Чтение онлайн

Спустя несколько минут Световой, с распухшим до неузнаваемости лицом, был пристегнут двумя наручниками к батарее отопления, расположенной под окном комнаты, рядом с балконной дверью, таким образом, что походил на распятие. Регина, со связанными за спиной руками, лежала рядом.

Визитеры в хирургических перчатках сноровисто обыскали сначала комнату, затем кухню и даже туалет с ванной комнатой.

Один из них, подойдя к Регине, присел на корточки.

– Не вздумай кричать, – достав из-за пояса пистолет, он повертел его перед ее носом, – иначе заткну глотку пулей.

С этими словами он отклеил с губ скотч.

Она узнала этих, одетых в приличные костюмы и нисколько не походивших на мерзавцев, мужчин. Они несколько месяцев назад уже приходили к Антону.

– Что вам от нас нужно? – она пыталась придать голосу уверенность и твердость, однако Колосков едва расслышал ее.

– Твой муж особый государственный преступник, – он посмотрел на подошедшего Сметанина и хищно улыбнулся, – а вы члены преступной группировки.

Оба рассмеялись.

– Может, она знает? – неожиданно спросил Сметанин Колоскова и, присев рядом с ним, схватил Регину за подбородок: – Где у твоего мужа может быть тайник?

– Куда он спрятал документы и деньги? – уточнил Колосков.

– Какие деньги? – превозмогая приступы плача, выдавила из себя она.

– На которые ты жируешь, гадина! – с силой толкнув ее так, что, подавшись назад, она больно ударилась затылком о батарею, Сметанин выпрямился. – Когда он вернется, сделаешь вид, что ничего не произошло, и впустишь его в дом.

– Он своими ключами открывает, – вырвалось у нее, и, спохватившись, что сболтнула лишнее, осеклась, закусив нижнюю губу.

«Можно было воспользоваться этим. Хотя бы закричать, когда он попытается войти. Теперь я им уже не нужна, и они, наверное, избавятся от меня», – мелькнула в голове мысль, и ей стало страшно.

Опасения тотчас же подтвердились.

– Слушай, – Колосков тоже выпрямился, от чего у него противно хрустнули суставы, – так тогда на кой черт они нам нужны. Лишняя головная боль.

Сунув руку за отворот пиджака, он вынул пистолет, а из кармана брюк достал предмет цилиндрической формы и принялся его наворачивать на ствол. Регина догадалась, что это глушитель. Охвативший ужас сковал дыхание.

Следя за действиями и речью Колоскова, Световой затрясся:

– Я что-то вас не понял!

– Не торопись, – неожиданно осадил подельника Сметанин. – Пока она жива, у этого козла руки связаны. Да и ментяра в довесок к ней не помешает. Сидеть же ночь с двумя трупами в одной квартире не очень приятно. – Он перевел взгляд на Евгения: – А ты оказался никудышным опером. Кто же тебя после всего жить-то оставит?

– Ублюдки, – едва шевеля разбитыми губами, выдавил из себя милиционер.

– Забавно это слышать из уст человека, продавшегося за деньги и мифическую помощь в продвижении, – усмехнулся Колосков.

– Так он… – Регина перевела взгляд со Светового на Колоскова, затем на Сметанина. – Он с вами заодно был?

Войдя в прихожую и осторожно закрыв за собой двери, Антон, включив свет, неожиданно замер. Линолеум на полу в прихожей был забрызган кровью, которая, засохнув, напоминала ржавые пятна. Подняв глаза, он обомлел, увидев Колоскова, выходившего из кухни с направленным на него пистолетом.

– Доброе утро, говнюк! – указав стволом с навернутым на него глушителем в сторону комнаты, давая понять, чтобы Филиппов проходил, он криво усмехнулся: – Только без глупостей.

Понимая, что ничего хорошего он там не увидит, Антон даже зарычал от злости, но требование выполнил.

Взору предстала довольно удручающая картина. Регина лежала прямо на полу рядом со Световым, у которого на нет было разбито лицо. Уткнув пистолет ей в висок, на стуле сидел Сметанин.

– Сейчас ты спустишься вниз и обойдешь дом, – заговорил Колосков, одновременно обшаривая его свободной рукой на предмет оружия. – Там сядешь в белую «семерку». В ней находится человек, который сделает тебе укол. Только после его сигнала мы отпустим твою девицу и этого мусора.

– Что за инъекция? – отрешенно спросил Антон, не отрывая взгляда от заплаканных глаз Регины.

– Снотворное. Шеф, к сожалению, не изменил своего решения пообщаться с тобой лично.

Неожиданно в дверь позвонили.

– Кто это? – не меняя своего положения, Сметанин вопросительно посмотрел на дружка.

Колосков направился к двери.

Антон, как завороженный, не сводил взгляда с пистолета в руке Сметанина.

В принципе, если удастся завладеть оружием Колоскова, он может успеть снять Сметанина быстрее, чем тот выстрелит в Регину. Из своего опыта он знал, стоит у него в руках появиться оружию, как Сметанин, забыв о своих угрозах, попытается сначала расправиться с ним. В этих случаях террористов подводит инстинкт самосохранения. Зачастую они враз забывают о заложниках, переключаясь на наиболее опасную цель. А если он растеряется и не изменит своего положения? – от этой мысли у Антона исчезло желание осуществить попытку нападения. В девяносто девяти случаях из ста мышцы рефлекторно сожмутся, и произойдет непроизвольный выстрел. Однако, услышав диалог Колоскова с соседкой у дверей, он понял, что где-то поблизости Навродский, и немного успокоился.

«Не мог ничего поумнее придумать, – мелькнуло в голове. – В такое время больше подходит вариант с затоплением квартиры этажом ниже. Выглядело бы намного правдоподобнее. Не дай бог, догадаются».

Однако Колосков, войдя в комнату, лишь удрученно хмыкнул:

– У вас все здесь соседи такие долбанутые? В такую рань за солью приходить…

– А может, это ментовская заморочка? – осторожно заметил Сметанин.

– Вряд ли. – Колосков посмотрел на часы. – На всякий случай немного подождем, – и, переведя взгляд на Филиппова, медленно повторил свое условие: – Бабу твою и мента мы отпустим только после того, как увидим сигнал нашего человека, что ты выполнил все требования без глупостей.

– И как младенец спишь на заднем сиденье машины, – хохотнул Сметанин.

Поднявшись этажом выше, Золотов позвонил в двери. Особого труда не стоило убедить жившую там чету престарелых пенсионеров в том, что он из милиции, а все, что от них требуется, это разрешить ему пройти на балкон.

– А что случилось? – испуганно спросила невысокая бабулька, в наспех накинутом поверх ночной рубашки халате.

– Смотрите сегодня по телевизору «Криминальную хронику», – отшутился Олег.

– Может, вам чем помочь? – поинтересовался сухощавый ухоженный старик, с абсолютно белой шевелюрой, отодвигая занавеску. – Я всю войну прошел…

– Спасибо, отец, ты свое дело сделал. Теперь просто сиди тихо.

Однако энтузиазм и азарт улетучились, когда, перегнувшись через перила, Олег посмотрел вниз. Он даже пожалел, что вызвался на такой рисковый трюк. Сорвавшись с высоты восьмого этажа, он однозначно не выживет.

– Отец, веревка есть? – вернувшись обратно в комнату, спросил он.