Чтение онлайн

Пеони, красивая сорокалетняя женщина, задумчиво смотрела вдаль. Джеми увидел, как она невольно пожала плечами и обхватила себя руками.

— Замерзла? — спросил он, собираясь снять пиджак — одежду, которую он презирал, — и накинуть его ей на плечи.

Пеони покачала головой, но все же закуталась в кружевную шаль.

— Я просто… вспомнила.

У Джеми были свои воспоминания, связанные с Куинслендом, и все они были весьма болезненными. Он улыбнулся и обнял ее за талию.

— Мы ведь договорились не оглядываться в прошлое.

Выражение лица Пеони стало задумчивым, когда она вглядывалась в какое-то ужасное видение, различить которое Джеми не мог.

— Инкриз все еще жив, — отозвалась она почти шепотом, — и если до него дойдет слух, что ты в Австралии, он убьет тебя.

— Но не раньше, чем и ему отомстят, я полагаю, — ответил Джеми. Он не боялся ни Инкриза Пифера, ни кого-либо еще… разве что только Риви.

Пеони поежилась и зажмурила глаза в ответ на возникшие в ее богатом воображении картины, а потом повернулась, положив руку на спину Джеми. И хотя шрамы от хлыста Инкриза были скрыты под рубашкой и пиджаком, Пеони никогда не забывала о них.

— Никто и ничто не стоит такого риска, Джеми Маккена, — прошептала она, и на ее зеленые глаза навернулись слезы.

В голосе Джеми начал проступать ирландский акцент, который появлялся всякий раз, когда он был раздражен или огорчен.

— Я не намерен терпеть, чтобы этот ублюдок диктовал мне, куда мне ехать, а куда нет! — вспылил он.

Пеони сдалась и решительно повернулась лицом к морю. Вдали показались скалистые берега Куинсленда.

Когда урожай сахара был убран с плантацией в «Семи Сестрах» и у Дункана, Риви загрустил. Мэгги часто заставала его стоящим среди ночи у темного окна и всматривающимся в море. Она знала, что он думает о Джеми, и это беспокоило ее. Дело лишь во времени, Мэгги была уверена в этом, и он решит отправиться в Новую Зеландию на поиски брата. А из-за своей беременности она наверняка останется дома.

Проснувшись однажды ночью и увидев, что Риви стоит у окна, она встала, обняла его и прижалась лбом к его спине. Риви замер, и Мэгги подумала, не начал ли он уже похаживать к Элеанор. Глаза ее наполнились слезами, но Мэгги не дала им воли. Она бодро улыбалась, когда Риви повернулся к ней.

— Думаешь о дальних краях? — тихо спросила она.

— И дальних людях, — подтвердил Риви. Его руки обнимали Мэгги, но он был далеко от нее: его душа и мысли были в Новой Зеландии, с Джеми.

— Когда поедешь? — Мэгги не собиралась задавать этот вопрос, он сам вырвался у нее.

Риви снова замер, на этот раз руки его коснулись лица Мэгги, погладив ее щеки. Он помедлил, а потом с покорным вздохом ответил:

— Скоро.

— Я хочу с тобой, — решительно сказала Мэгги.

Риви покачал головой.

— И речи быть не может, Янки, — ласково сказал он. — И более того, ты это знаешь.

Мэгги опустила глаза, чтобы он не увидел ее слез. Она не решалась заговорить.

Муж обнял ее, поглаживая по спине ритмичным движением.

— Я недолго, любимая, обещаю. А ты можешь провести это время в Сиднее, походить по магазинам и все такое. Как тебе эта идея?

Мэгги была в отчаянии, которое ее гордость не позволяла ей показать.

— Нет, — натянуто сказала она. — Но у меня есть дело в Брисбейне.

Риви выгнул бровь.

— Что за дело? — спросил он с подозрением. Мэгги не могла понять, почему он всегда думал, что она что-то затевает у него за спиной. Она вздернула нос.

— Собираюсь поговорить с людьми из приюта, в котором нашли Элизабет. Мне хочется знать, почему она так долго молчит.

Риви облегченно вздохнул.

— Удачи, Янки. Лучшие детективы не смогли узнать этого. Оставь это, Мэгги. Она, видимо, была расстроена тем, что мать бросила ее.

Мэгги пришлось признать, что такое было вполне возможно. В конце концов самым страшным для малышки было то, что ее могут бросить.

— Как, по-твоему, какая она была? — сказала она отрешенным голосом. — Я имею в виду мать Элизабет.

Риви пожал широкими плечами.

— Когда и если я найду Джеми, быть может, спрошу его. Через пару дней, Мэгги, мы поедем в Брисбейн, а оттуда вы с Корой и Элизабет сможете поехать в Сидней.

Мэгги переступила с ноги на ногу.

— Нет! Риви Маккена, я твоя жена, и у меня есть право…

Он приложил палец к ее губам, заставив замолчать, и покачал головой. В порыве ярости Мэгги сжала кулаки и бессильно ударила Риви в грудь. Хриплое и прерывистое рыдание вырвалось у нее, и он поднял ее на руки. Сев на край кровати, Риви усадил Мэгги на колени, как расстроенного ребенка. Она зарыдала всерьез. К страшному раздражению Мэгги, Риви усмехнулся, и рука его принялась ерошить ее волосы, когда он прижал ее к груди, пытаясь утешить.

— Это ведь все из-за ребенка, который растет в тебе, да? Ты делаешься обидчивой.

— Ребенок тут ни при чем, деревенщина! — взвыла Мэгги. — Это из-за того, что ты уезжаешь, хотя не могу п-понять, почему я не р-радуюсь тому, ч-что отделалась от т-тебя!

Риви засмеялся и поцеловал ее в лоб.

— Может, еще будешь, как только я уеду, а ты обежишь все магазины в Сиднее. Можешь повидаться с этой своей подружкой, как ее там?

— Тэнси, — сердито ответила Мэгги. Она хотела, чтобы та приехала и пожила у них в «Семи Сестрах», но Тэнси отказалась, потому что это значило бы расстаться с женихом. Желая подразнить Риви, Мэгги добавила:

— Думаю, я предпочла бы остаться здесь.

Риви так внезапно встрепенулся, что Мэгги чуть было не свалилась у него с колен.

— Когда Дункан Кирк живет всего в двух шагах отсюда? Да ни за что, Янки!

Мэгги захлопала ресницами.

— Мне казалось, Дункан — твой друг, — невинно сказала она. — Ты ему не доверяешь?

— Я скорее доверил бы тебя банде пьяных пиратов, — ответил Риви. — Ты едешь в Сидней, и хватит об этом!

И хотя Мэгги возражала и, по крайней мере, еще раз всплакнула, Риви остался неумолим. После трех дней торопливых сборов они отправились в Брисбейн в сопровождении Коры с Элизабет. Путешествие прошло без приключений, хотя и оказалось утомительным. Мэгги была в мрачном расположении духа, когда собиралась ложиться спать в гостинице. Комната, в которой остановились они с Риви, уже однажды была их, в брачную ночь. Мэгги отвернулась от Риви, когда он прикоснулся к ней, так сердита и напугана она была, но его ласки всегда разжигали ее. После лихорадочной любви она неподвижно лежала в его объятиях, удивляясь его власти над собой. Казалось, ослушаться его было невозможно, а значит, и невозможно сохранить хоть какое-то подобие самоуважения.

Корабль Риви отплывал рано, и когда Мэгги только проснулась, Риви уже был одет. Зевая, она села в постели.

— Как долго тебя не будет? — как бы невзначай спросила она, отводя глаза, чтобы Риви не заметил в них готового вспыхнуть бунта.

— Довольно долго, пока не найду Джеми и не выясню, почему он так долго не показывался — целых двадцать лет, — тихо ответил Риви. В его сине-зеленых глазах появилась угроза, когда Мэгги наконец решилась взглянуть на него. — И не думай пытаться пробраться на корабль!