Однолюб. В руках бандита
Шрифт:
Он целует, и я задыхаюсь, но к его губам привыкаю так быстро, что начинаю давать ответ.
Руками обвила его шею, прижимаясь теснее, грудью в его широкую грудь. Уселась прямо на выпирающую ширинку.
Мыслей в голове не осталось больше, сейчас лишь его тело чувствую, сильное, горячее, и силе этой доверяю, подчиняюсь ей. Мужские руки спустились на талию, сдавили меня, мне совсем нечем дышать, но остановиться уже не могу, меня несет словно, на бешеной скорости, а впереди обрыв, я упаду туда.
Из всех звуков слышу единственный - чирканье ширинки, когда он меня приподнимает. Волнение вперемешку с желанием с ног до головы затопило, я плохо представляла, что будет, реальность - она другая, в ней нет моего страха, и я его не отталкиваю, каждой клеткой, каплей крови стремлюсь ближе с ним стать.
И кажется сейчас, что этот мужчина - мой.
И так быть должно, это было решено свыше, давно, столетия назад.
Так надо - верить начинаю.
А потом словно купол из стекла, в котором мы находимся, вдребезги разлетается, когда в окно кто-то начинает настойчиво стучать.
Открыла глаза и не поняла, где нахожусь. Его машина, кресло, я сижу на нем сверху. Институт, железные ворота, солнечный вечер.
Вот так по-обычному, и не были мы вдвоем во вселенной.
Стук повторился, и я повернулась к окну.
Охнула, различив за стеклом сестру и рванулась между кресел на задние сиденья. Услышала, как Андрей застегивает брюки и сама натянула легинсы.
Как мокро.
Между ног будто потоп.
Вика снова стучит.
– Ты меня не видел, - предупредила умоляюще.
Андрей не ответил. Вжик - стекло поехало вниз. В салон проник ветерок и голос сестры:
– Привет, сосед. Кого ждешь?
– Так. Поступать хочу в ваш институт, - хрипло отозвался Андрей.
– Что?
– поразилась Вика. И до нее дошло: - А, ясно. Ты все шутишь. Угу. Сестру мою тут не видел, не проходила?
– Нет.
– И куда ее опять черт понес?
Андрей пожал плечами.
– Ну ладно, - Вика отступила от машины.
А я помрачнела.
Сестра за меня переживает, с учебы ждет, хочет, чтобы я с ней домой вернулась. А я тут целуюсь и уже почти стала женщиной, в машине, напротив института.
Андрей поднял стекло.
Негромко заурчал двигатель, джип плавно тронулся и выехал на дорогу.
В салоне висит тишина.
Притаилась на заднем сиденье и низко опустила голову, чтобы взглядами с ним не встречаться в зеркале.
Еще бы чуть-чуть - и это случилось, мы с ним уже почти...
– Ты мне все брюки измазала, маленькая, - нарушил паузу его насмешливый голос.
Машинально потрогала влажные легинсы между ног и покраснела.
Сама знаю, что тут мокро.
И что последние минут десять мозг у меня был отключен.
И отключится не раз еще, потому что...
– Куда едем?
– спросила негромко.
– Домой.
Домой. К нему. В постель.
И там закончим.
Глава 30
Андрей остановил машину не доезжая до дома, у супермаркета. Вышел на улицу и скрылся в магазине. Меня с собой не звал - и я осталась сидеть на задних сиденьях.
За окном теплый вечер, по аллеям разгуливают парочки и мамы с колясками, под деревом неподалеку кто-то устроил пикник прямо на траве.
Здесь так красиво, спокойно, эта обстановка меня усыпляет. Не помню, когда в последний раз нормально, долго спала. Не помню, когда ела - сегодня в магазине на мне вся одежда болталась, будто на вешалке.
Нет сил.
Радио бубнит, я проверяю телефон. Сестра пишет, что если я не появлюсь до десяти вечера - она звонит родителям.
Нужно что-то придумать, как-то объясниться с Викой.
А у меня голова не варит.
Распахнулась задняя дверь, и рядом со мной на сиденье бухнулись два пакета. По салону потянулся аромат свежего хлеба, и во рту тут же собралась слюна.
Андрей обошел машину, уселся за руль.
– Спать хочешь?
– поймал он мой взгляд в зеркале.
– Нет.
– Ну ты же врешь, маленькая, - он хмыкнул.
– Вру, - согласилась и подалась вперед, влезла между сидений, - это из-за тебя. С тех пор, как ты поселился в квартире напротив - одни только нервы. И спать было нельзя, вдруг ты бы дверь выломал?
– Не собирался.
– А зачем меня преследовал?
Он остановил джип на пятачке возле дома, заглушил двигатель и молча вышел на улицу. Из салона забрал пакеты. И когда я выбралась наружу, сказал:
– У меня есть один старый рисунок. Там ты. Увидел тебя вживую. И мимо пройти не смог.
Шурша пакетами, он двинулся к дому, я за ним. Про себя повторила эту бредовую историю и поморщилась.
Рисунок, конечно. Думает, я совсем дура, и в любую сказку поверю, он правду сказать не хочет.
Можно было и не спрашивать.
– В душ пойдешь?
– спросил Андрей, когда мы зашли домой.
От этого предложения сразу в жар бросило, и утро пролетело в памяти яркими кадрами. Я и он голые, мокрые, и вода стекает по лицу, струится по телу.
Покачала головой.
– Ладно. Ужин через час, - Андрей сгрузил пакеты на стойку в другом конце огромной гостиной. И пошел наверх переодеваться.
Едва он скрылся из виду - плюхнулась на диван и зажмурилась.
Черт возьми.
В машине возле института я чувствовала себя уверенно, казалось, все, что происходит между нами - давным давно прописано в судьбе, словно исходный код. Я целовалась с ним, голову потеряв, на что угодно была готова.
И если бы Вика не начала долбиться в окно...
Сейчас мне стыдно, страшно, и я даже смотреть на этого мужчину стесняюсь.
Его долго нет.
Подняла глаза на лестницу, ведущую на второй этаж. Там его спальня, я там еще не была. Может, он не спускается потому, что в кровати меня ждет?
В ответ на мои мысли прозвучали шаги. И на лестнице показался Андрей в домашних брюках и черной майке, обтягивающей необъятную грудь. Он спускается, я пялюсь - какой же все-таки красивый этот медведь.
Встретились взглядами - и на его полные губы наползла усмешка.