс вспомнила, о чем хотела поговорить с Мел.
– А на этот вопрос я, если буду знать ответ, озвучу его в первую очередь Ченли.
– Я Эмме так нормально и не призналась, - Реджина с грустью выдохнула, - но да ладно. Я хочу попросить тебя остаться здесь и не уезжать в Нью-Йорк.
– Что?
– воскликнула вновь Мелиса.
– Останься, точнее не уезжайте. Тут у вас все хорошо, а там ... Мел, я не хочу, чтобы ты вновь уехала.
– Нет, нет, нет, - проговорила Мелиса, уходя от темы, - я не про это. Ты почему еще не призналась Свон?!
– Я призналась, - Реджина закрыла глаза, - а она сказала я тоже и давай спи.
Мелиса улыбнулась.
– Она тебя любит, - произнесла гинеколог и все же решила, что хватит ей лежать, а пора и поработать.
– Да вот как раз она то и призналась, - тяжело вздохнула Миллс, - и ни один раз, а я...
– Ты же говоришь, что она сказала давай спи? – переспросила Мел, обуваясь.
– Когда я очнулась, она только и говорила, что любит меня и что будет рядом, - Реджина отвечала с грустью, - а я ... я не могу ее обнять, сказать, как люблю.
– Реджи, хватит киснуть, - Мел вновь присела на кровать и взяла Миллс за руку, - что у вас произошло? Почему ты не можешь признаться?
– Я уже очень давно хочу ей это сказать, но мне постоянно что-то мешает. То я просто боялась ее испугать, то в тот день когда мы окончательно стали парой мы повздорили, потом я опять не находила нужного момента. А вчера она так легко сказала я люблю тебя и убежала готовить пациента, - Реджина проворачивала этот момент у себя в голове, - а потом я очнулась и вновь услышала эти слова ... но я опять не смогла серьезно ей об этом сказать.
– Твоя проблема состоит в том, что ты никому после отца Кристиана этого не говорила. Реджи, я поняла, что с тобой. Ты боишься, что, сказав, тебя опять бросят. Ведь так?
– Мелиса была серьезной, - но не бойся этого. Эмма тебя не бросит. Никогда. В этом я уверена.
– Но я же это сказала и ... она ушла, - губы Миллс задрожали.
– Эй-эй-эй, - Мелиса положила ладони на лицо Реджины, заставляя смотреть ей в глаза, - а ну не плакать. Ты сильная, ты сказала, она призналась. Сейчас она прогуляется и вернется. Ты же сама так сказала. Тихо, малышка моя, только не реви.
Реджина действительно была готова расплакаться, - она правда не оставит меня?!
– Нет, - уверенно произнесла Мелиса, - уж кто, кто, но она тебя не оставит. Какой бы идиоткой ты не была.
– Это радует, - Реджина выдохнула, ведь слова любви были для нее самый большим ее страхом.
– Ну что, ты прочитала ей уже нотации?
– в палату вошла Рамирес и самым грозным видом посмотрела на Миллс.
– Прочитала, - выдохнула Айрэс, - но ты только не сильно усердствуй. Она всё поняла, осознала и извинилась. И вообще она у нас нюня. Чуть что так сразу в слезы. Взгляни на эти мокрые наглые глаза.
– Я не нюня, - Миллс шмыгнула носом, - давай, теперь твоя очередь со мной полежать и поуспокаивать.
– Ладно, девочки, развлекайтесь, а я побежала, меня пациенты ждут, - Мел спрыгнула с койки и подошла к Саре, - ты с ней помягче, - тихо и только для Сары подмигнула Айрэс и оставила подругу в надежных руках ортопеда.
– Ну и почему ты сейчас нюня?
– Сара подошла и села на край кровати, откуда только что спрыгнула Айрэс.
– Свон сказала вчера, что любит меня, но я же так ей не сказала, что я люблю ее, поэтому была в шоке. Потом операция и когда очнулась она мне еще раз сказала о своих чувствах, а я не могла говорить. А когда сказала, мне сказали спи, а утром мы повздорили, и она ушла, - вновь повторила Реджина.
Сара, слушая Реджину, хотела рассмеяться на такой детский и невинный голосок, но сдержала себя и с серьезным выражением лица смотрела на подругу.
– Тогда ты действительно нюня, - утвердительно поставила диагноз Рамирес, - ну и что здесь такого? Вы повздорили, такое бывает. Сейчас прогуляется и вернется.
– Как у вас все легко. Я впервые за двадцать лет сказала кому-то с кем сплю «люблю», а она ушла, - Реджина нервничала.
– О, Миллс!
– воскликнула Сара, - ты невыносима. То, что она ушла это не означает, что она ушла из-за того, что ты сказала, что любишь ее. Это говорит о том, что она устала, перенервничала и ей нужно проветриться.
– Слушай, а у тебя когда-нибудь не я виновата? Ты постоянно ее защищаешь, - обидчиво протянула Миллс.
– Потому что понимаю ее, - выдала Рамирес, - мне тоже никто про тебя не сказал, и я готова была прибить Майкла и Мел за это. А уж как она себя от этого чувствовала я даже представлять не хочу.
– Да я не про это, хотя и тут я поддерживаю Айрэс и Джерада. Вам было легче ничего не знать, - Реджина насупилась, - и не нужно тут обижаться как она.
– Я тебе что вздорный ординатор обижаться, - ухмыльнулась Сара и взяла Миллс за руку, - она перенервничала. Дай ей время.
– Конечно же я дам ей время, - Реджина сжала руку Сару, - ложись, полежи со мной. А то мне грустно и не хватает тепла.
Рамирес, не задумываясь, прилегла рядом с Реджиной и приобняла ее.
– С тобой разговаривал Харпер?
– спросила Сара, ведь сама разговаривала с мужчиной вчера.
– Да, - Реджина поджала губы, ведь ей было обидно, что она все же не получит это место.
– Что там за ситуация со Святым Питером? Ты правда хочешь перевестись?
– Нет, ты чего? Я хотела подгадить Эванзу, он хотел перевестись туда, а сейчас я ему сама подарила должность.
– Вот черт!
– воскликнула Сара, - проблем бы вообще не было, если бы он туда перевелся.
– Он уже и не дернется. Я отказалась, по его мнению, я на больничной койке, так что ему все белыми нитками вышито.
– Дааа, ситуация, - протянула Сара, - ну может Харпер что-нибудь придумает и оттянет хотя бы время.
– Через неделю он выступает перед советом, как ты думаешь он, что придумает?
– спросила Миллс.
Рамирес промолчала, ведь действительно ситуация была сложной. И ой как не вовремя Реджина загремела на больничную койку.