Одноразовые близкие
Шрифт:
Отвечаю: «Все взаимно».
Круглов обрушил на меня кучу разрозненных состояний, он – средство, которое выбило меня из маленького мирка в хаос.
Последние две недели были самыми увлекательными за несколько лет. Мы болтаем по телефону, гуляем, я пишу ему письма и боюсь принять, что он мне очень-очень нравится. Только не как парень.
Начинаю замечать, что у меня его интонация, словечки, да у меня его зажигалка с рваными от крышек краями! Даже иногда пахну им. И что я так отбрыкиваюсь? Но секс автоматически сделает нас больше, чем приятелями-собеседниками. Мы станем любовниками, даже если только попробуем. Неужели он не понимает?
***
Сегодня он в красных трусах «Calvin Clein». Нет, он пока еще в джинсах, я вижу лейбл резинки, выглядывающей из-под пояса.
Он думает, что кого-то возбудят разные имена на трусах, как будто кто-то будет их читать, когда он разденется. Или кому-то более интересен его Channel, чем запах пота, особенно, если причиной потоотделения станет секс. Я выжидаю, начнет ли он складывать трусики после того, как их снимет.
Мне не нравиться, как целуется Круглов, но я знаю, что это ненадолго. Скоро мы притремся друг к другу.
Он раздевает меня. Раздевается сам. Входит. Замирает. Выходит. Ложится рядом, прикрывает глаза ладонью и произносит: «Я не могу».
7. «Хочешь ее дотрахать?»*
– У него физиологические проблемы, патология НПО*? – такое ощущение, что я не видела Ленку вечность.
Мы сидим в кафе «Ассорти». Я только закончила свое повествование о трех неделях без нее. Лежу на бежевом дерматиновом диване и курю, рассматривая венецианские маски и оленьи рога. Ленка пьет шампанское и ест клубничное мороженое. Она хочет, чтобы я разделила с ней запретный десерт. Я ковыряю клубнику ложечкой и отпиваю кофе.
– У него все в пределах нормы, без эректильной дисфункции, – заканчиваю осмотр.
– Ну, я просто не знаю, что предположить. Остается … ты у него первая. – Ленка явно довольна своей догадкой.
Кофе уже пошел по носовому проходу вверх.
– Ты упала? Ему двадцать пять!
– Только ты такая дура ему дала. Ян, он облажался.
– Ты жестока.
– Еще скажи, что я не права.
– В любом случае, я буду считать это досадным недоразумением и попробую еще раз.
– И охота тебе возиться?..
***
И снова теплая июльская ночь, которую я провожу в компании Круглова. Нет, мы не лежим в объятьях друг друга, мы сидим в аллейке и говорим. Неважно о чем, главное, вместе.
Район спит; это видно по черным окнам, это слышно по несмолкающему гулу шоссе, это чувствуется по прохладе, предвещающей скорое утро.
Мы празднуем месяц наших непонятных отношений. Мы чокаемся за стечение обстоятельств, и, конечно же, за Славку, который, наверно, икает во сне от наших благодарностей.
Круглов, как всегда, стоит напротив. Время от времени он садится на корточки и обнимает меня. Периодически уединение нарушают подростки, идущие в ночную палатку.
Конец ознакомительного фрагмента.