Чтение онлайн

— А можно кое-что уточнить? — открыла на планшетнике блокнот и, пользуясь тем, что мужчина замер и молчит, быстро проговорила, глядя на экран. — Первое, я так и не поняла значение слова «сиана»? Второе — то же самое по отношению к «хэйдару» и почему перед этим словом должно произноситься слово «мой»… Я вообще-то должна отметить, что «мой» больше было бы уместно в обращении с близким человеком, а мы с вами не близкие, опять же… раса ваша мне не известна, так что никак не могу называть вас таким образом.

— Все сказали? — выпрямился и повернулся, сложив руки на груди.

— Нет. Не все. Третье… что же… точно, не согласна с пунктом о необходимости вашего личного разрешения на… на…

— Да-а-а? — вопросительно и почти зло произнес куратор, заставив посмотреть на него.

— В общем, это касается пункта под номером один раздела «Межличностные обязанности». Он меня, мягко говоря, не устраивает.

— Сиана Огнеда, это мягко говоря, не обсуждается. Инструкции пишутся не для того, чтобы подчиненные дискутировали или выражали свое несогласие, а чтобы неукоснительно их исполняли. Это вам понятно? — тихо, почти с неуловимой обычному человеческому слуху, но не моему, угрозой в голосе, произнес сигурн Эр-Гро.

— П-понятно.

— Итак. Выделяю вам после завтрака ровно час на ознакомление с остальными девяносто процентами информации, заложенной в инструкции. Вопросы на обсуждение выносить не советую. Все что от вас требуется, заучите этот документ, и мы с вами сработаемся.

— А… знаете что? — ущипнула себя за ухо, нервничая.

В ответ молчаливое внимание.

— Как я смогу исполнять свою работу, если не буду понимать смысла обязанностей?

— Когда прочтете, тогда все вопросы сами отпадут.

— Тогда последнее.

— Надеюсь, это на счет завтрака? — хмуро сыронизировал куратор.

— Вообще-то я про пункт… совместного проведения выходных. Это не справедливо. Это же мои выходные, мне думается, что для работы и общения с вами вполне достаточно рабочих дней… и…

Ой, да что я опять такого сказала?! Куратор резко оттолкнулся от стола и стремительно направился в мою сторону, я же, действуя на инстинктах, понеслась к двери, вспомнила, что та закрыта, развернулась, чтобы оказаться почти прижатой к этой самой двери телом куратора.

— Огнеда, вы это специально делаете? — выдохнул мне в лицо мужчина возмущенно и наклонился, уперевшись одной рукой в дверь, а другой, закрывая пути отступления, прижав ее к моей талии.

— Что делаю? — пискнула я, испуганно косясь на ту руку, что прикоснулась ко мне.

— Провоцируете.

— Нет. А что вы имеете в виду? — тихо прошептала и подняла глаза.

Мир вдруг стремительно покачнулся, едва маска слетела с мужского лица, а куратор впился потемневшим взглядом в мои губы.

— Вам продемонстрировать? — прохрипел он, еще ниже склоняя лицо.

— Нет. Спасибо. Я согласна на совместные выходные за сверхурочные.

Замер, выпрямился и резко выдохнул:

— Что?!

Руки убрал и вообще сделал пару шагов от меня, взирая сверху вниз возмущенно.

— И кстати, а почему вы мне не предложили одновременно с инструкцией подписать трудовой договор? Там обязательно должен быть пункт, что работа в выходные и праздничные дни оплачивается по двойному тарифу… или даже тройному.

— Та-а-ак… — глубокий вдох-выдох, сжимание кулаков и мерцающая маска на лицо меня озадачили, но уже не так пугали, как тесный контакт. — Значит так. Сейчас мы завтракаем, более на голодный желудок я с вами разговаривать не намерен. Затем вы молча дочитываете Инструкцию и после того, как вы подпишите ее, мы поговорим и о ваших правах, Огнеда, и о трудовом договоре. А сейчас прошу…

Куратор подошел к стене, соседней с аквариумом, та отъехала в сторону, и перед нами открылся настоящий сад, утопающий в зелени, цветах и ярком свете. А вот посреди этого цветущего великолепия оказался сервированный столик на двоих.

Я застыла в проходе, пребывая в странном оцепенении, ибо до меня банально дошло, что не только инструкция странная, но и вся ситуация в целом.

— И долго вы там стоять намерены? — недовольно произнес куратор, замерев возле одного из стульев, при этом чуть выдвинув его.

Заставила себя пройти и сесть, причем молча. Следя за тем, как куратор садится, раскладывает тосты с какими-то вкусно пахнущими паштетами и пастами, совершенно не глядя в мою сторону, наливает кофе в чашечки (о Боже, он пьет кофе?!), вижу уверенные, отточенные движения, при которых не расходуется лишняя энергия, и сам мужчина кажется каким-то излишне собранным, появляется ощущение нереальности происходящего. Я завтракаю с куратором иной расы в интимной обстановке чудесного сада, при этом вся такая нарядная, и выглядит это со стороны так по-семейному… мама дорогая! Звякнула от переживаний ложечкой по чашке, уронила салфетку и, не решившись наклониться за ней, задвинула носком туфли дальше под стол, пока Эр-Гро не заметил. Затем приняла в дрожащие руки тарелочку с тостами и нервно прикусила внутреннюю сторону щеки. Я не смогу проглотить ни кусочка.

— Сиана, род… хм, Огнеда, — прочистил горло куратор, а я уставилась на него широко открытыми глазами, не веря, что он едва не назвал меня «родная», — успокойтесь и приступайте к завтраку. Я предпочитаю принимать пищу не в забегаловках, где бывает много народа, и на нас смотрят как на диковинку. Да и потом, вы же хотите успеть закончить с ознакомлением с должностными обязанностями.

— Д-да, спасибо, — спрятала глаза под ресницами и потянула к губам чашечку с кофе.

Какой божественный вкус, я такой кофе вообще никогда не пила. Закрыла на миг глаза, невольно исторгнув из груди стон удовольствия, и проглотила. Открыла глаза, потянувшись за тостом, как вдруг наткнулась взглядом на глаза Эр-Гро. Он был совершенно без маски, отчего сердце вдруг понеслось вскачь, в ушах застучало, но вот взгляд, которым одарил меня куратор, охладил вмиг. Столько в нем было яростного возмущения и пугающего своей неприкрытостью дикого голода, что рука дрогнула и чашка опрокинулась мне на платье. Немного горячего кофе попало на прикрытую тканью грудь и колени.

Подскочила, схватила чужую салфетку и стала нервно тереть пятна. Куратор поднялся, забрал у меня из рук салфетку и…

— Что вы д-делаете? — с легким заиканием в голосе удивилась я, глядя возмущенно на его прикосновения зажатой в руке салфеткой к моей груди.

— Вы трёте совершенно не в том месте и так только еще больше увеличите пятно, — хрипло ответил мужчина, спрятавшись снова за маской.

Его действия были осторожными, почти нежными, как если бы он не пытался вытирать, а скорее ласкал. Отпихнула его руку от себя, и села на место.

— Не нужно. Я потом переоденусь, — произнесла деланно спокойным голосом, стараясь задавить нарастающую панику. Ох, не нравится мне его поведение.

Куратор остался стоять, глядя на салфетку потемневшим лицом, затем сложил ее вчетверо и засунул в нагрудный карман кителя. Завтрак продолжался после этого в полном молчании, без происшествий еще минут двадцать. Затем мне разрешили посетить свой жилой блок для переодевания, но выделили на это не более десяти минут. Выбрав широкие брюки, топик и пиджак с длинным рукавом насыщенного синего цвета, уже на стадии застегивания всех декоративных ремешков на запястьях, вспомнила в какой цвет был одет куратор с утра. Черт! Тот же глубокий синий. Вздохнула, что повторно переодеться времени уже не хватит. Подхватила свой нэс-бук, и отправилась в кабинет куратора, где обнаружился второй стол, которого раньше я не заметила. За этим столом мне и было разрешено разместиться. Удивленно проследила за тем, как Эр-Гро уселся на свое кресло и принялся что-то набирать на своем нэс-буке, бросив мне коротко «время пошло». Мы что, так и будем работать в одном кабинете?