Огнекаменный
Шрифт:
Лежа на растрескавшихся плитах, Арус все таки начинал понимать, что даже им всем не удастся победить эту тварь одной лишь грубой силой, с которой они давно привыкли бороться во все времена. Нужен был конкретный и продуманный план атаки, тот, кто смог бы отвлечь монстра и хоть на пару секунд полностью заполучить его внимание. В его голове появилась идея, но стоило лишь задуматься на мгновенье, как голова стала раскалываться от боли. Он не знал что делать, как вдруг услышал знакомый голос, пробившийся сквозь доносившиеся из толпы крики и звон в ушах.
– Двигайтесь! – едва не выпрыгивая на арену, кричал с трибун старина Ко. – Не дайте ему себя задеть! Двигайтесь! ДВИГАЙТЕСЬ!
Арус с Торином оказались единственными кто обратил внимание на старого карла. Все остальные собратья были настолько поглощены схваткой, что не обращали внимания ни на кого другого кроме своего противника.
Внезапно чудище рявкнуло с удвоенной силой, вынудив даже надзирателей, не говоря о зрителях, прикрыть свои уши. Где-то далеко в горах под отзвуком его голоса вновь двинулась лавина. Верховный карл и его приближенные не верили своим глазам, полностью одурманенные таким невероятным зрелищем они хотели еще и еще.
– Вина! Несите мне вина! – кричал Мерзон, старясь не отрывать взгляда от завораживающего зрелища. – НЕМЕДЛЕННО!
Под натиском оставшихся великанов, зверь не переставал бить о землю нижней парой рук. Его хвост двигался в удвоенном ритме из стороны в сторону и дробил камень. Верхняя пара рук с потрясающей ловкостью отбрасывала всех приближавшихся слишком близко.
Приготовившись к атаке, Арус крепко сжал пальцы в кулак, собрав в нем всю свою силу и мощь. Рассвирепев ничуть не меньше противника, он яростно закричал и сделал резкий рывок вперед, собираясь нанести сокрушительный удар в открывшуюся голень. Такой удар мог бы свалить чудище, но один единственный размашистый удар хвоста повалил на землю и Аруса, и ближайших к нему собратьев.
Обратив внимание на столь легкую добычу, чудище с оскалом двинулось к ним. В предвкушении скорой расправы, его голова буквально задрожала от восторга, завертелась из стороны в сторону, разбрызгивая морозную слюну во все стороны.
– Хватит! Остановите бой! – подойдя ближе к ложу правителя, выкрикнул Ко. – Прекратите. Он же убьет их всех!
Но никто не слышал его мольбы или просто не хотел слышать. Не отвлекаясь ни на что, зрители только и ждали момента, когда одна из тяжелых лап раздавит назойливых великанов словно букашек. Взгляд же правителя был прикован к своей зверушке и ему не было никакого дела до смотрителя стойл.
Арус и лежащий рядом с ним Торин едва сумели увернуться от тяжелой поступи. Толпа заликовала видя столь удивительный синхронный кувырок. Пока на ложе потягивали вино, а великаны отступали в разные стороны, чудовище не теряло ни секунды. Впав в бешенство, оно двинулось по арене, разметая все на своем пути. Раздробленные каменные плиты трескались, обращались в пыль, а затем в лед.
Казалось бы, вот оно, настоящее зрелище, но по трибунам прошла волна разочарования. Негодующим вздохом и всевозможными оскорблениями зрители ответили на поднявшуюся пыль, лишившую их возможности в полной мере наслаждаться битвой и видеть все происходящее на арене. И если поначалу это было воспринято как маленькая неприятность, то с каждой секундой нарастала ненависть к надзирателям и стражам, боящимся пошевелить даже пальцем без приказа на то повелителя. Букмекеры затряслись от страха за свое золото.
Мерзон лишь ухмылялся. Уже легкое, одурманенное вином беспокойство советников и приближенных совсем не волновало его, но все же он прекрасно понимал, что смерти рабов допустить было нельзя, а зверь был настроен всерьез с самого начала. Следовало бы показать всем, кто здесь хозяин, однако любопытство оставалось куда сильнее. И пока правитель погружался все глубже в собственные фантазии, его зверушка все сильнее и яростнее бесновалась на арене.
Великаны не могли противопоставить силе монстра свою грубую силу. Взять его количеством и измором также не представлялось возможным. Однако оставался еще один шанс.
Попадая в легкие, поднятая каменная пыль провоцировала кашель и затрудняла дыхание, но одновременно с этим портила обзор и зрителям и великанам и, в том числе и самой твари. Арус понял это.
Пока остальные великаны могли лишь отвлекать чудовище своими безуспешными атаками, Арус неспешно встал на ноги. Созерцая происходящее, в его голове, через боль, тут же созрел план атаки. Сейчас и только сейчас, пока пыль еще не улеглась, а собратья вовсю пытаются добраться до огромной туши, у него был шанс подкрасться к ней и нанести свой удар.
Торин никак не мог подойти к чудовищу. Он, как и многие уже сомневался в своей собственной силе. Переводя дух, сквозь оседающую пыль он заметил собрата, Аруса.
– Давай! – прокричал он в попытке нанести удар, но монстр тут же отбросил его в сторону.
Зрители не просто злились, они бесновались и чуть ли не начинали драться между собой. Однако их драки больше походили на ребячество, быстро переходящее в ругонь. Половину всего происходящего они вовсе не видели из-за этой чертовой пыли. Одни ликовали, глядя на непобедимого монстра, другие поносили устроителей, не сумевших избавить любимое шоу от всех раздражающих их факторов. Толпа еще не успела утихнуть как раздался крик.
– Я здесь!
Толпа, обнадеженная тем, что им еще оставалось, на что посмотреть и на что сделать ставки, вновь заликовала. Букмекеры и их клиенты собрались с новыми силами.
Монстр озлобленно зарычал. Поднятая пыль еще не успела осесть, тем самым ухудшая видимость не только зрителям, но и самому виновнику всеобщего негодования карлов. Силуэты, словно тени бродили вокруг, разобрать что-либо не представлялось возможным. Метясь из стороны в сторону и пытаясь уловить свою следующую цель, спустя мгновение он услышал шаги, но было поздно. Из оседающей пыли показались очертания фигуры великана.
– Я ЗДЕСЬ! – Закричал Торин отвлекая внимание на себя.
– Арус! – удивился Ко, а следом раздался еще один крик.
Воспользовавшись подаренным мгновением, ураганно вылетевший из скрывавшей его пыли, Арус сделал замах правой рукой.
Выпиравший из пасти клык разлетелся на куски. Удар великана пришелся прямиком в челюсть. Звенящие осколки ударились о камни и, сверкая в лучах пробивающегося солнечного света, быстро обратились в пар.
Прозвучал пугающий и полный боли рев. Ответным ударом своей громоздкой руки, чудовище ответило обидчику ударом по корпусу. Еще секунду назад великан парил словно карл, теперь же он лежал на земле.
За время правления в Тверди карлов, ни одного из оставшихся сорока великанов не постигла участь смерти, которая могла бы стать для них освобождением от гнета.
Однако, невзирая ни на какие обстоятельства, допустить гибели раба не позволял себе ни один из правителей. Ко хорошо это знал и понимал какие были на то причины, но глядя на Мерзона, пренебрегавшего всевозможными традициями и устоями прошлого ради укрепления своего собственного положения, он не мог быть абсолютно уверен, что однажды этого все же не произойдет.