Чтение онлайн

— Ка-ра-ул! — закричал Антон и, срывая на ходу одежду, отфыркиваясь, вокруг лодки наступал на жену. Брызги летели во все стороны! Света хотела было отступить, но было поздно. Антон увлёк своё сокровище подальше в тёплую, как парное молоко воду и, успокоившись, они поплыли рядом. Светлана плавала неважно, но, облокотясь на плечо Антона, чувствовала себя любимой повелительницей мира. Ну, может быть не всего мира, но счастье лучилось из её глаз. Наплававшись, они выбрались на берег, погрелись на солнышке. Их аппетит через здоровые желудки внятно и доходчиво напомнил: пора готовить уху!

— Чистить рыбу будем вместе, — заявила Светлана, — а вот варить уху будешь ты. У тебя это лучше получается. Я же буду на подхвате.

— Ладненько, — согласился Антон и они принялись за работу. Чешую, внутренности, жабры окуней и плотвичек — долой. Тушки рыб несколько раз промыли водой и — в котелок. Картошку почистили, промыли, нарезали небольшими ломтиками. Извлекли из рюкзака лук, лаврушку, перец и соль. Все ингредиенты в наличии и готовы к использованию по прямому назначению!

— Ха, ха — костёр уже горит! На рогульках подвешена палка с котелком — дело идёт и спорится.

— Не подкладывай под котелок много дров — нам нужно поддерживать не пламя, а жар. Иначе плакала наша уха — убежит! — предупредил жену Антон.

— Смотри, она кипит уже давно, а кушать хочется, — в свою очередь заметила Светлана.

— Так это пока кипит только рыбка. Сейчас мы её, — Антон снял котелок, поставил его на камень-булыгу, служившим им столом, и осторожно ложкой выложил на клеёнку все тушки проваренной рыбы. — Ну вот, как остынет — отделяй мясо от костей. А я буду священнодействовать далее.

В наваристый бульон он бросил картофель и опять — котелок на огонь. Закипел — соль туда же и лаврушку за ней!

– А вот петрушку с перцем — подождём! Бросим их в кипяток исходя из готовности картошки, — шептал сам себе Антон.

— Рыбу я перебрала, — доложила Светлана. Запах из котелка идёт обалденный! Сколько ещё ты будешь мурыжить меня голодом?

— Всё, финита! — Антон поставил горячий котелок на камень. — Бросай туда мясо рыб! Теперь котелок поставим в лёгкий жар, пусть минут десять протомится.

Они накрыли стол: разложили ломти хлеба, ложки, металлические миски и, наконец, котелок извлечён из жара костра и, описав дугу, водружён посредине камня.

— Вот это была уха, скажу я вам: вкус специфический — озёрно-лесной, да ещё под ленинградское бархатное пиво! Да в начале лета! Да, когда вы молоды и в расцвете сил! Да, когда вы любите и любимы, сидящей рядом, прекрасной женщиной!

— Такого не бывает! — скажете вы. — Бывает! — было….

Солнце утонуло за кромкой леса, наступила ночь — ласково-тихая и звёздная. Очарованные её таинством, обнявшись, Антон и Светлана лежали рядом. Бездонный свод звёздного неба отражался в воде и казалось, что они плывут и плывут в этом бесконечном пространстве под именем жизнь и в этой жизни, обретя друг друга, они были счастливы.

На следующее утро, совсем рано, они свернули лагерь и отплыли дальше вдоль по озеру в надежде в хорошем месте в утренний клёв поймать «крупняка».

Светлана прилегла на носу лодки и, пленённая завораживающей тишиной наступающего дня, спала как здоровое новорождённое дитя.

Увидев подходящее место, Антон загнал лодку в шелестящий тростник и в проплешину воды, свободную от речной растительности, забросил удочки с крупным червяком на леща. Глубина здесь оказалась вполне подходящей — около двух метров. Чуть погодя, бросил туда остатки каши и стал ждать.

Через минут двадцать один из поплавков лёг на бок и не спеша двинулся прямо в заросли водяной хабузы.

— Не надо! — тихо промолвил Антон и дёрнул удилище на себя. Рыбка попалась крупная и так же потянула на себя. Лодка заколебалась.

Светлана проснулась и сразу же, сообразив что к чему тихо запричитала:

— Ой, как бы её оттуда вынуть! Тяни осторожно, иначе уйдёт!

— Сам знаю, — ответил Антон, стараясь подтянуть рыбину к борту лодки. — Где-то под тобой лежит подсак. Подай его мне.

Показалась спина леща — так, ничего себе, около килограмма. Он хватанул воздух, лёг на бок и активно сопротивляться уже не мог. Наконец Светлана вытащила подсак и почему-то шёпотом произнесла:

— Возьми….

Брать Антону было неудобно и он так же шёпотом ответил:

— Возьми сама….

Наклонившись, к удивлению с первого раза, она ловко подцепила леща снастью и тот, играя серебристой чешуей, забился в сетке сачка.

— Дурень ты, дурень! Брыкаться сейчас поздно. Купился ты, губастый, на червячка, вот и не рыпайся! — радуясь добыче, она вытряхнула леща в лодку.

— Я так же хочу ловить, дай мне удочку, — решительно заявила Светлана.

День набирал силу и, поймав ещё нескольких лещей поменьше, в связи с прекращением утреннего клёва, лов рыбы они прекратили.

Выплыв на середину озера, — тут комаров не было вообще, рыбаки разоблачились и решили позагорать.

— Благодать! — сказал Антон и свесил ноги с лодки в воду, где плескались в сетке пойманные лещи.

— И что мы будем делать с ними? — Светлана указала на садок с рыбой. К тому же уха у нас ещё осталась….

— Не проблема, пожарим! — ответил Антон.

— Как, на чём и где? — опять задала вопрос жена.

— Мы, подводники, люди предусмотрительные: подсолнечное масло и мука припрятаны в боковом кармане рюкзака. Сковородкой послужит крышка котелка. Соображать надо! — ответил Антон.

Окружающая тишина была потревожена дошедшим до них издалека еле слышным эхом: «-эц-кий», «-тла-на»….

— Кто-то, кого-то зовёт… — высказала предположение Светлана.

— Возможно, но далеко, — согласился с ней Антон.

Пригревало, тяжёлый пар зависал над водой и лучи солнца многократно преломляясь в приповерхностном насыщённом влагой слое у озера, создавали иллюзию-марево бегущей волны. Антон, наметанным глазом моряка, в этом струящемся красками радуги мареве, заметил вертикальную чёрточку, которая росла буквально по минутам.

— К нам кто-то плывёт, — сообщил он Светлане.

Действительно, уже была видна в лучах солнца, выплывающая из волнистого покрова, бронзовая фигура крепко сбитого мужика.