Одной нитью связаны
Шрифт:
– Прости, – он быстро взял себя в руки. Мгновенно закрылся, спрятал эмоции. Встал и дернул ворот рубашки.
– Я все понимаю, – сказала, прикусив губу.
– Если что-то понадобится – ты знаешь мой телефон.
Ксюша рассеянно кивнула.
В отличие от Клавы, ему можно звонить в любое время суток. Он примчится, несмотря ни на что, хотя работает не меньше жены. А вот будущая мать не готова, по ее же собственному выражению, «реагировать на все ее «хотелки». Только если реальная угроза нависнет. Но она не нависнет, ведь Клавдия все контролирует. Анализы в порядке, врачи уверяют, что беременность проходит легко, а что чувствует та, что носит под сердцем их ребенка, – ей наплевать с высокой башни.
Вспомнилось, что как-то вечером разболелся зуб, а обезболивающего не было. И аптека, как назло, уже была закрыта. Написала Клавдии, описала ситуацию, попросила прислать кого-нибудь с лекарством, на что получила равнодушный ответ: «Перетерпи». А Егор неожиданно появился через полчаса, отвез ее в круглосуточную стоматологию. Оказывается, услышал телефонный разговор, собрался и приехал. А потом, после окончания всех процедур, привез обратно домой. Конечно, Ксюша понимала, что они ничем ей не обязаны. Но этот момент поразил ее так глубоко, что она запомнила все до мельчайших деталей.
Рядом с Егором она чувствовала себя фарфоровой статуэткой. Он буквально трясся над ней, выполнял любую просьбу, отчего Клавдия бесилась. Хотя ничего лишнего он себе никогда не позволял.
– Заботиться надо о ребенке, а не о ней, – пробурчала как-то она.
– И о ней тоже, потому что в ней живет наш ребенок, – парировал он.
После этого упреки с ее стороны прекратились, но неприязнь осталась. Нет-нет, да и скользнет во взгляде или интонации. Те же бесконечные нотации, Клавдия как будто специально хотела вывести ее из себя. Ревновала, наверное. Хотя Егор уделял ей внимания не меньше.
Щелкнув замком, Ксюша отбросила сумку и вжалась в дверь, так, что кости заныли. Ну почему она все время о нем думает? Что за наваждение? Когда она успела так эмоционально к нему привязаться? Самое ужасное, что видеть его придется еще не один месяц. Как же тяжело! Тяжело совладать с эмоциями, отрицать, что впервые в жизни влюбилась, как девчонка! Всегда такая сдержанная, спокойная, уравновешенная сейчас вся как оголенный нерв! И что толку? Только мучает себя!
Как ни пыталась прогнать мысли о Егоре, они все равно налетали, как птицы.
«Он всего лишь заказчик, – мысленно сказала она себе. – Вот так, жестко и хладнокровно – заказчик. Я не должна себе ничего надумывать. Все, что меня с ним связывает – это ребенок. Как только я рожу, мы разойдемся. Все. Надо зарубить себе это на носу и перестать страдать ерундой».
Жаль, что эта мантра действовала ровно до того момента, пока она снова не пересекалась с Егором. Мысли налетали опять уже до следующей мантры. И так по кругу. Ксюше начинало казаться, что она медленно сходит с ума.
Глава 3
– Как видишь, диета работает.
– А что за диета?
– Она основывается на анализах крови. Диетолог смотрит на них и подбирает список разрешенных и запрещенных продуктов, – терпеливо объясняла Клавдия подруге. – У меня никогда не сочетается, скажем, мясо с картошкой или сыр с крупами. Только по-отдельности.
«Спокойно, ты выдержишь, выдержишь… Совсем скоро домой», – мысленно убеждала себя Ксюша. Она без конца смотрела на часы, даже не скрывая того, что ждет не дождется, пока приедет водитель и отвезет ее на съемную квартиру.
Клавдии вздумалось позвать ее в свой загородный дом на выходные под предлогом, что ребенку будет лучше на свежем воздухе. Если мадам что-то решит, то проще сдвинуть гору, чем отговорить ее. Пришлось согласиться. И хоть большую часть дня Ксюша провела в выделенной ей комнате, потому что хозяйка дома в основном болтала с подругой, все равно чувствовала себя не в своей тарелке.
– Да, диета и вправду работает, – восхищенно присвистнула подруга. Ната, кажется. Или Маша. Да и какая разница. Ксюша не желала вслушиваться в разговор. Минуту назад они обсуждали, какие ползунки купить ребенку. Она старалась отгородиться от этого, чтобы не думать лишний раз о ребенке, не привязываться к нему. И, наверное, впервые была благодарна Клаве за то, что та не вовлекала ее в подобные разговоры.
– Такая же красавица, что и десять лет назад, – продолжала восхищаться Ната-Маша, оглядывая подругу. На Клавдии был брючный костюм свободного кроя в сочетании с белоснежной футболкой. Но даже в таком виде она умудрялась выглядеть на «отлично». Правда, Ксюша считала, что причина этого совсем не в диете. Блеск в глазах – вот что преображало ее лицо. Говорят, счастливые женщины самые красивые. А Клавдия явно была счастлива.
– Спасибо. Ладно, мы отвлеклись. На чем мы остановились? – женщина сосредоточенно вгляделась в планшет. – Мне нравится голубой.
– Хм… Этот цвет обычно выбирают мальчикам, а не девочкам, – заметила ее подруга.
Ксюша уныло посмотрела на висящие на стене часы. Сколько там? Полпятого? Ох, как же тянется время! Хоть бы водитель не задержался, погода отвратительная. Дождь, ветер, ветки гнутся так, что, кажется, вот-вот дерево вырвет с корнем. Ксюша поежилась, глянув в окно. Утром ничего не предвещало. А после обеда там, наверху, словно сговорились пощекотать ей нервы.
Хорошо здесь, пожалуй, только коту. Свернулся рыжим клубочком в кресле и спит, забавно высунув язык. Нагулялся во дворе на солнышке и прилег отдохнуть. А в квартире такой свободы нет.
– Глупости. Кто придумал эти дурацкие стереотипы? – недовольно протянула Клавдия.
Ксюша подняла бровь. Забыла она, что ли, как недавно выносила ей мозг, доказывая, что беременным нельзя постригаться, вязать и есть нектарины? Но Ксюша, конечно же, промолчала, только перелистнула страницу. Надо хотя бы создать видимость, будто увлечена книгой, которую всучила ей Клава. Да и привлекать к себе внимание совсем не хотелось.
Невольно пробежалась взглядом по строчкам:
«Вот я и замужем – миссис Хантингдон, хозяйка Грасдейл-Мэнора. Позади восемь недель семейной жизни. Жалею ли я о сделанном мной шаге? Нет… хотя в глубине сердца не могу не признать, что Артур не тот, каким он мне казался, и если бы я с самого начала знала его так хорошо, как знаю теперь, то, наверное, не полюбила бы».
Невольно увлекшись написанным, не сразу расслышала слова:
– Смотрю, не получилось у тебя мальчика выдрессировать. Не ведется.
Голос, полный ехидства, принадлежал подруге Клавдии.
– И это неудивительно, когда вокруг столько привлекательных женщин, – продолжила она. – Ну не смотри на меня так. Я же вместе с ними работаю и знаю точно, что все, кто в их команде, включая твоего мужа, ходят по саунам и имеют несколько любовниц. Это уже ни для кого не секрет. А ты что, не в курсе?