Чтение онлайн

– А разве есть такая необходимость? – осторожно поинтересовалась я. – По-моему, сейчас их отношения намного лучше, чем прежде.

– Лучше? – с сарказмом переспросил Велдон. – Не сказал бы. Герцог относится к числу тех людей, которые врагов предпочитают держать как можно ближе. А друзей у него просто нет. Чем больше он обращает на тебя внимания – тем сильнее надо тревожиться. Тегрей никогда и ничего не делает просто так.

Я невольно кивнула, подтверждая его правоту. Затем подняла бокал и сделала крохотный глоток.

Шипучие пузырьки ударили мне в нос, и я скривилась. Нет, не люблю игристое вино. Никогда не понимала, почему девушки от него в таком восторге.

– Что между вами произошло? – неожиданно спросил Велдон, видимо, решив не ходить вокруг да около, а сразу перейти к интересующей его теме. – Когда мы были во дворце, я слышал краем уха несколько разговоров. Люди Тегрея украдкой шептались, будто не представляли, что их господин способен на такую мощь. Понятное дело, прямо я спросить не мог, что их так восхитило. Но в покои короля вызвали каменщиков. И это говорит само за себя.

Я с сомнением посмотрела на бокал. Затем поставила его на стол. Все равно этот напиток мне не нравится.

– Если ты думаешь, будто мы с Тегреем переспали – то это не так, – сказала я, постаравшись не покраснеть при этом.

Но, странное дело, Велдон после моего признания не выказал ни малейшей радости. Напротив, морщины на его лбу стали еще глубже.

– Я думаю, ты в курсе, кто стоял за покушением на короля, – проговорила я.

– В курсе. – Велдон кивнул. – Тегрей навестил меня той ночью. Томас еще метался в беспамятстве, но герцог был настолько любезен, что поведал мне окончание истории.

Тегрей навестил Велдона? И я изумленно приподняла бровь. Я даже не догадывалась об этом. Впрочем, после беседы с герцогом я с трудом добралась до покоев, куда меня проводил Равен. Слишком много испытаний выпало на мою долю в тот день. Усталость так резко навалилась на меня, что я то и дело спотыкалась, засыпая на ходу. А потом рухнула на кровать – и мгновенно отрубилась.

– Ринуальдо и его внук, внебрачный ребенок короля. – Велдон грустно улыбнулся. – Кто бы мог подумать. Томас очень расстроился, когда узнал о предательстве старины Рино. Он действительно считал его самым достойным человеком при дворе его величества. По-моему, после этого вера Томаса в людей окончательно рухнула.

– Значит, он станет еще невыносимее, – буркнула я. И, уже громче, продолжила: – Когда мы вошли в тайный ход, Ринуальдо активировал защитный контур дворца. Это заблокировало все рычаги, и мы оказались в настоящей западне. Но… – замялась, с отчаянием почувствовав, как мои щеки все-таки начали предательски теплеть.

Да уж, нелегко признаться, что в очередной раз послужила резонатором магических способностей герцога. Велдон прекрасно понимает, что стоит за этими словами.

– Но мы нашли способ выбраться из ловушки, – как можно более сухо сказала я.

– Полагаю, при помощи твоего дара, – прозорливо уточнил Велдон.

– Да, но у нас не было другого выхода. – В моем голосе прозвучали какие-то жалкие оправдывающиеся нотки, и я замолчала. Опустила голову, с преувеличенным вниманием изучая пол. Затем тихо добавила: – Велдон, я уже сказала, что не спала с Тегреем, если тебя это волнует.

– Я в этом и не сомневался, – ответил Велдон. – Но…

Я украдкой посмотрела на него, настороженная затянувшейся паузы.

Велдон, хмурясь, разглядывал дно своего бокала. Затем одним глотком осушил остатки бренди.

– Что – «но»? – поторопила его я, осознав, что по каким-то причинам он не желает продолжать.

– Получается, Тегрей сумел разрушить защитный контур дворца, созданный лучшими специалистами в магической науки, лишь после поцелуя с тобой, – произнес Велдон. – И у него наверняка возник вопрос – а на что он будет способен, если…

Велдон не закончил фразу. Лишь свирепо выдвинул нижнюю челюсть и встал. Подошел к столику с напитками и щедро плеснул себе в бокал еще.

Я грустно поджала губы. О да, я прекрасно понимала, что не договорил Велдон.

– Было еще что-нибудь, что мне или Томасу надлежит знать? – спросил Велдон, не глядя на меня.

Я вспомнила последние мгновения жизни Амьена. Нож, легко вошедший в его шею. И насмешливую улыбку Тегрея, обращенную ко мне после этого.

Как он тогда сказал? Он не будет меня наказывать, если я проболтаюсь. Но я его сильно разочарую этим.

– Нет, – быстро ответила я. – Больше ничего. После разрушения защитного контура Тегрей ворвался в покои короля и убил Амьена.

– Неужели не было никакого способа сохранить ему жизнь? – негромко, словно беседуя сам с собою, буркнул Велдон.

Понятное дело, я предпочла проигнорировать его вопрос. Впрочем, Велдон и не ждал от меня никакого ответа. Почти сразу он пожал плечами и довершил свои рассуждения:

– А хотя… Роберт вполне мог пощадить Амьена, коль тот его сын от любимой некогда женщины. Даже приговоренный к пожизненному заключению, Амьен бы остался огромной проблемой. Если есть потенциальный наследник – то рано или поздно появится новый заговор. Слишком многих не устраивает принц Эдриан. Он глуповат и трусоват. Не таким должен быть будущий король Альмиона.

Вот как. Ну что же, нечто подобное я и подозревала. Но любопытно в таком случае, какая участь ожидает дочь Джессики, если она действительно является внучкой короля?

– Велдон, скажи… – Я осеклась, не смея продолжить.

Нет, Тегрей не запрещал мне рассказывать о том, что выяснилось в ходе допроса Ринуальдо. Но я была уверена, что лучше мне держать язык за зубами.

– А, вот вы где, – неожиданно раздалось с лестницы, и я облегченно перевела дыхание. Теперь хоть нет нужды придумывать какой-нибудь вопрос.

– Томас, кто тебе разрешил вставать? – недовольно пробасил Велдон. – Марш в кровать!

– Велдон, ты не симпатичная цыпочка, чтобы командовать мне подобное. – Томас насмешливо хихикнул и принялся спускаться.

Я наблюдала за его приближением с двоякими чувствами. С одной стороны, я была рада видеть Томаса. Но с другой… Я боялась разговора с ним еще больше, чем разговора с Велдоном. Какому мужчине будет приятно узнать, что его невеста целовалась с другим? Да, Томас не любит меня, но чувство собственничества еще никто не отменял. А если к этому прибавить скверный характер Томаса и его боль от утраты… Не сомневаюсь, что в выражениях при обсуждении столь вопиющего факта он не постесняется.