Чтение онлайн

— Я не люблю Агриса, — вырвалось у меня.

Жестом остановила собравшуюся что-то сказать Лору:

— Я это поняла сегодня. Я ничего не чувствую, абсолютно ничего, когда он рядом.

— А есть с чем сравнивать?

Я замотала головой. Пусть понимает как хочет. То ли сравнивать не с кем, то ли есть, но не скажу. Да и о чём говорить? Это всё случайность. Он приехал и уедет. От этой мысли в глазах потемнело, а в груди сдавило так, что я задохнулась. Да что творится-то?

— Похоже есть, — в голосе Лоры я услышала сочувствие.

Я подскочила словно ужаленная випрой. Нет, не готова я обсуждать.

— Я погуляю, душно здесь, — и, прежде чем Лора успела добавить ещё хоть слово, я вылетела в коридор.

Если гулять, то в сад. В дальний — дальний угол, где никого не бывает. Уже сейчас в замке помимо Вилены несколько моих подруг по пансиону. Не дай Асхар с кем-нибудь из них столкнуться. Только не сейчас. Сердце колотилось, как бешеное. Воздуха не хватало. И я остановилась в одной из ниш, рядом с рыцарскими доспехами, чтобы восстановить дыхание.

Наш замковый целитель научил меня простому упражнению, но я прибегала к нему редко. Повода не было. Подушечками трёх пальцев мягко, но довольно глубоко нажать через закрытые веки на глазные яблоки и подержать несколько секунд. Каким аллюром ни мчалось бы сердце, одного раза мне обычно хватало, чтобы его утихомирить. Но сегодня был не мой день. Пришлось повторить.

Стук сердца стал медленнее. Я начала успокаиваться.

И надо же, именно в этот момент в дальнем конце коридора раздался гулкий звук шагов. Выйти из тёмной ниши и сделать вид, что просто стояла у окна глядя на двор, я не успевала. Вот как объяснить, зачем я прячусь по углам в собственном замке? Сердце снова заколотилось о рёбра. И я, не придумав ничего лучше, полезла в узкую щель между доспехами и стеной, рискуя порвать платье. Главное, чтобы эти железяки не загремели, иначе получится ещё ужаснее.

Ничего разумного в моих действиях не было. Что-то явно не то у меня сегодня с головой. Сквозь шум в ушах донеслись знакомые голоса. Я затаила дыхание. Хоть бы быстрее прошли мимо. Ах какая неприятная ситуация может получиться.

Неожиданно прямо напротив ниши шаги замедлились.

— Нет, погоди, отец, я тебе сейчас покажу, — раздавшийся совсем близко голос Вилены заставил меня вжаться в стену.

Самый худший вариант из возможных. В пансионе её ядовитый язычок щадил только тех, кто преданно заглядывал ей в рот. Я не относилась к её ближайшему кругу. И хотя она считалась со мной, соответственно моему титулу, но случая поддеть не упускала, причём так ловко, что придраться и обвинить её в издёвке было невозможно. Даже представить не могу, какую историю она сочинит, если обнаружит меня в этом ненадёжном укрытии.

— Тебе могло показаться, — гулкий голос графа Шагрен.

Шаги миновали нишу, и остановились у ближайшего окна.

— Смотри, я сейчас нарисую, — резкий звук выдыхаемого воздуха. — На несколько мгновений его глаза стали вот такими.

Скрипучий звук, какой бывает, если пальцем провести по стеклу.

— Тебе не могло показаться? Я слышал, что у наследника проблемы с драконом.

— Отец, не ты ли говорил, что у твоей дочери самая ясная голова из всей родни?

— Ну в наблюдательности и умении видеть то, чего не замечают другие, тебе не откажешь, — в голосе графа слышалось одобрение.

Я невольно вздохнула. А всё-таки есть, в чем позавидовать Вилене, мой отец никогда не прислушивался к моим словам.

— А кроме того, — продолжила моя заклятая подруга, — есть сходство с портретом. С тем, что в книге о путешествии Рэйнара. Я уверена, что это он.

— Никто кроме тебя не заметил?

— Едва ли. Все смотрели на эту выскочку Стефку.

Меня покоробило. Вот как, оказывается Вилена обо мне отзывается.

— Ну выскочка или нет, а самого завидного жениха графства отец для нее отхватил.

— Вот именно, что отец, — в голосе Вилены я услышала нескрываемое презрение. — Если бы не это их помолвка еще в младенчестве… Я просто уверена, что барон Шардо уже тысячу раз пожалел об этом решении. Породниться с нашей семьей больше чести. Да и Агрис всегда смотрит на меня такими глазами, словно съесть хочет.

— Ещё бы не хотел. Ты у меня красавица. И я не прочь был бы породниться с бароном, но тут уж ничего не поделаешь. Слово есть слово.

— Оно и к лучшему, отец. Мы отхватим кусок послаще, чем захудалое баронство.

Граф Шагрен коротко хохотнул:

— Ещё вчера баронство не казалось тебе захудалым. Но мне нравятся твои аппетиты. Из тебя получилась бы самая прекрасная императрица.

— Никаких «бы», получится, отец, получится. Пригласи его в наш замок, а там уж я постараюсь сделать так, чтобы он не вывернулся.

— Жаль не слышит тебя сейчас твоя мать. Когда она решила стать графиней Шагрен, у меня не осталось никаких шансов, кроме как влюбиться и сделать предложение, — в голосе графа прозвучали ностальгические нотки.

— Ну так идём, — я услышала хлопок, видимо, Вилена от нетерпения топнула ножкой.

Шаги удалились, и я наконец-то смогла выбраться из укрытия. Некоторое время я сосредоточенно изучала своё платье в тех местах, которые могла разглядеть, нет ли на нём пыли, собранной в тёмном углу. Но нет, нигде ни пятнышка. Во время празднеств такие ниши становятся для многих укромными местечками для поцелуев, и, если слуги не наведут блеск, им здорово влетит от управляющего. Слуги не подвели.

Убедившись, что одежда не пострадала, я вспомнила о том, что Вилена рисовала что-то для своего отца на окне, и внимательно осмотрела стекло там, где они стояли. Ничего. Но я знала один маленький секретик. Мы с Вебом им часто пользовались в детстве, когда играли в одной команде, и нужно было оставить знак, незаметный для других детей. Нужно подышать на окно и, пока держится туманный след, пальцем нарисовать условную загогулину. Через пару мгновений стекло снова становится прозрачным, но, если подышать на это место, всё проявится.

С Вебом мы выбирали правый нижний угол и легко находили отставленный знак. А вот как насчёт Вилены? Она выше меня. Я набрала в грудь побольше воздуха, привстала на цыпочки и выдохнула на стекло, стараясь охватить как можно большую площадь. Так и есть — вот он рисунок. Продолговатый горизонтальный овал с вертикальной линией в серединке, похожий на глаз по форме.

Так Вилена же и говорила о глазах. Я охнула. Слова дракон, наследник, императрица стали складываться в единую картинку. Глаза с вертикальным… Как будто и я сегодня уже видела подобное. Но додумать мысль до конца не успела. Боковым зрением заметила появившегося из-за поворота человека, вздрогнула от неожиданности и машинально провела ладонью по стеклу, стирая и так уже почти исчезнувший рисунок.

Маг воздуха, судя по белой мантии и знаку смерча на левой груди. Никогда его раньше не видела ни на одном из ежегодных празднеств Предгорья. Я бы запомнила. Гостей всегда приезжало много, бывали и маги, в основном, огненные и водяные. Воздушников же мне приходилось встречать всего пару раз в жизни.

И в этом не было ничего удивительного.

Империя и Хорния враждовали не меньше трёх сотен лет, а после женитьбы Императора Рэйнара на принцессе Воздуха из Хорнии прошло всего чуть более двадцати. Так быстро взаимные обиды не забываются, даже если монархи заключают брачные союзы. А дольше всего выясняют отношения те, кто владеет стихиями.