Чтение онлайн

Как она и предполагала, мама не обратила особого внимания на ее позднее возвращение.

– Тебе Лиза звонила, – сообщила она, когда Туся вошла в квартиру.

Эта новость не произвела на нее ни малейшего впечатления.

– Она просила, чтобы ты ей перезвонила, – добавила мама, видя, что Туся никак не реагирует.

– Угу, – пробурчала Туся, заглядывая в холодильник. События прошедшего дня отняли у нее много сил, ей хотелось наскоро перекусить и поскорее отправиться в постель. К тому же Туся помнила наказ отца Владимира: ей нужно было серьезно подумать о своей душе. Она весьма смутно представляла, как это следует делать, но, если ей было велено подумать о душе, она должна была хотя бы попытаться.

На прощанье Надежда Григорьевна дала Тусе несколько журналов, посоветовав хорошенько изучить их содержание. Пролистав их один за другим, Туся решила, что в них слишком много непонятного. Когда она разговаривала с Надеждой Григорьевной, отцом Владимиром и даже с девушками, ей все казалось простым и ясным. В журналах же все было гораздо сложнее. Почти половина статей была посвящена приближающемуся концу света. Они призывали людей покаяться, пока еще есть время, и стараться жить без греха. Как именно это нужно делать, так и осталось для Туси загадкой. Из всего она поняла только одно: для этого потребуется очень много душевных сил, и далеко не всякий человек сможет справиться со столь нелегкой задачей. Мысль о том, что отец Владимир счел ее, Тусю, достойной стать счастливой, согревала и обнадеживала.

Инна Дмитриевна не мешала дочери. Она суетилась в своей комнате, перебирая многочисленные наряды, примеряя их перед зеркалом и отбирая самые подходящие для ношения за границей. Проблема гардероба заботила ее уже не первую неделю. Сначала Туся интересовалась этим процессом, но очень скоро он ей наскучил. Мама пробовала советоваться с дочерью, но безуспешно. Туся решила, что не станет помогать маме выбирать наряды. Ей и так несладко приходится. В конце концов, она не Золушка, которая бескорыстно провожает сестер на бал, зная, что ей предстоит коротать время за домашними делами. Нет уж! Пусть мама сама выбирает одежду, в которой будет красоваться перед всякими там сэрами и лордами.

Потом, спустя некоторое время, вспоминая те дни, Туся думала о матери с упреком: Если бы Инна Дмитриевна хотя бы раз выкроила минутку между посещениями массажных салонов, парикмахерских и модных бутиков и повнимательнее пригляделась к дочери, возможно, ей удалось бы заметить, что с той творится неладное. Но этого не произошло. Туся была предоставлена самой себе, вернее, уже не себе, а Огненным Близнецам.

5

На следующий день Туся проснулась очень рано.

Спать не хотелось, несмотря на то что она чуть ли не полночи размышляла о братстве, о душе и о том, что ей представился великий шанс изменить свою жизнь в лучшую сторону. Впервые Тусе не хотелось поделиться своими переживаниями с лучшей подругой. Раньше она сломя голову неслась к Лизе, чтобы поведать ей о своих приключениях и посоветоваться. Но теперь ее жизнь наполнилась чем-то иным, казавшимся Тусе гораздо более важным, чем Лиза и все остальное, из чего раньше складывалось ее существование. Она сама не могла объяснить.

В школу идти жутко не хотелось. Чтобы не привлекать внимания Инны Дмитриевны, Туся старалась вести себя как обычно. Она приняла душ, позавтракала, оделась и вышла, взяв сумку с учебниками и тетрадями. Не осознавая этого, Туся выбрала неброскую, скромную одежду: длинную темную юбку и серый джемпер. Вместо своей обычной ярко-желтой шапочки она надела старый белый берет, который выудила из недр шкафа. Подспудно, Туся стремилась быть похожей на тех девушек, которые входили в братство. Судя по их виду, материальные ценности не имели для них ни малейшего значения. Они были счастливы и так, потому что их души озарялись божественным светом. Эти ощущения были еще настолько неясными и зыбкими, что Туся не могла облечь их в слова. Зато чувствовала их все сильнее и глубже. Собрание было назначено на двенадцать часов дня. Тусе нужно было как-то скоротать время. В кино или в кафе идти не хотелось, она догадывалась, что посещение подобных мест не приветствуется в братстве. Поэтому Туся решила просто прогуляться по улицам. Промозглая сырая погода уже не угнетала ее, как раньше.

Тусе захотелось мороженого. Она подошла к ближайшему киоску и уже достала деньги, как вдруг ей в голову пришла мысль: а разрешается ли членам братства есть сладости? Она еще не вполне представляла себе, что греховно, а что нет. Положив деньги обратно, Туся отошла от киоска, решив не рисковать. Ей хотелось как можно быстрее приобщиться к их духовной жизни, стать одной из них, а для этого необходимо было, как минимум, соблюдать все правила и предписания.

К своему великому удивлению, Туся даже не почувствовала никакого разочарования. «Подумаешь, мороженое! – думала она. – На свете есть гораздо более важные и значимые вещи».

Туся продолжала бесцельно бродить по улицам. Ей нравилось, что никто не обращает на нее никакого внимания – настолько неприметно она была одета. А ведь раньше Туся и представить себе не могла, как это можно выйти на люди без макияжа, и предпочитала яркую, даже вызывающую одежду. Она любила быть заметной, ей льстило, что парни выделяли ее из числа других девушек и всегда провожали взглядом.

«И к чему все это привело? – подумала Туся. – Я пыталась покончить с собой, меня чуть не убили, вся жизнь пошла наперекосяк, я не знаю, кому верить, с кем дружить, кого любить… Я так устала от этого. Я не хочу быть такой одинокой и потерянной. Не хочу вечно задавать себе неразрешимые вопросы. Как хорошо, когда все легко и ясно, когда ты знаешь, что хорошо, а что плохо. В этом и есть настоящее счастье».

Ей даже виделся в этом какой-то глубинный смысл. Вот и на душе у нее все еще темно и холодно, но скоро в нее вольется солнечный свет, тогда и погода станет ясной и солнечной. себе как и почему это произошло. Но было в Огненных Близнецах, и особенно в отце Владимире, нечто особенное, притягивающее. Тусе не приходило в голову, что ответы на все вопросы будут давать ей другие люди, и то, насколько они истинны, доказать невозможно. Она не осознавала, что теперь ей предстоит думать чужим умом, смотреть на жизнь чужими глазами. В последнее время Тусе слишком часто приходилось нести ответственность за свои поступки, поэтому она и ухватилась с такой готовностью за возможность переложить ответственность на кого-то другого, тем более что этим кем-то был отец Владимир, от которого исходила такая уверенность в истинности его убеждений. Возможно, причиной тому был не столько сам руководитель братства, сколько благоговейное отношение к нему его окружения. Но Тусю эти тонкости сейчас не волновали.

Надежда Григорьевна пообещала ждать Тусю в том самом скверике, потому что девочка могла бы не найти дорогу к зданию, где проводились собрания. К одиннадцати часам Туся была уже там. Она пришла немного раньше назначенного срока, но, к своему удивлению, обнаружила, что ее уже ждут. В скверике, на той скамейке, где они сидели в первый день знакомства, ее ожидали Оля, Марина и сама Надежда Григорьевна. Все они приветливо заулыбались, увидев Тусю, и ей навстречу.

– Разве я опоздала? – спросила она.

– Нет, это мы раньше пришли. Приехали сюда по делам и раньше времени освободились, – объяснила Надежда Григорьевна.

Они сели в автобус.

– Ты прочитала журналы? – поинтересовалась она.

– Да, но я почти ничего не поняла, – несколько смущенно ответила Туся: ей ужасно не хотелось показаться глупой.

Но Надежда Григорьевна восприняла ее слова безо всякого удивления.

– В первый раз всегда трудно понять. Я ине рассчитывала, что у тебя это получится. Просто я хотела, чтобы твои мысли настроились на верный лад. – Как только ты побываешь на собрании, тебе сразу же все станет ясно, – добавила Оля.