Чтение онлайн

— Каков по численности фашистский гарнизон в Чисмене, вам удалось установить, Николай Федорович?

— Состав гарнизона и нумерацию частей пленный не смог доложить, но по рассказам местных жителей оккупантов там порядочно. Можно предположить, что кроме штаба дивизии и его обслуживающих подразделений расположены еще и другие немецкие воинские части.

— Ваши выводы и предложения по результатам разведки? Только коротко, — подчеркнул капитан Шевченко.

— Вражеский гарнизон в поселке большой, расположен для нас невыгодно и для его разгрома, на мой взгляд, у нас силенок маловато.

— Я понял, что нападение на штаб дивизии вы считаете не только нецелесообразным, но и невозможным?

— Да, я так считаю, — твердо сказал Алексеев.

— А каковы ваши результаты разведки? — Шевченко повернулся к Васильеву.

Командир взвода подошел поближе к костру:

— Разведка района расположения штаба тридцать седьмого пехотного полка в Надеждино проведена. Достоверно подтверждено, что он находится в этой деревне. По показаниям пленного солдата-связиста сам штаб размещен в небольшом двухэтажном здании бывшего сельского Совета, а подразделение охраны и связисты находятся в одноэтажном помещении бывшей начальной школы.

— Сколько всего немцев в деревне Надеждино и когда прибыл туда штаб полка? — спросил Огнивцев.

— Количество немецких солдат в гарнизоне пленный не знает, а штаб прибыл в деревню Надеждино несколько дней тому назад, после взрыва складов боеприпасов и горючего.

— А где расположены его батальоны и остальные подразделения обслуживания? — спросил начальник штаба.

— Ближайший пехотный батальон предположительно находится в Новинках, в шести километрах от штаба. Подразделения обслуживания — в бараках на территории бывшего пионерского лагеря, в двух километрах северо-восточнее Надеждино.

— Каковы подходы к деревне и как организована охрана штаба? — спросил командир.

— Деревня Надеждино находится в одном километре западнее шоссе Новопетровское — Клин. Дорога от шоссе до деревни расчищается от снега и находится в проезжем состоянии. Подступы к ней с запада скрытые и удобные. Вплотную к деревне примыкает густой лес. Как рассказал пленный, вход в помещение штаба охраняется часовыми. В ночное время на западную окраину деревни дополнительно выставляется парный патруль, который освещает ракетами подступы к лесу. Поскольку сейчас по шоссе происходит интенсивная переброска войск на Клин, по словам пленного, штабисты и охрана чувствуют себя спокойно и не опасаются каких-либо диверсий.

— Ваш вывод?

— Атаковать штаб и разгромить его, товарищ капитан. Только не в эту ночь, а в следующую. Надо еще раз нынешней ночью и завтра днем подробнее изучить систему охраны и поведение противника в деревне и ее окрестностях. В этих целях прошу вашего разрешения послать разведгруппу из взвода и привлечь для совместных действий с ней двух парней из деревни Денежкино. Договоренность с ними имеется.

— А вдруг завтра прекратится метель? Ведь в ясную тихую ночь сложнее будет подобраться к штабу и казарме. Да и наши следы останутся на местности, по которым немцы могут организовать преследование…

— И все же я полагаю, что напасть на штаб надо, товарищ капитан, — настаивал Васильев. — На нашей стороне внезапность и пока еще некоторая беспечность немцев. После разгрома штаба мы сможем на лыжах быстро отойти в глубь леса и оторваться от преследования, если оно будет. А фашистам не на чем догонять нас по бездорожью и глубокому снегу.

Капитану Шевченко доклад Васильева понравился, его доводы представлялись убедительными. Взглянув на комиссара, командир спросил:

— Ваше мнение, Иван Александрович, по предложениям старшего лейтенанта Васильева?

— С его выводами вполне согласен, — ответил комиссар. — Есть резон перенести на один день нападение на штаб полка, чтобы организовать дополнительную разведку и наблюдение за противником, особенно в темное время, и лучше подготовить отряд к этому бою. А теперь давайте послушаем старшего лейтенанта Брандукова, что-то он помалкивает.

— Да не о чем докладывать, — с досадой отозвался тот — Мы побывали в деревнях Велки и Кутьино. Там оккупантов не оказалось. Вот и все. Обидно! В предстоящих боевых действиях прошу определить боевую задачу взводу на более ответственном участке.

— Не волнуйтесь, товарищ Брандуков. Всем работы хватит, — успокоил его Шевченко.

Посоветовавшись с комиссаром, начальником штаба отряда Ергиным, после небольшого перерыва командир объявил свое решение:

— В течение сегодняшней ночи и завтрашнего дня доразведать систему охраны, понаблюдать за поведением врага в Надеждино и его окрестностях и в следующую ночь напасть на штаб полка. В группе захвата и уничтожения будут действовать взводы Алексеева и Васильева. Взвод старшего лейтенанта Брандукова будет обеспечивать их боевые действия. Главная его задача не допустить подхода подразделений полка из бывших пионерских лагерей в Надеждине. После выполнения операции собраться здесь, а затем до рассвета совершить стремительный бросок в лес севернее деревни Поспелиха. Боевая задача командирам взводов будет уточнена завтра днем на местности у деревни Надеждино. Перед выступлением дать отдых личному составу, хорошо накормить и пополнить их «НЗ». Все, товарищи! Готовиться в путь. — Шевченко обернулся к Огнивцеву: — Ваше слово, комиссар.

— Я буду предельно краток, — встал Огнивцев. — Идем на очень важное и рискованное дело. Попытаемся в этом бою не только разогнать штаб полка, но и захватить его командира. Действовать смело и решительно. Но не очертя голову, а расчетливо и осмотрительно. Больше урона врагу, меньше наших потерь.

В назначенный час отряд сосредоточился в лесу в километре западнее деревни Надеждино. Командир разведывательного дозора старший сержант Петров встретил старшего лейтенанта Васильева, доложил о результатах разведки и наблюдения, а затем вместе с ним отправился на доклад к командиру отряда.

Надвигалась темная до черноты, непроглядная морозная ночь. Было тихо. Только изредка налетал ветерок, и тогда уставшие от вьюги деревья о чем-то таинственно перешептывались. Звонко скрипел под ногами снег. Услышав шаги Петрова и Васильева, Шевченко и Огнивцев вышли по тропинке им навстречу.

— Товарищ капитан, — вскинул руку к ушанке старший лейтенант, — разрешите доложить результаты разведки?

— Докладывайте.

— Наблюдением и по рассказам местных жителей, — начал старший лейтенант, — установлено, что вчера пехотный батальон, располагавшийся в деревне, был поднят по тревоге и убыл в неизвестном направлении. С батальоном ушли отдельные подразделения полка и некоторые офицеры его штаба. Со штабом в деревне остались связисты и комендантский взвод.

— Выходит, в деревне их осталось не так уж много, — заметил комиссар.

— Да, немного, — включился в разговор старший сержант Петров, — всего около полусотни. Размещены они в основном в здании начальной школы и в доме бывшего председателя колхоза рядом со школой. Штаб и школа круглосуточно охраняются часовыми, вооруженными автоматами. Связисты и солдаты комендантского взвода вооружены карабинами, автоматов немного.

— Что нового в поведении противника в ночное время?

— Вчера в двадцать два часа на западную окраину деревни был выставлен парный патруль, который с интервалом в тридцать-сорок секунд освещал ракетами подступы к деревне со стороны леса, — продолжал докладывать старший сержант. — Штаб полка, казарма и дома, где живут немцы, в темное время суток освещаются передвижной электростанцией.