Чтение онлайн

Однако мы опоздали, группа прикрытия заметила колонну техники, что двигалась по шоссе на Курск к Хомутовке. В колонне было три машины, бронетранспортёр и два мотоцикла. Неполная рота, однако.

Мы с Лучиком в этом время как раз просматривали документы офицера, его отправили в мир вечной охоты, всё равно немца никто не понимал, когда прозвучало это сообщение.

— Подразделения к окраине села. Дадим им возможность въехать в село, после чего ударим в упор из пулемётов и автоматов. Первый удар, самый значимый, будем быть на расплав стволов.

Группа прикрытия на колокольне осталась на месте, въезд на шоссе ими контролировался, а мы бегом бежали по улице занимать свои позиции. Делать всё приходилось на грани фола, но мы успели. Раненые и лётчики остались у комендатуры, продолжая возиться с трофеями, с нами пошёл только штурман со ШКАСом.

Бойцы быстро сосредоточились за заборами и срубами домов, велев жителям, которые уже давно успели проснуться и пообщаться с бойцами, спрятаться. Наконец послышался рёв моторов, и показались мотоциклисты, что первыми въехали на улицу и проследовали к комендатуре. Нас они пока не заметили, хотя опасливо крутили головами. Десантники укрываться умели.

Там дальше их ждут трое автоматчиков. Четверо мотоциклистов им были вполне по зубам. Более того, я попросил не повредить технику. Она нам ещё пригодится.

Когда основная колонна въехала на улицу в кузова бронетранспортёра и грузовиков полетели гранаты и раздались длинные очереди пулемётов и автоматов. На том фоне незаметно щёлкали снайперские винтовки, но свою жатву они тоже собирали.

С раненой рукой было тяжело стрелять, но я справлялся, положив ствол автомата на перекладину забора, я короткими прицельными очередями бил по машинам противника. В трёх метрах от меня один из десантников-пулемётчиков длинными очередями выпускал патроны из пятидесяти патронного дискового магазина. Работал он один, без напарника, МГ позволял это делать.

Несмотря на неожиданный и сокрушительный удар, немцев оказалось всё же много. Десяток солдат успели покинуть последние машины, преодолели забор и атаковали одну из позиций. Где завязалась яростная рукопашная схватка.

Надо сказать, взвод Лучика и он сам были переброшены недавно с Дальнего Востока и в боевых действиях участия еще не принимали. Так что, для них это был первый бой.

Вскочив на ноги, разряженный автомат бултыхался на боку, пока злой Борисов пытался сменить диск, я достал из кобуры пистолет и, проломив телом соседний трухлявый забор, оказавшись в центре схватки, открыл огонь по фигурам в форме мышиного цвета. Выстрелив четыре патрона, я оказался на земле — меня подсекли сильным ударом по ногам. Дело спас разъярённый Борисов, который открыл огонь из автомата и добил оставшихся противников. На этом бой закончился и уже были слышна перекличка десантников, которые начали осматривать тела перебитых немцев и технику.

С кряхтением встал я крикнул:

— Доклад!

— Цели уничтожены, потерь нет!

— Цели уничтожены, один легкораненый!

— Цели уничтожены, потерь нет, — расслышал я ответ Лучика.

— Цели уничтожены, двое раненых, один тяжело, — закончил доклад сержант Суриков.

— Осмотреть тела немцев, собрать вооружение и боеприпасы, осмотреть технику.

Бойцы рядом тоже осматривали себя, снимали с немцев амуницию и выносили на улицу вооружение. Присев у тела бойца, в груди которого торчала рукоятка немецкого штыка, я пробормотал, щелкнув ногтём по рукоятке:

— А вот и первые потери.

Вдруг десантник открыл глаза и тяжело задышав, посмотрел на меня.

— Санитара!!! — заорал я вскакивая.

Через полчаса наша колонна из двух грузовиков набитых десантниками и трофеями, подчищенного бронетранспортёра, который особо не пострадал, в сопровождении трёх мотоциклов выдвинулся из села и направился в сторону Чернигова. Тот боец, что получил ножевой удар в грудь, прожил ещё десять минут и тихо умер. Эта была первая потеря в подразделении, поэтому пребывавшие в некоторой эйфории бойцы тяжело встретили эту потерю. Парни служили в этом взводе не один месяц и хорошо знали друг друга.

Капитан и штурман умели водить машины, а мне нужны были все бойцы, поэтому лётчики сидели в кабинах и управляли грузовиками, остальные были распределены по машинам и мотоциклам.

Пользовался я той же схемой что и при действиях мангруппы, поэтому бойцы были одеты в немецкую форму. Большей частью те, кого можно было рассмотреть снаружи. Формы было много, даже слишком, немцев взяли спящими, так что она не пострадала.

Лучик одел форму офицера, мне размер не подошёл, а я получил с нашивками фельдфебеля. Вот она мне подошла.

Выехав с второстепенной дороги на шоссе, по которой двигалась колонна в противоположную от нужной нам сторону, поэтому мы выехали на трассу и погнали к Чернигову. Через полчаса мы догнали какую-то колонну, но это были не снабженцы. Грузовики транспортировали зенитки.

Десантники на передовых мотоциклах уже были предупреждены, поэтому, не обгоняя, мы пристроились в хвост этой колонны, и так ехали порядка трёх часов. К обеду после моста через речку колонна свернула, а мы последовали дальше.

Среди взятых трофеев было достаточно продовольствия. Ввиду того что у десантников при себе был только суточный рацион, основной упор делался на боезапас, трофеи радовали, на несколько дней можно не думать о продовольственной проблеме. Время было обыденное, поэтому мы решили встать и подкрепиться. Однако на следующем перекрёстке стоял регулировщик, который взмахом палочки отправил нас в глубину леса.

— Берём его, — скомандовал я.

С последнего грузовика спрыгнуло двое бойцов, и быстро скрутили регулировщика, сняв с него карабин и отобрав жезл. Пока тройка бойцов проверяла опушку леса, мало ли кто там прячется, бойцы пытались допросить немца, а я велел отогнать технику подальше по дороге в глубину леса. Может хоть жестами пояснит, что находится в той стороне, что туда всех направляют. Однако немец оказался и не немцем вовсе, а что ни на есть настоящим литовцем, который нас отлично понимал, что выяснилось, когда он облил нас потоками брани. Воодушевлённые бойцы с энтузиазмом продолжили допрос. Один из бойцов, что телосложением по суше надев каску регулировщика, побежал к перекрёстку, чтобы заменить его. В отличие от настоящего регулировщика, наш отправлял всех немцев дальше. Не хрен им делать в этом лесу.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил я, заметив, как ко мне направляется Лучик.

— Похоже наши, товарищ майор. Эта сволочь сказал, что был обнаружен сгоревший остов севшего на вынужденную транспортника. Он дымом себя и выдал. Немцы там всё осмотрели, определили, что наши ушли. Сейчас по их следам идут егеря. Пленный не знает точно, но вроде наших загнали в этот лес и отжимают к озёрам. У него приказ направлять все боевые подразделения по этой дороге. Там дальше должен стоять ещё один регулировщик, рядовой Шульге.

— Отлично, грузимся. Идем следом за немцами. В случае нужды, ударим им в спину. Всех регулировщиков берём на нож. Выдвигаемся, — скомандовал я.

Наша колонна, ревя моторами грузовика, бронетранспортёра и стрекоча глушителями мотоциклами, двинули дальше, оставив в кустах тело литовца.

Буквально через пару километров на следующем перекрестке не особо накатанной лесной дороги, нас направили дальше. С последнего мотоцикла дважды сухо щёлкнул выстрел из бесшумного пистолета и мы, не останавливаясь, проехали дальше. Чем дальше мы углублялись в лес, тем лучше было слышно перестрелку. Правда, я бы не сказал что активную. Скорее она была вялая.