Чтение онлайн

– Мне так с тобой хорошо и спокойно, - Реджина улыбнулась, - но нам с тобой не по пятьдесят, чтобы сидеть здесь. Сейчас там праздник и все развлекаются, и я тоже хочу веселиться. Так что поднимай задницу, от которой я тащусь и пошли танцевать.

– Я бы лучше приняла горизонтальное положение, но если ты настаиваешь на танце… - протянула Эмма и встав потянула за руку и Реджину.

– Если я приму горизонтальное положение, так это будет только с голой тобой, - Реджина прошлась очень сексуальным взглядом по Свон, - но это я думаю еще долго не случится, так что пошли в зал.

– А знаешь, я бы разделась для тебя, только бы ты попросила, - подмигнула Эмма, проходя мимо Миллс и выходя из кабинета.

– А ну стоять, - Реджина за руку затянула жену обратно, - я справлюсь и не раздевая тебя, - Миллс повернула защелку.

– Ты же не хотела?!
– хитро протянула Эмма, кладя руки на талию любимой, медленно ползя к застежке платья.

– Ну нет, это слишком долго, - Реджина остановила поползновения Свон, - так что делаем все быстро, - брюнетка в одно движение задрала платье Эммы, - полевые условия, - и вот рука Миллс уже в трусиках жены, - видишь?

– Быстрый трах в чужом кабинете, на свадьбе сына. Хм...
– Эмма облокотилась спиной на дверь, чтобы почувствовать хоть какую-то опору. Ведь такие резкие и скоро приятные ощущения не дадут устоять на ногах.

– О Боже, как я тут давно не была, - Реджина проскользнула двумя пальцами во влажное лоно жены, - если это трах, значит будет настоящий трах, - брюнетка положила большой палец на клитор Свон и начала двигать рукой.

– Только после этого, я тоже хочу почувствовать тебя, и мы отсюда не уйдем, пока я не услышу крики твоего оргазма, - Свон говорила сбивчего и чуть постанывая от удовольствия, такого долго отсутствующего и дико приятного удовольствия.

– В таких ситуациях кто-то один трахает, - Реджина придавила Эмму всем телом, - но я не против получить от тебя оргазм, - Миллс двигалась резко и страстно, целуя любимую в шею.

Эмма стонала и закусывала нижнюю губу, чтобы стоны не разлетелись дальше этого кабинета. Ей так давно не было хорошо, как сейчас, и она с удовольствием насаживалась на умелые пальчики, дарящие дикое чувство блаженства.

Реджина видела, как Эмма подходит к пику, но она не могла упустить возможности насладиться своей любимой полностью. Она быстро подсела и, вытянув руку, хотела прикоснуться своим юрким язычком к набухшему бугорку Эммы, но...

– Миллс, вы здесь? Мне администратор сказал, - раздался настойчивый стук в дверь.

– Нет, нет, нет!
– качала головой Свон, когда услышала стук в дверь и почувствовала ее вибрации у себя на спине, - не останавливайся. Не смей останавливаться, я уже... почти...
– проговорила Эмма через болезненный ком внизу живота.

Миллс и не собиралась останавливаться. Она прикоснулась язычком к клитору Эммы и начала его посасывать. Давно не испытываемые чувства были восхитительны.

– Как я давно тебя хотела, - прошептала Миллс и вернула руку в лоно.

– Реджи, я знаю, что вы там, - Кристина продолжала стучать, - ты мне нужна.

– Как я ненавижу твоих подруг...
– простонала надрывно Эмма и, закрыв глаза, несильно ударилась затылком об дверь. Она чувствовала, что ее такая длительная разрядка близка и еще несколько толчков и Эмма почувствует разливающееся по всему телу тепло, а из глаз посыпятся миллион маленьких искорок. И вот эти такие нужные и необходимые для жизни толчки, и Свон начинает кричать в голос. Но Реджина не дает ей это сделать, накрывая искусанные губы любимой своими, понимая, что Эмму унесло чувство желанного оргазма.

– Вы что там делаете? Миллс, открывай! Неэтично заниматься сексом в чужом кабинете, - стуча в дверь, говорила женщина, - если вы не откроете через десять секунд, я пойду и всем об этом расскажу.

Реджина продолжала целовать любимую, рукой поправляя ее трусики, а потом опустила платье, - я сейчас ее убью.

– Убей и возвращайся ко мне, - Эмма мимолетно целовала губы любимой жены, - я хочу тебя. И сегодня я получу тебя полностью. Не только твои пальчики, но и мою любимую киску, - шептала, чуть прикусив мочку ушка Эмма.

Реджина отодвинула Свон. Приведя себя немного в порядок, открыла дверь.

– Кристина, что тебе нужно?

– Впусти, - Гордон дернулась, чтобы зайти.

– Э, нет! У нас серьезный разговор, - Миллс перегородила подруге дорогу, - иди пообщайся с гостями и Крисом, а мы придем через полчаса.

Эмма улыбнулась на «серьезный разговор», но встревать не стала. Молча слушала Реджину и Кристину.

– Я знаю какой там у вас «серьезный разговор». Твоя блондиночка лежит сейчас на столе с разведёнными ногами, и ты ей отлизываешь, - Кристина давно приняла пристрастия подруги, но никогда не упускала возможности над этим пошло пошутить.

– А вот и нет, - здесь Свон не осталась в стороне и шире открыла дверь, чтобы Кристина ее увидела, - мы трахались стоя. А когда ты уйдешь, я воспользуюсь этим методом. Уложу ее на стол, раздвину ноги и отлижу так, что она потеряет сознание. А сейчас вали отсюда, наш серьезный разговор в самом разгаре!
– сказав, Эмма захлопнула дверь прямо перед носом Кристины.

– Детка...
– от таких слов и действий Реджина пришла в восторг.

Кристина прибывала в легком шоке, но усмехнувшись, вновь постучала в дверь.

– Миллс, она определенно мне нравится! И еще, стоните тише, а то всем гостям скоро станет известен ваш разговор.

– А теперь ложись на стол, задирай платье и готовься терять сознание. Я никогда не пускаю слова на ветер, - со всей серьезностью выдала Эмма, когда Кристина замолкла за дверью.

– На стол? Тут есть диван, - Миллс улыбнулась, - на все другое я согласна.

– На стол!
– Свон была категорична и надвигалась на жену с нездоровым огоньком в глазах.

– Это не наш стол, - Реджина с хитрой улыбкой отступала назад, - может все же диван?

– Свон, я сказала на стол!
– прорычала блондинка.

– Но там бумаги и мое платье. Ты вообще знаешь сколько оно стоит?! И вообще оно привезено из Европы спец доставкой, - тараторила Миллс, - да и вообще, что это еще за выражения. Это пошло.

Эмма уже ничего не слушала. Она в один шаг прижала своим телом Миллс к столу, при этом кладя руки на него.

– Или ты его задираешь, или я его раздираю в клочья и мне плевать сколько оно стоит.