Огненное море
Шрифт:
– Совещание топ-менеджеров в одиннадцать? Я подожду в нашем кабинете. Принесите мне мятный чай с лимоном, голова раскалывается. Да, Ная, всё хочу спросить: каким тональным кремом вы пользуетесь? Или это хайлайтеры?
– Я не пользуюсь косметикой, Лариса Фёдоровна.
– Хотите сказать, что у вас от природы такая гладкая кожа? Вы меня за дуру держите? И обращайтесь ко мне просто Лариса, не такая я старая.
– Как можно, Лариса. Я могу умыться при вас, если хотите.
– Не хочу. Чаю хочу. И какая-то вы, Ная, больно… темпераментная для блондинки. Почему у вас папки на верхней полке не по алфавиту стоят? Будете так себя вести, я вас уволю.
И эта туда же. Слава небесам, в этот момент приехал Витвэн от очередной смуглянки-любовницы, они с женушкой закрылись в кабинете и орали друг на друга до самого совещания топ-менеджеров. Чаю с лимоном не повезло – о нём напрочь забыли.
Совещание – тот ещё цирк. Всего топ менеджеров в компании шестеро. Это руководители подразделений и филиалов фирмы, их офисы располагаются этажом выше. Темой этих еженедельных сходок была конечно борьба за распределение средств и разбор полётов. Крепкие хозяйственники, как Никонов, были всегда заодно с Михайловым, другие трое топ-менеджеров – подпевалы Витвэна. Силы распределялись поровну, поэтому в итоге всё решал голос вице-президента – Ларисы. Сегодня по всем вопросам победил Михайлов. Витвэн рвал и метал.
Обедать я спустилась в цокольный этаж – в столовую фирмы. Ездить подкрепляться в ресторан, как это делали руководители, у меня средств, к сожалению, не было. Но и в бесплатной столовой кормили вполне прилично: шведский стол, всегда пять-шесть разнообразных блюд и первого и второго, сладости, десерты, йогурты… А деликатесами я могла полакомиться в приёмной. Дорогие сыры и закуски, как и говорил Клим, после его проверки, загружались утром в холодильник у моего стола и вечером, зачастую так и не тронутое, это добро становилось собственностью сотрудников службы протокола. В общем, Ленчик явно порадовалась бы, увидев меня теперь: за эти две недели я начала стремительно поправляться. Даже думаю сесть на диету. Поэтому взяла себе куриный бульон и лёгкий салатик.
Приютилась в одиночестве в дальнем углу зала, чтобы хоть поесть спокойно. Но и здесь достали: рядышком расположился целый фан-клуб Михайлова – чертёжницы из ПТО. Поневоле прислушалась к их разговорам:
– Девочки, а вы видели в какой он сегодня стильной рубашке-поло? Как ему идёт этот цвет, правда?
– Говорят, вчера на стройке Денис Юрьевич поднялся в кабину башенного крана и сам проверял его работоспособность, на такой верхотуре, представляете?
– Заметили, когда разговаривал со Снегирёвым, тот анекдот ему рассказал, Дэн рассмеялся так задорно, а ямочки у него на щечках, ой не могу, как у ребёнка…
Я подавилась бульоном и закашлялась. Фанатки-воздыхательницы, завидев меня, притихли. Любопытно: кроме ямочек главного инженера, у них есть другие темы для обсуждения? Гарем какой-то. Причём в гареме у Михайлова присутствовали все масти: брюнетки, рыжие, обесцвеченные блондинки и цветные – этот был всеядным. Но на работе он занимался только работой. А работать он мог двадцать четыре часа в сутки.
К восторгу многочисленных поклонниц главный инженер почему-то не поехал на объекты, как обычно. Вернулся в офис после обеда, зашёл в свой кабинет и позвонил мне по служебному.
– Анастасия Георгиевна, пригласите ко мне срочно Ирину Сергеевну. И сами зайдите вместе с ней.
Это что-то новенькое. По бледному лицу насмерть перепуганной Ириски, я поняла, что дело плохо.
Кабинет Михайлова выглядел как обычное человеческое помещение. Ничего лишнего: никаких вычурных интерьерных и архитектурных прибамбасов. Очень эргономично и по-спартански сурово, но тоже, естественно, в дорогом исполнении. Повсюду лежали развёрнутые проекты и чертежи: на переговорном столе, на тумбочках, даже на полу. Прикасаться к ним, даже дышать, строжайше запрещалось. Так как большой стол был занят чертежами, Главный предложил нам присесть на диван возле журнального столика. Придвинул стул и сел напротив. Да, приятно на него смотреть, тут уж спору нет. Ох, и соболиную бровь он приподнял, и подбородок волевой вперёд, плечи богатырские – породистый самец, ничего не скажешь. Даже жаль стрелять…
Конец ознакомительного фрагмента.