Огненный Лорд и я
Шрифт:
С решительностью не мальчика, но мужа, Вадим отодвинул меня, толкнул дверь и вошел в квартиру.
— Есть кто дома?
Я просеменила за ним, держась за стенки и искренне готовясь упасть в обморок.
Однако квартира не походила на прибежище самоубийцы. В коридоре ярко горел свет, из кухни доносилась какая-то пошлейшая попса. В нос мне ударил запах алкоголя и блевоты — такой явственный, что руку ко рту захотелось прижать уже из-за него…
— Гребаный икебастус… — шепотом протянул молодой человек, замерев в дверях в гостиную — где я спала, жила, делала уроки и так любила поваляться с ноутом, поглядывая в телек по вечерам.
Выглянув из-за его плеча, я тоже ругнулась, отодвигая его в сторону.
На разложенном диване — моем! моем диване! — довольно похрапывая и обнимая какую-то незнакомую мне, крепко спящую тетку, развалился под покрывалом мой отец.
Негромко болтал телевизор, на придвинутом журнальном столике была накрыта настоящая поляна — остатки жаренной картошки со смальцем, порезанная копченая колбаска, крохотные огурчики в банке, и конечно же она — пузатая, полуторалитровая бутылка «Стандарта», выпитая почти полностью.
А в углу комнаты были свалены в кучу мои вещи — все, включая одежду.
— Вот теперь меня бросили все, — глухо, безо всякого выражения, произнесла я.
И пошла искать дорожную сумку.
– ---------
(1) В нашем мире поэма принадлежит перу неизвестного испанского поэта 18-го века.
Глава 18
— Можешь вписаться у меня! — объявили почти в голос оба моих благодетеля, под закатанные глаза Алены.
— Могу представить в какой восторг придет твоя мама… — скептически фыркнула моя новая знакомая, уже, небось, тысячу раз пожалев, что согласилась подобрать несчастную зареванную дурочку в странном платье.
Мы снова были в машине и снова куда-то ехали. Куда? Мне уже было совершенно все равно, однако по разговорам я поняла, что к кому-то на дачу, на день рождения.
А хоть бы и на дачу, решила я… На студенческих вечеринках, где полно народу, в худшем случае пристанут, и надо уметь отшить. Это не те дачи, куда собираются богачи со своими шлюхами. Более того, студенческая компания мажоров может принести мне реальную пользу — особенно если там будет достаточно девчонок. Богатенькие девчонки ведь любят поиграть в самостоятельность — глядишь и найду кого-нибудь снять квартиру на паях. Даром что ли я с собой мешок денег вожу — как все думают бутафорских?
Мне как воздух нужны были новые знакомые, новая атмосфера и новые яркие истории, чтобы забыть прошлое. Потому что тут два варианта — либо я это прошлое забуду, либо оно меня сожрет. Выест, выжжет снами и видениями, в которых не дают покою колдовские глаза, мерцающие золотом…
С отцом больше связь не буду поддерживать — дам о себе знать спустя какое-то время, когда хоть чуть-чуть успокоюсь и обоснуюсь на новом месте. Даже если предположить, что он ударился во все тяжкие из-за стресса — все равно мерзко. Я там, понимаешь, от толпы «покупателей» отбиваюсь, попадаю в рабство к тирану с имперскими замашками, теряю в его плену последние зачатки гордости, души и разума, а папочка, вместо того, чтобы по моргам и злачным местам бегать, меня искать, на моем же диване пьяный разврат устраивает? Да еще эстетику навел, не поленился — колбаску порезал, огурчики открыл. Тьфу!
В который раз порадовавшись, что ни отец, ни его новая пассия так и не проснулись, пока я складывала свои нехитрые пожитки в сумку, я мотнула головой, выкидывая из нее отвратительную картину загулявшего родителя. И тут же страдальчески застонала, потому что вместо нее возникло лицо Эллиора.
Да, мне определенно нужны были новые впечатления.
Дача оказалась куда как круче той, которую я по недосмотру спалила. Просторный коттедж с верандой и красивейшим осенним садом, играющим багрово-золотистыми красками.
Успев немного поспать в машине и выяснить с телефона Вадима, где и как можно быстро продать золото, я немного приободрилась и была готова к новой жизни. Причем, до такой степени новой, что даже на учебу свою решила больше не возвращаться — я ведь еще не смотрела в глаза тем, кого вытаскивала из огня. И родственникам тех, кого не успела.
Мои ожидания оправдались — вечеринка была в самом разгаре, устроенная по западному образцу — легкий фуршет с закусками, пиво, пунш в огромной зеркально-металлической миске. И много-много народу — вполне себе приличного. Ночевать решила прямо здесь, на каком-нибудь диванчике — вряд ли хозяева будут выкидывать подвыпивших гостей до утра…
Выяснить бы еще, кто эти хозяева…
— Держи… — уже порядком навеселе, Артем сунул мне в руку бутылку пива с лаймом, надетым на горлышко. — А то чегой-то ты заскучала.
Я покладисто отхлебнула — действительно, чего это я? Мне знакомых новых-полезных заводить, а я тут хожу, как привидение, на людей натыкаюсь. Только о нем и думаю… Интересно, он уже забыл меня?
Заставила себя выпить полбутылки одним махом и протиснулась к столу с закусками…
А через полчаса уже вовсю трещала в окружении своих новых знакомых, с налету придумывая «курьезные» истории из театральной жизни. Врала так, как еще никогда в жизни — вроде просто для развлечения — себя и других, а спустя какое-то время вдруг поняла, что нет, не просто.
С каждым новым, полностью выдуманным фактом моей биографии, с каждой новой историей, я будто перекраивала себя — создавала себе новую личность и рисовала новое прошлое. Будто маску другого человека надела, заставляя себя вжиться в нее.
Даже усмехнулась себе под нос — дилетантка играет профессиональную актрису… Было бы смешно, если бы не так грустно.
Еще примерно через час я почувствовала себя не очень хорошо и вышла на веранду освежиться. За мной тут же выскочил Вадим.
— Ты в порядке? Принести чего-нибудь?
У меня немного кружилась голова — все же выпивать я не привыкла, хоть и могу похвастаться отцом алкоголиком.
— Принеси, пожалуйста, воды… — попросила и села в плетеное кресло, устало закрывая глаза.
Душевная боль, временно забитая новыми впечатлениями, мгновенно встрепенулась и сдавила мое сердце, пугая неотвратимостью страданий. Что же ночью-то будет…
Не думать, не думать, что угодно, только не думать о нем…
— Держи, красавица…
В мою безвольную руку вставили пластиковый стакан.
— Спасибо, Артем… — поблагодарила я, подняла глаза на парня и моргнула, не понимая, отчего он вдруг хмурится — ведь только пять минут назад смотрел на меня с таким обожанием, что не знала, куда уже от него спрятаться. Молила бога, чтобы можно было затусоваться здесь до самого утра и не придется ехать к этому озабоченному домой…
— Что случилось?
— Я… Вадим вообще-то… Могла бы уже и запомнить.
Оу… Как нехорошо… Конечно же, Вадим…
И тут до меня дошло.
Они ведь все на одно лицо для меня теперь! Что Вадим, что Артем, что господин управляющий… что еще сотни и тысячи мужских особей, какими бы привлекательными они ни были… С кем бы не пришлось мне дальше идти по жизни, с кем бы не свела меня судьба — для меня все мужчины теперь будут одинаковыми! Как сельди в банке, как элементы пейзажа, проносящиеся в окне скорого поезда…