Чтение онлайн

Перед уходом я возле Генки постоял. Точнее, рядом с его клеткой – они как раз семьей погулять вышли, перед ужином. Мать-шимпанзе на ребёнка внимания почти не обращала, потому что он не особо стремился по ветвям прыгать. А сам Генки заботливо укутал мальца в одежонку, что им в начале заморозков принесли, даже обувь сумел на него надеть. Помню, как Урсула восхищалась смекалкой этого монстра. Сам-то урод шерстью оброс, ему и матери маленького мутанта холод нипочём.

Хорошо ещё, что им в халупу отопление провели, а то бы малыш так и жил в тулупчике. Я глядел, как он машет ручонками и пытается повиснуть на ветке, чтобы покачаться как мамаша. Но напрасно.

«Пора начинать взрослую жизнь, – сказал я ему мысленно. – Ты готов, браток? Завтра у тебя начнётся новый этап. Только не вздумай проснуться». Так я взбадривал себя, но нервы у меня дрожали будто струны у лютни. Неужели я так боялся? Мне стало стыдно, и возникла злость на себя. Я должен был вырваться из этой глупой зависимости от Тони и его камайну, стать равным среди них.

После работы я поехал к предкам. С утра не собирался, а к вечеру понял, что мне нужно побыть с ними и успокоиться…

– Сынок! – обрадовался папаша и перевернулся на футоне.

Опять он голик смотрел, а мать читала электронный журнал с экрана и делала какие-то пометки на бумеле. Я поздоровался с ними и к оядзи подошёл, потому что он поманил меня с таинственным видом.

– Дай экстази, – прошептал он мне в ухо.

– Кончились, симатта!

Отец нахмурился едва не до слез и схватил меня сухими пальцами за воротник суйкана. А я тут же стянул его, не париться же в куртке в помещении. Отдавать папаше мухомор смысла не было, какой кайф от психоделика?

– Ну, уважил старика. Жалко, нет у нас больше костюмчиков напрокат, что раньше выдавали, а то бы я заказал тебе! – Я выпучил на него глаза, не понимая. – Девки ещё когда тут работали няньками, были такие, «эйджи» назывались. Специально для тупых прислужниц сделаны! В шлемаке затычки для ушей, стекло мутное и в трещинах, а суставы скрипучие и несмазанные. Забыл, что ли, или не видел? Понятно, кто их в рассудке таскать будет? У них ещё перчатки с иголками были.

– Чтобы наркотик впрыскивать?

– Просто колоть! Наркотик им ещё подавай. Старикам и то не хватает.

– Ну и где теперь твои «эйджи»? Я бы поносил для шутки или продал.

– Разобрали их уж лет пять назад, или выбросили. Людей-то не осталось среди персонала…

Тут подошла мать и уселась рядом, и разговор о странном костюме и дури сам собой прекратился. Она стала интересоваться, как у меня с одзёсамой дела, да про Урсулу. Тут я и вспомнил, что забыл спросить про лечение, когда Урсулу сегодня встретил. Но мамаша и сама об этом забыла, похоже, так что я промолчал, но зарубку в мозгах ещё раз постарался сделать.

– Про чипы толкует, – проворчала офукуро. – То ли в черепушку себе воткнуть хочет, то ли в мышцы, чтобы опять прыгать по лестницам.

– Равный человеку компьютер-чип – силиконовое тело, датчики органов чувств и волноводы вместо нервов! – громогласно объявил оядзи. – Пара лет, и все мои мысли и переживания перетекут в андроида. Чем не новая жизнь в новом теле?

– Тьфу ты, прости Будда. Ты не слушай, Егор, вечно рекламы дурацкой насмотрится и планы строит.

– А то вот ещё что говорят, – гнул своё отец. – У долгожителей температура тела пониженная, инсулина меньше, зато гормона ди-хис, наоборот, больше. Давай гормоном закинемся, ёси? Егор нам в аптеке или в автомате купит. А температуру будем морозилкой понижать, и окна прорубим вместо кондишена. Добудь ди-хиса, Егор!

– Лишь бы всякой дрянью колоться, наркоман, – рассердилась мать. – Морозилку ему открывай. Про жидкий азот ещё вспомни, уж у него-то температура ниже некуда.

– Ну и обливайся им, раз такая глупая!

Они ещё немного поспорили, а я слушал и понимал, что тревога отпускает и словно растворяется в целебной атмосфере родительской квартиры. Да, хорошая штука эти лампы-картины, правильное у них излучение.

Из дискуссии родителей я между делом узнал, что папаша собрался голосовать за Партию вечной жизни, она за тотальное клонирование и пересадку мозга выступает. Оядзи даже успел подключиться к виртуальному референдуму по этому вопросу и проголосовал «за». А мать, оказывается, вынесла суровый приговор новому луддиту, который крушил зарядные устройства для смартов и базовые станции в фонарях. Да уж, старики по полной развлекаются.

– В старости мозги слабеют, и плохие воспоминания пропадают из них первыми. – Отец вздумал пересказать мне какую-то рекламу. – Так что не бойся совершать разные поступки, Егор! Голова сама всё рассортирует. Положительные эмоции гарантированы, особенно если с химией проблем не будет.

– Опять за своё! Гормоны уже не бурлят, вот человек и добреет на пенсии.

– Что же тогда ты такая злая?

– Нет, это невозможно! – совсем рассердилась обасама.

В общем, я зарядился хорошими эмоциями и был готов к свершениям. Только бы до завтрашней ночи мой настрой не испарился… Мать проводила меня до двери, а там показала свои заметки на бумеле.

– Вот, хорошее лекарство появилось, в гранулах, – сказала она. – Как раз для нашего «добряка». Видишь, ожирение, гипертонию, атеросклероз и ещё что-то лечит, и составлено из трав и ягод. Таблетки эти уже надоели. Погляди в автоматах, ёси? На упаковках должно быть про солодку, ревень и крушину написано, запомнишь? Вот, возьми файл с названием. И ты тоже поешь, профилактика лучше лечения. А где твой толмач? – удивилась мамаша.

– В седельной сумке бросил.

На самом деле я старался без толмача ходить и оставил его дома. Теперь я всё время мозг напрягал, старался запомнить разные вещи самостоятельно. Вывески разные, рекламные слоганы и так далее. Получалось пока не очень хорошо, но успех всё равно придёт, верно? Главное – тренироваться.

Я вырулил со стоянки пансионата и почти вырвался на скоростной рукав эстакады, как опять угодил в какое-то непонятное шествие. Что у них тут, любимая дорога для прогулок? Мимо ворот пансионата текла жидкая речушка из укутанных в тёплые плащи демонстрантов с электрическими факелами. Ещё они несли огромные пластиковые корзинки и плакаты. На них было написано: «Сдай смарт!», «Новая жизнь – старым смартам!» и все в таком духе.

– Помогите нуждающимся, – подступили ко мне две девчонки и один отоко. – Бросьте свой смарт не в урну, а в специальный контейнер! Средства пойдут на гохан для бедных. Не засоряйте электроникой окружающую среду. Вступайте в партию новых луддитов!

Парень протянул руку к моему поясу и схватил смарт за питающий провод. А девчонка вцепилась мне в запястья, которые я снял с рогов байка.

– Эй! – осадил я отоко. Пришлось вырвать руки из слабенького захвата девушки.

– Не желаешь помочь нуждающимся? – прошипели демонстранты. – Бакаяро!

Они насели на меня в шесть рук, но я умело оборонил имущество от загребущих рук «помощников». Особенно трудно не было, даже смешно, потому что ребята возились вокруг словно дети. Они могли бы все трое повиснуть на мне, и то бы я не упал, наверное. В общем, я оттолкнул их и крутанул ручку газа.