Чтение онлайн

— Девушки отправили исправленный файл по моему распоряжению, — ответила я, сверля в полу дырку взглядом.

О столик звякнула чашка.

— На каком основании ты отменила мое распоряжение?

— Вам выслали инструкцию, которую распечатали мне.

— Да неужели? Хочешь сказать что я слепой?

— Это первоначальный вариант, я оставила чтобы…

— Чтобы что, Ландыш?

Я не ответила.

— Ландыш, посмотри на меня.

Спокойный тон, обычная просьба, но хотелось закрыть глаза еще и руками, а то и залезть под стол.

— Смелее.

Вцепившись руками в диван, я зажмурилась и мотнула головой.

— Потрясающе, — неожиданно рассмеялся он, и сразу стало легче дышать, — я видел разные реакции, но такое. Ландыш, открой глаза.

Я бы с удовольствием, но меня переклинило, смогла лишь слегка расслабиться и поудобней переставить ноги, чтобы убежать.

— Ландыш, я не кусаюсь.

— Сразу глотаете? — брякнула я быстрее чем сообразила, что именно.

— Сейчас я не голоден, но даже в таких редких случаях предпочитаю тщательно пережевывать пищу, — и все это он выдал таким серьезным тоном, что я удивленно посмотрела на него и он не преминул это отметить, — как видишь, я весьма воспитанный человек, на непослушных девочек не бросаюсь. Ландыш, мои распоряжения должны выполняться четко, быстро и в точности. Я требователен к сотрудникам, но к помощнице буду весьма придирчив. Любой мой вопрос требует моментального правдивого ответа. Я запрещаю выгораживать смутьянов и диверсантов вне зависимости от их мотивов. Сотрудник, нарушивший субординацию, будет наказан. Сотрудник, затеявший интриги, — тоже. Мне не нужные внутриофисные войны и кумовство дедовщина, мне нужен результат в работе, за который я плачу хорошие деньги. Запомни это.

Я кивнула, что его вполне удовлетворило:

— Хорошо, это я изымаю. Теперь готов слушать твои вопросы. Только пойдем в кабинет, вижу, офисные обитатели решили наконец появиться.

Мы перебрались в кабинет, он отдал мне свою распечатку инструкции и приготовился внимать.

Когда я сделала пометку на последней странице, мысленно анализируя все сказанное, то Вишневский чересчур вежливо спросил:

— Это все, что ты хотела знать?

— Да, спасибо. Я же могу, если вдруг возникнут вопросы, уточнить у вас нужную информацию.

— Ландыш, я сам сейчас много нового о себе узнал. Даже боюсь представить, что ты обо мне не знаешь. Стоп, молчи, иначе мы никогда не пообедаем. Ландыш три часа дня, пожалей старика.

Я покраснела и залепетала извинения. Он притворно вздохнул:

— Поторопился я с требованием правдивых ответов. Пошли, чудо гетерохромное.

— Куда?

— Восполнять запасы энергии. Ландыш, обедать мы идем, обедать.

Он настойчиво отнял у меня ручку и бумаги. Мои попытки намекнуть, что у меня куча дел, пресекли жестко, молча указав на дверь. По лестнице он спускался первым, и за ним я и не сразу заметила, что на ресепшн тусовался народ.

При нашем появлении все примолкли, однако расходиться при виде директора не спешили. Главный бухгалтер помахивала папочкой, оценивающе осмотрев меня и фыркнув. Марина презрительно поджала губы, секретари застыли в ожидании. Я попыталась воспользоваться всеобщим столбняком и сбежать обратно, но меня поймали за плечи:

— Ландыш, ты куда?

— Я телефон забыла.

— Мы вернемся. Софья, мы с Ландыш пошли пообедаем. Богдан, дай ключи от машины.

В звенящей тишине водитель протянул ключи. Я покорно стояла рядом, потому что меня продолжали держать за плечи. Когда же меня потянули в сторону лифта, сделала еще одну попытку освободиться:

— А плащ?

— Мы на машине.

— Витольд Лоллийевич, — робко спросила вдогонку Вероника, — а вы вернетесь?

— Я еще не решил, — небрежно бросил он через плечо.

Двери закрылись, и я наконец получила свободу.

— Витольд Лоллиевич, это переходит границы, — возмутилась я.

— Лоллийевич. Народ жаждал зрелища, он его получил. Может теперь вернутся к работе. Ландыш, я не собирался на голодный желудок устраивать разборки, мог бы пережать гайки. А вот потом.

— То есть говорить правду к вам не относится? — съязвила я.

— Офисные интриги искоренить нельзя, их можно минимизировать, управляя. Это политика, а в политике на чистой правде не уедешь далеко.

— Здесь больше психология управления замешана.

— Мне повезло с таким умным помощником. Ты любишь пиццу?

Мы стояли на крыльце, вокруг бурлил проспект Мира. Подул осенний холодный ветер, и я поежилась.

— А где машина? А то холодно.

— Не знаю. А вот пиццерия на той стороне, если пойдем быстро, то не замерзнем.

— Витольд Лоллиевич, я без сумки.

— Ландыш, Лоллийевич. Лол-лий-е-вич. Я в состоянии оплатить наш обед. Идем.

Конечно, мне надо было понять, что пиццерия непростая. Да и не пиццерия вовсе, а ресторан итальянской кухни. Приятная музыка, официанты, роскошная обстановка. Очевидно, Вишневский здесь часто появлялся, потому что нас тут же проводили к столику в нише у окна.

Но заказал он действительно пиццу. Под моим ошарашенным взором невозмутимый официант поставил огромное блюдо с заказом, а так же кока-колу в двух высоких стаканах.

— Ландыш, все в порядке? — издевательски участливо спросил он, перекладывая себе на тарелку ножом и вилкой небольшой сектор итальянского аналога винегрета — найти все, что есть в холодильнике смешать, запечь и съесть.

— Немного неожиданно.

— Ну извини. Мы с тобой слишком заработались, что я не готов был долго ждать обед.

— Можно было пообедать в столовой.

— Я не видел, что мне заказывали, поэтому не рискнул.

— На сегодня был цезарь без сухариков и паста болоньезе. Завтра винегрет без лука и бефстроганов. В среду…

— Ты заказывала?

— Да, секретари мучились с выбором, пришлось поучаствовать.

— Как мне повезло. Но пицца все равно вкуснее. Ты ешь, ешь.

Упрашивать не пришлось, я с удовольствием приступила к обеду. Пока мы ждали, когда нам упакуют оставшуюся половинку пиццы, я рискнула спросить еще раз:

— Витольд… Лоллийевич, и все же, зачем вы разыграли спектакль сейчас перед уходом?

— Ландыш, я же объяснил.

— Хорошо, — не стала настаивать.

В любом случае основное время я провожу на мансарде, а так, может и не будут приставать. Вишневский вздохнул:

— Ландыш, сплетни будут все равно, слишком ты отличаешься от остальных секретарей. Давай остановимся на том, что я дал иммунитет тебе от назойливого внимания новых коллег.

— Значит, Марина не зря пугала в инструкции?

— Буду иметь в виду, что окольными путями узнать нужную информацию у тебя можно.

Я закусила губу, сознавая, как промахнулась.

— Ландыш, я в курсе, что автор инструкции Марина. А вот ты немного рассеянная.

— Не надо наказывать девушек, — попросила я.