Чтение онлайн

В состав обеих групп 1-й корпус ПВО выделил 84 орудия среднего калибра и 48 зенитных пулеметов. Одну из групп, получившую 64 орудия и 43 пулемета, возглавил опытный офицер управления корпуса полковник Д. Ф. Гаркуша, который в первые месяцы войны был начальником штаба 3-й дивизии ПВО, оборонявшей Киев.

Дивизионы зенитных артиллерийских орудий и батальон зенитных пулеметов этой группы получили задачу поддерживать войска 7-й гвардейской и 18-й стрелковых дивизий Западного фронта, которые действовали в составе 16-й армии на солнечногорско-истринском направлении. Здесь враг ожесточенно рвался к Ленинградскому шоссе. Наши зенитчики приняли самое активное участие в оборонительных боях на этом участке фронта. В течение трех дней расчеты зенитных орудий и пулеметных установок отбивали атаки противника, нанося ему серьезный урон.

[84]

Трудность для наших воинов заключалась в том, что им приходилось отражать атаки танков и пехоты неприятеля нередко без пехотного прикрытия. Командование 16-й армии не имело возможности выделить для них ни одного стрелкового подразделения, так как при организации обороны вынуждено было учитывать чуть ли не каждый взвод. Резервов не было.

Особенно сложная обстановка создалась 24 ноября. Вражеским автоматчикам удалось просочиться к огневым позициям наших батарей. Фашисты вели огонь по окопам зенитчиков, а те не имели возможности ликвидировать эту угрозу. Однако и в таких условиях зенитчики, действуя смело и решительно, наносили сокрушительные удары по скоплениям неприятельских войск. Так, воины 18-й батареи 864-го зенитного артиллерийского полка, входившей в состав группы полковника Д. Ф. Гаркуши, сорвали атаку целого полка гитлеровцев. При этом враг оставил на поле боя до роты убитыми. Командовал этой батареей политрук М. П. Кошкин.

Мужественно действовал и личный состав батареи, которую возглавляли воентехник 2 ранга И. В. Жаворонков и младший политрук А. С. Сажнев. Зенитчикам было поручено поддерживать огнем оборону 159-го стрелкового полка 7-й гвардейской стрелковой дивизии. Умело оборудовав огневые позиции, расчеты вели интенсивный огонь по пехоте и танкам противника. Они успешно отразили и атаку фашистской авиации на боевые порядки наших войск.

В ноябре 1941 года под Москвой мне довелось встретиться со своим бывшим заместителем в Рязанском артиллерийском училище полковником Барием Абдуловичем Юсуповым. По делам, связанным с расстановкой зенитных орудий на противотанковых позициях, я прибыл в прифронтовой район. Вскоре на шоссе, недалеко от того места, где мы стояли, появилась колонна машин. Оказалось, что командиром подразделения установок М-13 был Б. А. Юсупов. Мы обрадовались встрече, наскоро обменялись новостями.

— Послушайте, какой «концерт» мы сейчас дадим для фрицев, — весело сказал Юсупов и стал отдавать распоряжения командирам установок.

И в самом деле, «концерт» получился впечатляющий.

[85]

Вскоре после нашей встречи Барий Абдулович был тяжело ранен и доставлен в один из московских госпиталей. Я навестил его там. Юсупов находился в забытьи, бредил.

Врачам удалось спасти жизнь отважному артиллеристу, но вернуть ему зрение они не смогли.

Барий Абдулович Юсупов вошел в историю Великой Отечественной войны как один из первых командиров, овладевших новым грозным оружием — реактивными минометами и командовавших ими в боевой обстановке.

В Третьяковской галерее хранится прекрасный скульптурный портрет полковника Б. А. Юсупова работы В. И. Мухиной.

Под давлением превосходящих сил неприятеля 27 ноября подразделения 7-й гвардейской стрелковой дивизии отошли. Пришлось сменить огневые позиции и зенитчикам. Их рубежом обороны стала западная окраина деревни Киово на Дмитровском шоссе. Это всего в двух десятках километров от окраины Москвы. Наши воины решили стоять насмерть. Они выполнили свою клятву. Героические боевые действия этой батареи золотой страницей вошли в историю противовоздушной обороны столицы.

Утром 1 декабря 10 вражеских танков пытались атаковать огневые позиции орудийных расчетов, которыми командовали комсомолец замполитрука В. В. Громышев и коммунист старший сержант Г. А. Шадунц. Зенитчики встретили их метким огнем. Две фашистские машины были подбиты, остальные повернули назад.

Группа московских зенитчиков — героев боев с вражескими танками. Первый ряд (слева направо): И. Михайленко, Г. Шадунц, П. Телегин, И. Жаворонков, А. С. Сажнев; второй ряд — Н. Левченко, Б. Баранов, В. Конев, В. Петреев.

Через день противник повторил атаку. На участке обороны зенитчиков появилось 25 танков. И снова разгорелся ожесточенный бой. Атаку вражеских танков поддерживали тяжелые минометы, стрелявшие с закрытых позиций. Особенно трудно пришлось расчету Громышева. Воины подразделения уничтожили два танка, но все погибли. Последним пал смертью храбрых командир, до конца выполнивший свой долг.

Тяжелый бой выдержал расчет Гайка Шадунца. Наводчик этого орудия ефрейтор Василий Раздайбеда мгновенно ловил в перекрестье прицельной трубы неприятельские танки, а заряжающий Борис Баранов, заслав снаряд в патронник, быстро производил выстрел. Вот остановился один танк. Бронебойный снаряд зенитного орудия снес с него башню. Затем застыла на месте другая брониро-

[86]

ванная машина. Экипаж третьего танка, пытавшийся прийти на помощь второму, был уничтожен. Шесть танков потерял противник на этом участке от огня зенитного орудия, но ни на шаг не продвинулся вперед, хотя в то время именно здесь он был ближе всего к заветной цели, к Москве.

В район Клязьминского водохранилища, где танковой части противника удалось прорвать оборону наших войск, были переброшены семь батарей из состава группы полковника Д. Ф. Гаркуши. Они закрыли брешь и сумели задержать наступление врага. Здесь стойко сражались воины батареи лейтенанта И. А. Кушакова. В напряженном бою зенитчики уничтожили 8 танков и не допустили врага к мосту через водохранилище.

В районе Савельево, Ложки, Овсяпиково, что у Ленинградского шоссе, зенитчики уничтожили 12 танков, 3 самолета, 4 минометных батареи, 12 пулеметных точек, несколько автомашин и до полка живой силы противника. 1-я немецкая танковая дивизия, действовавшая здесь, во многом потеряла свои наступательные возможности благодаря противодействию зенитчиков.

Комиссаром в группе полковника Д. Ф. Гаркуши был старший политрук Г. М. Крытов — в прошлом редактор газеты корпуса. После ранения его сменил инструктор политотдела корпуса по комсомолу старший политрук И. В. Стрелков. Оба они вполне оправдали наше доверие.

Умело выполнял свои обязанности в трудных условиях быстро менявшейся боевой обстановки и начальник штаба группы полковник А. М. Ребриев.

Вторая группа зенитных батарей, выделенных нами из состава Московской противовоздушной обороны, действовала на рогачевском направлении. Возглавлял ее начальник штаба одного из полков майор Семен Лаврович Спиридонов (ныне генерал-лейтенант артиллерии). Комиссаром в эту группу был назначен один из лучших политработников корпуса — батальонный комиссар Павел Петрович Телегин. В группу входили сводный зенитный артиллерийский дивизион в составе пяти батарей (20 орудий) и пять зенитно-пулеметных установок.

Действуя вместе со 133-й и 126-й стрелковыми и 17-й кавалерийской дивизиями, а также с 21-й и 24-й танковыми бригадами, входившими в группу генерала Ф. Д. Захарова, зенитчики должны были предотвратить

[87]

прорыв противника к Москве с северо-западного направления, откуда части 6-й и 7-й танковых дивизий гитлеровцев наносили сильный удар, пытаясь обойти Москву с севера.

В районе деревень Федоровка, Филимоново, Храбровка, Алабуха 27 ноября развернулись напряженные бои. Некоторые наши стрелковые и танковые подразделения, в том числе и группа майора Спиридонова, оказались в окружении. Противник, стремясь расчленить окруженную группировку, бросил в бой большое число танков с десантом автоматчиков.