Чтение онлайн

Расстроенная и даже немного разозлившаяся мама, начала будить Егора, который спал после охоты. Как и всегда он вернулся ни с чем.

– Егор, вставай! Кто-то крадёт у нас куриц!

– Чего? – ничего не понимая, сказал брат.

– Кто-то сегодня ночью забрал курицу.

– Это наверно лиса. Аля вчера видела её в огороде.

–Не было беды. Не хватало нам ещё лис кормить. Вот нахалка, и не побоялась ведь прийти, удивлялась мама, – а Руфус почему двор не охранял?

– Так он после охоты сырой весь был, вот я его в дом и пустил. Погреться. Тем более Руфус – охотничья собака, а не сторожевая.

Негодование мамы росло. А вместе с ним росла и злость.

– Какая разница сторожевая она или охотничья! Собака есть собака! И зверя должна за версту чуять.

– Да не переживай, мам, эта лиса сюда больше не сунется, – сказал брат зевая и перевернулся на другой бок.

Но прогнозы Егора не оправдались. На следующий день пропала ещё одна курица.

– Закрой собаку в курятнике, привяжи его или сам охраняй двор, но чтобы ни одна курица больше не пропала! – разгоряченно сказала мама Егору.

– Сначала в курятнике все дыры надо заделать.

– Вот и займись этим.

В этот момент мне стало жаль лису. Что будет если её и правда поймают? Мне захотелось вновь на неё посмотреть, хоть одним глазком, хоть одну секундочку. И тут у меня появилась идея!

После ужина я собрала остатки еды и вышла на улицу. Моросил мелкий дождь. Казалось, что крохотные капли не падали, а зависали в воздухе, словно летающие мошки. Они надоедливо лезли в лицо, и от них невозможно было отмахнуться. Вместе с дождём пришла и темнота. Она быстро накрыла деревню, и без фонаря трудно было что-либо рассмотреть. Но я могла даже с закрытыми глазами пройти по огороду и ничего не задеть, поэтому с лёгкостью нашла брешь в стене из шиповника. Уходить в поле я не стала. Я оставила миску с остатками еды на сырой земле рядом со стеной из шиповника. После чего поспешила домой.

Мне очень хотелось знать сработает ли моя идея. Найдёт ли лиса моё угощенье? Хотя у лис превосходный нюх, но всё же я переживала – вдруг, что сделала не так.

Наступил новый день. С нетерпением я выбежала из дома прямо в пижаме и домашних тапочках. Нет, я побежала не в курятник. Ноги несли меня прямиком за ограду шиповника. В поле. Проскользнув через брешь куста шиповника, я глазами стала искать миску, которую оставила вчера вечером. Её нигде не было. Вечером было темно, но даже пятилетний ребёнок понял бы, что на своём месте её не было. Расстроенная я стала уже уходить к дому, как увидела перевёрнутую, слегка закопанную песком железную миску. Я подняла её с земли. Она. Непременно она. Именно её я и оставила в поле вчера вечером. Миска была пуста. Значит, всё-таки лиса нашла моё угощенье. Светясь от счастья, я побежала домой, узнать, целы ли курицы.

Птицы были целы. Никто не пропал, не покалечен, и ни единого пёрышка не вылетело из курятника. Мой план сработал.

Довольная собой я села на крыльцо с горячей кружкой чая. Случайно мой взгляд упал на Руфуса. Спаниель грыз кости. Он занимался делом с таким увлечением, что не замечал ничего вокруг. Даже Егор не потревожил его внимания, когда выходил во двор. Хотя Руфус ходил за ним попятам, словно привязанная к ноге веревка. Но озадачило меня не поведение собаки, а нечто другое. В мою голову закралась мысль: что если это Руфус учуял и съел лакомства для лисы? А курицы целы лишь потому, что хитрый зверь просто на просто не приходил этой ночью. Или Руфус его спугнул, или лиса попала в капкан в лесу, или… Да всё что угодно могло быть этим или. Надо было убедиться, что именно лиса съела оставленные мной лакомства.

После школы мама дала мне ответственное задание – чистить рыбу для ужина. Видимо папина полоса несчастий прошла, и сегодня ему повезло с уловом. Рыбы набралась целая корзина. Я встала на улице у небольшого столика и нехотя принялась за дело. Признаться, я жутко не любила чистить рыбу. Она постоянно выскальзывала из рук, пахла тиной и практически вся трепыхалась, так как была ещё жива. Поначалу я боялась её и всегда звала на помощь брата. Но со временем рыба перестала быть для меня чем-то пугающим. Ведь, чем чаще ты делаешь то, что тебе страшно, тем быстрее ты перестаёшь этого бояться. Так что теперь я легко могу с ней справиться, но без особого рвения.

Пока я чистила папин улов, то вспомнила, как кто-то рассказывал мне, как, однажды, увидел лису ворующую рыбу из рыбацких сетей. Не думая, я спрятала несколько маленьких рыбёшек под стол в маленький тазик. Этих рыбок я оставила для лисы, на вечер.

Жареная рыба была изумительным блюдом к ужину. Она прекрасно разбавила наш скудный рацион.

– Век такой рыбы не ел, – сказал Егор.

– Хороша рыбка, – поддержал его папа, – давненько у нас не было такого ужина.

Все молча согласились с ним. Ведь тыквы и яблоки всем изрядно надоели, а тут жареная рыбка. Она просто таяла во рту.

– Егор, как у тебя обстоят дела с охотой? – спросил папа.

– Не так как мне бы хотелось, – ответил брат.

– Почему? Неужто птица в полях пропала?

– Птиц хватает. Просто… прицел у ружья сбит.

Папа улыбнулся. Конечно, он понял, что дело было не в ружье, а в неопытности Егора. Но брату почему-то было стыдно в этом признаться.

– Не расстраивайся, сынок. Для хороших результатов нужно усердно работать. А по щучьему велению, лишь в сказках бывает, – сказал папа и положил ещё одну рыбку себе на тарелку.

Когда все разошлись по комнатам и занялись своими делами, я незаметно вышла на улицу. Для начала нужно было найти Руфуса. В будке его не было. Не было его и под крыльцом. Где мог ещё спрятаться этот лохматый пёс? И тут меня осенило! Невзирая на ветер и темноту я побежала к курятнику. Отодвинув засов на двери курятника, я заглянула к курам. Руфус был там. Как только пёс увидел меня, то тут же завилял хвостом. По его мордочке можно было сразу понять, что сидеть с курами он не хотел. В его глазах читалось: «Ты пришла за мной?»

– Извини, Руфус, но тебе придётся ещё ночку переночевать с курами, – тихо сказала я, – но думаю скоро, тебе не нужно будет проводить ночи в компании этих цыпочек.

И я обратно закрыла дверь на засов.

Теперь можно было смело утверждать, что Руфус не съест еду предназначенную для лисы. Я подошла к столу, стоявшему на улице, и слегка нагнулась. Рыбка, которую я спрятала днём, лежала не тронутая. Её никто не нашёл. Я положила рыбу в миску и отнесла за огород. Оставила её на том же самом месте.

– Ну, лиса, не подведи, – с этими словами я ушла домой и больше на улицу не выходила.

Разбудили меня озорные лучики солнца. Они пробрались через окошко и ловко миновали тёмные занавески. Эти ловкачи ослепили меня золотым светом, как только я открыла глаза. Солнце сегодня было невероятно яркое. Если не выглядывать в окно, то можно было подумать, что на дворе лето.

Не торопясь, я встала с кровати и стала её заправлять. Как вдруг вспомнила, что нужно посмотреть съела ли рыбу лиса, пока из курятника не выпустили собаку.