Чтение онлайн

«Вряд ли, — думал он. — В лучшем случае предостережет меня криком».

Все, однако, прошло гладко, и сейчас Каль не спускал глаз с украденных коней, поскольку они не знали их с Кэт и потому были непредсказуемы. Дождавшись, пока кони хорошенько напились, он привязал их к дереву и решил сам освежиться.

Он набрал в пригоршню чистой, быстро бегущей воды, но не успел поднести ее ко рту, как Кэт остановила его, взяв за руку.

— Только умойтесь. Прежде чем пить, воду надо процедить сквозь ткань.

Он разжал пальцы, и вода пролилась на землю.

— Чушь какая-то.

— Вовсе не чушь. Напротив, очень мудро.

— Любопытная мудрость, — заметил он. — И явно нездешняя.

— В воде живут крошечные животные. Так p`ere говорит. И еще он говорит, что люди часто страдают животом из-за того, что неосторожны с водой, которую пьют.

Гильом вперил в нее недоверчивый взгляд.

— Он что, видит этих животных или только воображает их?

— Он знает, что они там есть.

— Как он может это знать?

— P`ere изучает все, что видит. И не только то, что видит, но и то, что может вообразить, глубоко размышляя над увиденным. Он очень ученый человек, как он сам вам сказал. Он служил Папе, учился у лучших профессоров и заботился о здоровье… ну, многих важных особ.

Едва не проговорившись, она отвернулась, чтобы скрыть свое замешательство. Ее слова разожгли любопытство Гильома, но он постарался скрыть это. Снова повернувшись к нему, Кэт показала ему квадрат искусно вытканного шелка.

— Каждый из нас носит с собой такой платок, чтобы очищать воду, которую пьем. Если удается, мы даже кипятим воду.

— Господи, с какой стати? От этого вся жизненная сила из нее уходит.

— Как, по-вашему, есть на свете животное, все равно, большое или маленькое, способное пережить кипячение? — с улыбкой спросила она.

— Хм… Нет.

Теперь его одолевали вопросы. Это были очень смелые утверждения — что в воде живут какие-то маленькие животные, что ее отец служил Папе. Похоже, он человек очень необычный. Однако Гильом решил отложить свои расспросы до того времени, когда девушка проникнется к нему большим доверием. Он задумался над тем, как ускорить этот процесс.

«Прояви интерес, — мелькнула мысль. — Ни одна дама перед этим не устоит и примется молоть языком».

Собственное хитроумие порадовало его.

— И что, это излечивает от болезни живота?

— Не знаю, — с гордостью заявила она, — потому что я никогда животом не страдала.

Гильом недоверчиво вскинул брови. Он знал, что практически ни одному человеку не удалось избежать поноса, в особенности во время войны, когда реки и ручьи покраснели от крови.

— И вы всю воду всегда процеживаете через эту… тряпку?

— Да. — Она вручила ему платок. — Посмотрите, как плотно он соткан. P`ere говорит, такие вещи делают на другом конце земли, в месте под названием Ниппон. [10] Там эта ткань так же часто встречается, как у нас самая грубая шерсть. Он очень дорогой, и я поклялась, что не потеряю его. Пряди ткани задерживают всех грязных животных. Саму ткань я кипячу так часто, как удается.

— Удивительно. — Гильому не приходилось изображать интерес — услышанное и впрямь заинтриговало его. Он вернул Кэт тончайший кусок ткани. — Никогда не видел такого чуда.

— P`ere знает много такого, чего не знает никто.

— Он, кажется, человек необычный.

Кэт вздохнула и вытерла слезинку.

— Больше, чем вы можете себе представить. Он самый замечательный врач на свете. — Она с вызовом поглядела в глаза французу, понимая, что ему будет трудно поверить в ее слова. — Когда мне было семь лет от роду, он вылечил меня от чумы. А потом заболел сам, но тоже вылечился.

Немыслимо! Каль смотрел на нее во все глаза.

— Вы перенесли чуму и остались живы?

Она положила ткань на колени, медленно скинула шаль и обнажила белую шею, с обесцвеченными участками кожи в некоторых местах, окруженными крошечными шрамами — безошибочными знаками, которыми бубонная чума метит свои жертвы.

У Алехандро на груди тоже был шрам, Каль вспомнил, что видел его, когда врач мылся.

— Но… как?

— Он давал мне ужасно невкусное лекарство и ухаживал за мной, и через две недели я выздоровела.

В это было трудно, почти невозможно поверить. Однако… у Кэт действительно были шрамы. Он неуверенно протянул руку к ее шее, не зная, позволит ли она прикоснуться к себе, но она не отодвинулась. Кончиками пальцев он нащупал затвердение под одним из шрамов.

— Простите мою вольность. — Он отдернул руку. — Просто очень трудно поверить. Никогда не слышал о человеке, который выжил, заболев бубонной чумой. Хотя есть такие, кто почему-то не заболел.

— Это редкость, знаю. P`ere говорит, выживают те, кому Бог пожелает сохранить жизнь. У некоторых людей внутри есть вроде как защита против чумы. Их тела сражаются с ней, почти как если бы бились на мечах. Он не понимает почему.

— Нельзя же понимать все.

— Не стоит недооценивать его. Я сильно болела и ни за что не выжила бы, если бы не он. — Кэт задумчиво отвела взгляд. — Я мало что помню, только что p`ere все время был рядом… — Она помолчала. — Думаю, меня вылечило лекарство, о котором он от кого-то узнал.

Убежденность в ее голосе заставляла поверить в невероятную историю, которую она рассказала. И хотя Каль понимал, что Кэт очень огорчена разлукой со своим предполагаемым отцом, он не считал, что от этого она не в себе.

— Многие женщины по присущей им слабости характера легко впадают в заблуждения, — заметил он, — но вы вроде бы этим не страдаете. Мне кажется, вы верите, что все так и было.

Она взглянула на него с вызовом.

— Какая мне выгода обманывать вас?

— Не знаю, — ответил Каль.

«Какая фантастическая история!» Ему страстно хотелось расспрашивать дальше, но он с неохотой придержал язык.

«Не стоит пугать ее, а то еще замолчит, — предостерег он себя. — Ведь, похоже, ей есть о чем рассказать».

Он удовольствовался тем, что какое-то время просто смотрел на прелестную золотоволосую девочку-женщину, с которой его так неожиданно свела судьба.

«Природа не часто создает такие чудеса».

Он перевел взгляд на коней.

— Я ужасно проголодалась, — сказала она. — В животе бурчит. У вас есть что-нибудь?