Чтение онлайн

– Ну, слава Богу! – выдохнула Виктория, наклонив голову набок и пристально рассматривая его обнаженное тело. Его голова повернулась на подушке, и он снова погрузился в свои сны, обвив одну руку вокруг головы.

Виктория решила, что это идеальное мужское тело: широкая, загорелая, крепкая грудь, покрытая большим количеством жестких волосков, так же, как и ноги, и предплечья. Она не любила мужчин с голой грудью, но очень волосатые нравились ей еще меньше, особенно если волосы росли на спине и плечах. В своей обширной практике она встречала парней с большими белыми животами, – с них Виктория с удовольствием брала двойную плату.

Наконец Виктория достаточно налюбовалась Лисом, и ей осталось только еще раз выпить, раздеться и присоединиться к нему в постели. Для нее был еще слишком ранний час, чтобы ложиться спать, но, вероятно, это улучшит цвет ее лица.

Попивая виски и медленно раздеваясь, она предвкушала момент, который наступит в середине ночи, если она сейчас уютно устроится возле его обнаженного тела и прикоснется к нему…

– Вам действительно удалось устроиться на ночлег? – спросил старый Френчи Кэчлин, поглядывая большими глазами из-под потертых полей цилиндра. – Это настоящая удача!

– Я знаю и очень благодарен, – ответил Лис, заплатив лишние десять центов за чистую воду, которую Френчи принес в ведрах из Бухты Белой Рощи. Лис моментально сообразил, что владелец бани туповат, и все же ему нравился этот малый. Намылив голову и скрывшись под водой в большой лохани. Лис появился на поверхности и улыбнулся: – Вчера я снова пошел в Большую Центральную гостиницу, чтобы еще раз вкусно поесть. Пока я ел, Вагнер, владелец гостиницы, дал мне знать, что сейчас наверху имеется местечко. Я был рад, особенно потому, что там так вкусно кормят!

Старый Френчи с энтузиазмом кивнул.

– Знаю! Там поварихой тетушка Лу Марчбенкс. Цветная леди, знаете ли. Настоящая черная.

– На редкость талантливая женщина, – отозвался Лис, снова прополаскивая волосы, затем вытер с бороды капельки воды, встал и содрогнулся. Френчи, которого все знали как любителя бутылочки из-за его огромной и необычной коллекции бутылок, бросился к нему с самым большим и толстым полотенцем.

– Вы мне нравитесь, Лис!

– Вы мне тоже, – Лис ухмыльнулся Френчи и стал энергично вытирать голову. Причина, по которой Френчи был рад Лису, частично заключалась в том, что немногие из жителей Дидвуда даже близко подходили к бане. Как бы они ни ненавидели вшей, мыло и воду они, казалось, ненавидели еще больше!

По-настоящему баней владел доктор О. Е. Сик, и именно поэтому Лис вчера протянул лишние десять центов Френчи после своего первого мытья. Сегодня утром он был склонен заплатить ему пятнадцать центов. Когда он наконец оделся в чистую одежду, только что из китайской прачечной, он побросал в мешок свои туалетные принадлежности и повернулся к старому Френчи.

– Ну, а теперь вот пятнадцать центов за чистую воду, еще десять за горячую, а эти пятнадцать центов для вас. Их не надо отдавать доктору Сику.

– Очень вам признателен, – лицо Френчи зажглось радостью. – Знаете, чего бы мне хотелось? Чтобы как-нибудь вы зашли ко мне посмотреть на мои бутылочки. Их тысячи, держу пари!

– Это было бы для меня большой честью, – покачав головой, Лис вышел на июльский солнечный свет.

На перевернутой корзине, полуувязнувшей в болоте на перекрестке Уолл-стрит и Главной улицы, стоял худой, черноволосый, бородатый человек с Божьим огнем в глазах.

– Покайтесь! – кричал он в «Бесплодные земли», – не нарушайте Божьих законов, и вы обретете спасение!

Лис бросил монетку в шляпу проповедника. Там было несколько крупинок золота, и ничего больше. Это место остро нуждалось в слове Божьем, и Лис знал, что Энни Санлей понравилось бы, если бы он поощрил этого малого.

– Благослови вас Господь! – проповедник на мгновение замолчал, нагнулся и схватил Лиса за руку. – Меня зовут Генри Смит, но люди в Черных Холмах зовут меня проповедником Смитом. Я вижу все, что появляется в этом городе каждый день, но вы не такой, как все. Я думаю, вы хороший человек. Я научился кое-что узнавать о людях по глазам.

– Ну… – Лис прикусил губу, вспомнив о застенчивых, хитрых улыбках, которыми его одаривала Виктория при каждой встрече. Он, к сожалению, не догадывался, что они означают. – Полагаю, что я такой же грешник, как все, кто связан с этим городом, но мне хочется думать, что, несмотря на мои грехи. Бог не забывает обо мне… и, может быть, Он думает, что у меня есть, – Лис мельком усмехнулся, – шанс.

Проповедник Смит не часто улыбался, но сейчас ему было трудно противостоять этому сильному, загорелому малому, имеющему вид отступника. – Бог не оставит тебя, сын мой, и я тоже! – Подняв глаза к небу, он снова закричал: – Дорогой Господь, будь добр, взгляни на этот город. Здесь люди нуждаются в твоей любви и прощении…

Продолжая свой путь. Лис испытывал сильное смятение, особенно при мысли о том, что Бог знает все, что он тщательно скрывает от всех в Дидвуде. К счастью, его пригласили на ужин, и он был рад развлечься приготовлениями к нему. Несомненно, Мадлен и Бенджамен заставят его отвлечься от неприятностей.

– Я согласна, нам следовало бы приготовить что-нибудь особенное в честь возвращения отца, – заметила Мэдди бабушке, – но ты считаешь, он действительно ждет от нас таких излишеств? – Она окинула взглядом изобилие снеди, разбросанной, казалось, по всей кухне. – Я и понятия не имела, что ты покупаешь подобные вещи. Почему ты не взяла меня с собой?

Сьюзен 0'Хара повернулась лицом к внучке. Ее хорошенькое платье из фиолетового шелка было закрыто длинным в синюю клеточку фартуком, слегка испачканным снизу мукой.

– Если честно, мне хотелось самой немного исследовать эти места. Вонг Чи был настолько любезен, что взял меня с собой, пока ты копалась в своем саду. Я познакомилась с молодым Питером Гашхерстом, который держит лавку, пока Чи покупал нам продукты. У мистера Гашхерста есть и другие сокровища, не выставленные на полках. Он рассказал мне о нескольких хозяевах магазинов, продающих продукты, варенья, печенья и прочее. – Она провела рукой, покрытой голубыми жилками, слева направо, показывая все свои покупки.

Мэдди глазами последовала за ее жестом, озадаченно нахмурившись. Она заметила чашку с сочной, ароматной клубникой, которую, как сообщила бабушка Сьюзен, она добавит к свежему бисквиту, который только что испекла для Юрта с кремом. Кроме того, она приобрела какую-то дичь, уже ощипанную и вычищенную, так что распознать, что это за птица, не представлялось возможным. Маленькие, почти игрушечные птички ждали, когда их поджарят на сковороде в дровяной плите. Бабушка приобрела также корзину стручковых бобов и моркови, а на столе пирамидой громоздились молодые огурчики.