Чтение онлайн

Выяснив у них все, что мне было нужно и, взяв клятву молчать, про окруженцев я не спрашивал, это могло навести на подозрения, вернулся к лагерю. Там после ужина я подумал было поговорить с лейтенантом о Большой земле, но решил оставить это на потом.

На следующий день, мы начали операцию. План у меня был давно сформирован, поэтому оставив лейтенанта дожидаться сигнала на дороге, мы с Иваном направились к селу, где нас встретил один из пионеров. Именно он незаметно и провёл нас к дому, где ночевали немцы. Всё прошло на удивление нормально, штатно я бы сказал.

Часовой был, полусонный полицай, он только выпучил глаза, когда увидел перед собой самого настоящего командира красных, и тут же получив лезвие ножа в горло, захрипел и сполз по забору. Дальше тоже не было ничего не обычного. Я вошёл в дом, а Иван страховал меня снаружи, отслеживая окна.

Пройдя в дом, я определил, где сложено оружие, немцы аккуратисты оставили его у входа и, достав нож, стал склоняться над каждым, нанося один единственный, но верный удар ножом. Из немцев так никто и не проснулся.

Вот тут меня ждала первая неожиданность, третий, спавший не на кровати, а на лавке, был не немцем, а полицаем, хотя я точно знал, что их было трое. Быстро выскочив во двор, я обнаружил Ивана, который катался по земле в обнимку с моей пропажей. Судя по его расхристанному виду, наше нападение застало немца в туалете.

Подскочив, я нанес прикладом удар по голове немца, вырубив его.

— Вяжи, — приказал я Ивану, и направился обратно в дом, нужно проверить тела, и добить в случае нужды. Я не успел это сделать.

После этого мы направились ко второму дому, где жили полицаи. Все они были не местные, поэтому жили в одной хате, как я понял объяснения пионера Сережи, хозяев, еврейскую семью они вывезли и что с ними стало, никто не знает. Хотя подозрения у жителей деревни были. У бывших хозяев была красивая дочка, пятнадцатилетняя Соня. Больно уж на неё масленно поглядывал Боров, а когда семью вывезли и полицаи вернулись у Борова были царапины на щеке. Глубокие, нанесённые явно женской рукой. Больше об этой семье никто не слышал, может их останки до сих пор, где в лесу лежат. Кто знает?

Тут часового не было, даже дверь не была заперта. Пройдя в хату, я дал короткую очередь и заорал благим матом:

— Встать твари! Поубиваю всех нах. н!

Психологический прессинг помог, никто даже не подумал схватиться за оружие. Винтовки я прибрал, сложив под ноги, но у полицаев вполне могли оказаться пистолеты под подушкой. Двое упали на пол закрывая головы руками, другие рванули к окнам. Достав пистолет, я успел пристрелить одного, двух других завалил Иван, когда они вывалились во двор. В живых осталось только трое. Да и то один оказался подраненным.

Выведя их на улицу, я держал полицаев на прицеле, пока Иван их вязал, после чего проверив проделанную работу, спросил:

— Ты своих под оконном проверил?

— Нет ещё, — отрицательно покачал он головой.

— Проверь штыком, ударь несколько раз. Тебе это в практику, чтобы руку набить. Работай.

Тот держался молодцом, бил штыком трупы по несколько раз, хотя вернулся бледным, готовым вот-вот выплеснуть вчерашний ужин.

— Нормально, — похвалил я его. — Но в следующий раз проводи контроль без напоминания. Ясно?

— Да.

К этому времени стал собираться народ. Попросив одну из девочек помочь привести сюда телегу со штурманом, взрослее из детворы никого не было, а эта видать смелая, я вернулся к полицаям, подойдя к ближайшему.

— Так ты значит и есть Боров? — спросил я у здорового мужика, который действительно формой лица имел некоторое сходство с этой животиной.

— Ну, — хмуро бросил тот.

— Мне нужна информация о твоих соседях, что стоял в ближайших селах. Валяй, выкладывай всё.

— Пытать будешь?

— Буду, — просто ответил я, и вопросительно приподнял левую бровь.

Тот запираться не стал и рассказал не только о полицаях, но и о немецких гарнизонах. Знал он немало, так как не раз со своими людьми участвовал в облавах и захватах окруженцев и загоне летчиков, что сбили над этими территориями.

Чуть позже из толпы начали раздаваться вопросы, пришлось на них отвечать, тут как раз прибыл Захаренко с малолетними помощниками. Потом ко мне обратилось семеро человек из окреженцев, которые в основном остались на оккупированных территориях из-за ранений, восьмая была военврач. Вот она не особо охотно присоединилась к нам. Всё её в жизни в селе устраивало, но она отправилась следом за своим капитаном, который у меня в отряде занял место зама по тяжёлому вооружению. Будет артиллерия, примет командование, хотя он был гаубичником, командир батареи.

Так что теперь у меня было двое командиров, причем фронтовиков, которые не раз смотрели смерти в лицо. Остальные четверо были обычной махрой, пехотой, хотя один имел звание сержанта. Но он был сугубо мирной профессии. Повар.

Был ещё один сержант, заряжающий их экипажа Воронина, но на него без содрогания смотреть было нельзя. Это Воронин с пятнами ожогов на лице смотрелся принцем, его подчиненный же пострадал куда сильнее.

После знакомства и того как я записал бойцов в свой отряд выяснилось что все они хорошо знали нашего врача, именно она занималась их лечением. Это меня заинтересовало, так как Семенова работала не только в этом селе, но и выезжала в соседние, взяв на себя обязанности сельского фельдшера. Кушать тоже ведь хотелось. Именно от неё я и получил интересные сведенья об окруженцах. В округе их было немало. Правда треть отсеивалась. Некоторые потеряли руки и ноги. Как это ни жёстко, но меня они не интересовали.

Кроме этого пополнения, было и другое. Двое детишек. Та самая девочка, что я отправлял за штурманом, и её младшая сестра. Они были детьми командира РККА, и оставлять их в селе было преступно. Немцы после того что мы сделали, пройдут часто гребёнкой и найдут их. Так что с нами шанс у них выйти на Большую землю, хотя бы был.

Пока наша группа была сбродом, хоть и с единым командованием. Мне не нравилось, что многие были в гражданской одежде, можно сказать в смеси красноармейской и гражданской. У меня были запасы формы, однако требовалось время, чтобы переодеть и нормально оснастить зарождающиеся подразделение. Эти три дня предполагаю, пройдут в цейтноте, работать будем на грани фола, но надеюсь, найдётся время, чтобы привести подразделение в нормальный вид. Ведь встречают по одёжке, вернее внешнему виду. Вот и надо соответствовать.

Формировать подразделения я буду, когда соберётся больше народу и появится нормальное вооружение. Мне требовался нормальный начальник штаба, зам по тылу, тот же ротный старшина, что будет следить за имуществом, нужен был командир разведвзвода. Пока хватит, это по насущным проблемам. Остальное переживём. Нужно подумать, начальником штаба можно назначить капитана Семенова, думаю, потянет. Он, при встрече без проблем перешёл под моё командование. Командиром разведвзвода можно поставить танкиста, думаю, как временная замена потянет.