Чтение онлайн

Везде была Беспредельность, и величие ее потрясло этого человека.

Да, Беспредельность, Беспредельное пространство содержит в себе все, но не содержится ни в чем!

Миры нарождаются и разрушаются. Вещество находится в постоянном изменении. Каждое изменение имеет свою причину и порождает следствие. Но Беспредельность не имеет причины, ее породившей, и в то же время — Она беспричинная Причина всего, и каждый из нас, существуя в ней, тем самым является частью Ее. Каждый из нас непрестанно изменяется — разрушаясь и нарождаясь вновь, но ядро, вокруг которого происходит это изменение, остается неизменным — частица Беспредельности остается сама собой всегда, ибо ничто не может быть вне Пространства, а Пространство беспредельно, и так как частица должна нести в себе качество Целого, то каждый из нас в сущности своей — беспределен, каждый из нас и есть это Беспредельное Пространство в его духовной сущности.

Даже самый узкий материалист понимает, что то, с чем он привык себя ассоциировать, — его физическое тело не есть нечто постоянное от рождения до смерти, что он есть крохотная частица отца, большой кусок матери, а в дальнейшем — материя, которую он поглощает, ибо клетки, составляющие тело меняются непрестанно; поэтому, утратив все клетки полученные от матери, он давно уже заменил их на клетки сформированные из животных, которых он пожирает, из растений, частиц атмосферы, воды и т. д., но ядро, составляющее его сознание и руководящее жизнью его тела остается тем же самым.

До сих пор еще некоторые люди считают астрономию отвлеченной и чуть ли не праздной наукой, оправданной лишь как сфера знаний, в которой так ярко проявляется гении человеческого разума, и имеющей ничтожные практические результаты. Лишь с осуществлением междупланетных полетов, которые немыслимы без точных знаний астрономии, наука о Беспредельности и дальних мирах, могла бы, по их мнению, оправдать свое существование. Детский лепет некоторых астрономов о пользе своей науки для исчисления времени, ориентации при навигации, уточнении некоторых исторических событий — чрезвычайно далек от того нового понятия, которое выдвигает Учение Живой Этики. Огненное Учение говорит, что Беспредельность — это неисчерпаемая бездна величайших сокровищ, использованных дотоле чрезвычайно мало и к тому же бессознательно. Пространство переполнено великими, мощнейшими энергиями, среди которых мысль играет первенствующую роль.

"… старайтесь извлечь дары!… одна пространственная мысль может подымать народы и одна пространственная мысль, зафиксированная на клише земном, может дать планете ценную науку" (Беспр., § 2)

Если космические лучи творят на нашей планете новые элементы, бомбардируя ядра их своими частицами, то это лишь самое малое, хотя и столь значительное, признание сокровенных сил Беспредельности.

Вдумаемся в значение слов Великого Авторитета сказавшего: "Неограниченны возможности, идущие от струй светил…" (Беспр., § 4). Сколько возможностей кроется за этим утверждением! Какие новые грандиозные перспективы открываются перед человечеством, если оно обратит свои устремления в указанном направлении. Если недра планеты ограничены, то недра Беспредельности, в полном смысле этого слова — НЕИСЧЕРПАЕМЫ!

03.04.60

Почему высшее знание является сокровенным?

Прежде всего потому, что знание является силой, которая в невежественных и злых руках может быть использована в разрушительных, своекорыстных целях. Каждый носящий в себе крупицу высшего Знания понимает, какая страшная ответственность возлагается на него. Не говоря уже о случаях сознательного предательства — может быть предательство и неумышленное, но так как обо всем судится по следствиям, то даже хорошие побуждения не освобождают невольного предателя от тех злых последствий, которые могут быть порождены разглашением тайных знаний. Вот кто-то доверил тайну бумаге, и бумага попала к темным — такая неосторожность будет осуждена так же как и сознательный донос. Кто-то при посторонних говорил слишком громко, и злодеи подслушали разговор. Чем такая неосторожность будет отличаться от громогласного разглашения? Кто-то доверил тайну человеку нестойкому, недостаточно проверенному, и человек оказался предателем. Несмотря на лучшие побуждения, человек, не обладающий качеством распознавания, будет нести ответственность вместе с сознательным предателем. Но не только ужас перед кармическими последствиями заставляет охранять тайну Высшего Знания, делая его сокровенным.

Любовь и бережность накладывают на хранителей Высшего Знания молчание куда более прочное, чем страх перед ответственностью. Ведь кощунство и поношение может быть следствием неосторожности, а кто же зная, что получение им знания обязано высочайшей любви и состраданию, захочет очутиться в одной толпе с кощунниками и поносителями?!

Одной из важнейших причин сокровенности Высшего Знания является опасность разрушения сознания. Высшее Знание есть высшее напряжение, а люди часто желают узнать что-то, забывая, что их сознание может не выдержать доверенной тайны, как ствол орудия может не выдержать слишком сильного заряда. Сознание растет очень медленно. Какие страдания, какие труды сопровождают на протяжении многих тысячелетий рост сознания, и поскольку совершенное сознание является мировым достижением — разрушение сознания есть великое преступление и бедствие, несравнимое со всеми другими потерями. Необходима величайшая бережность при передаче Высшего Знания, необходимо чтобы сознание соответствовало получаемому знанию, чтобы человек знал об опасности обладания знанием и был проникнут чувством величайшей ответственности.

Сколько надо передумать и, главное, перечувствовать, прежде чем передать кому-то сокровенное Знание. Давший неудачно, может лишиться права на дальнейшие получения.

Вот почему Высшее Знание так часто облекается в труднодоступный символ. Там, где имеется готовность к восприятию истины, там и понимание символа будет наиглубочайшим. Там, где до готовности далеко — символ может показаться бессмысленной абракадаброй. Символ — очень удобная и мудрая форма хранения тайного Знания — каждый извлечет из него столько, сколько он способен вместить.

В заключение можно сказать, что знание получает лишь тот, кто умеет его хранить и правильно его использовать. Конечно, те кто получают должны и давать. Но дать правильно так же трудно, как и получить.

Высшее Знание мощнее атомной энергии и, в то же время, подобно ей в том смысле, что оно может быть как и величайшей созидательной силой, так и ужасным разрушением.

Люди самомнительные не выносят существования чего либо поверх их понимания. Они объявляют это несуществующим, стараются подвергнуть допущение этого существования насмешкам, унижению, а нередко и урагану бешенной злобы. Эти узколобые невежды, постигнув малое и страшно возгордившись, пытаются усилить свое мнимое величие отрицанием. Конечно, — это неумные люди, хотя они часто встречаются среди ученых, ибо ради ложной гордости они лишают себя величайших возможностей и годами топчутся на месте, вместо быстрого продвижения вперед.

Желающий познания должен избавиться как от самомнения, так и от высокомерного отрицания, ибо отрицателям и надутым глупцам Высшее Знание не дается. Высшее Знание не продается с уступкой: каждый получающий его должен знать его полную цену и выказать соответственное почитание. Терпение, смирение и благоговение, если они, конечно, исходят из сердца — могут ускорить получение этого знания, которого жаждет сознание для своего роста и расширения, как цветок ждет влаги и света для своего цветения.

26.11.64

Одна из главнейших священных книг древнего Египта называлась "Книга Мертвых". Сначала такое название производит мрачное впечатление, но при более глубоком размышлении становится совершенно ясно, что название выбрано правильно: с чего как не с проблемы смерти должно начинаться Священное Писание.

Продолжается ли жизнь после гибели тела? Если продолжается, то ГДЕ И В КАКИХ ФОРМАХ? Если со смертью кончается жизнь, кончается все, то имеется ли какой-то субъективный смысл жизни? Что стоят все наши радости и страдания перед лицом абсолютного уничтожения? Нужны ли все тяжкие труды, которые сопровождают жизнь огромного большинства? Нужно ли жертвовать чем либо во имя других? Стоит ли, например, отдавать жизнь в расцвете сил на полях сражения? Стоит ли рисковать жизнью, спасая тонущего? Если жизнь дается лишь только раз и дальше ничего не существует, то не будет ли это мощным фактором для воспитания чудовищного, всепоглощающего эгоизма? Кому же тогда захочется жить ради какого-то проблематичного счастья, каких-то будущих, не менее проблематических, поколений? И какое же это может быть счастье, если эти осчастливленные поколения будут жить такое же мгновение, чтобы потом, все так же удушаться моральным и физическим ужасом смерти?! Не будет ли в тысячу раз более гуманным и справедливым — отказаться от порождения этих поколений?

Множество вопросов возникает, если не согласиться с утверждением "Книги Мертвых", что после гибели физического тела, для "мертвого" начинается жизнь полная множества интересных и важных явлений, не менее (а, пожалуй, и более) значительных, чем жизнь на "Земле". Изучая "Книгу Мертвых", древний египтянин мог гораздо лучше подготовиться к длительному "посмертному" существованию, чем любой из наших самых просвещенных ученых материалистов, который после смерти своего бренного тела, очутится в весьма трагическом, нелепом и даже смешном положении. Таким образом, "Книга Мертвых" была не только книгой для "мертвых", но и руководством для жизни "живых". Религии, утверждающие закон перевоплощения, отвечают исчерпывающе на любой из затронутых выше вопросов. Например: нужно ли трудиться и жертвовать собой ради счастья будущих поколений? Да! Это необходимо, потому что эти будущие поколения будут никто иные, как мы сами. Работая для блага будущих поколений, мы работаем для себя. Это замечательно, как с объективной, так и с субъективной точек зрения. Понимая закон Кармы, мы знаем, что заботясь о благе других, мы, тем самым, создаем и себе хорошую судьбу. Такое Учение способно ответить на любой вопрос, составляющий безвыходный тупик для материалиста. Но этого мало — оно готово объяснить и утвердить каждое положение, выглядящее нелепым в самой куцей и ограниченной религии узких материалистов.