Чтение онлайн

– Господи, ты разговариваешь, как… как воровка с Хитрова…

– Аня, я и есть воровка, – устало, словно в сотый раз объясняя простую вещь бестолковому ребенку, произнесла Катерина. – Воровайка. И я тебе чистую правду говорю: я все сделала сама. Сережа лишь помогал, без него бы у меня ничего не вышло.

– Ну, вот видишь! Ты же сама говоришь, что без него…

– А он без меня вовсе не пошел бы на такое дело. Это я его уговорила. Он согласился, потому что любит меня.

– Катя! Ради бога! Тебе шестнадцать лет! Что ты понимаешь в мужчинах, в любви! Этот каторжник воспользовался твоей наивностью и…

– Ничем он не пользовался, – вдруг отрезала Катерина, и ее глаза недобро сузились. – Аня, я все равно больше ничего не скажу. Я господину следователю уже говорила: пусть отпустит Сережу, я покажу, где рыжье Ахичевских и листы. Все цело, кроме денег, их мы в Кишиневе прогуляли. А нет – пусть хоть на части режут.

– Катя!!! – в отчаянии вскричала Анна, до сих пор не могшая поверить, что эта чужая худая воровка с жестким взглядом – ее девочка, маленькая Катя, которую они с Софьей надеялись устроить в жизни, выдать замуж, сделать так, чтоб хотя бы она одна из всех их жила счастливо… Что с ней стало, почему она столь сильно изменилась, как теперь разговаривать с сестрой, какими словами ее убеждать?..

– Ну, хочешь, я сама переговорю с этим твоим… с Сергеем? – схватилась Анна за последнюю соломинку. – Он же все-таки взрослый мужчина и должен понять, что…

– Не нужно. Тебе и не позволят, – уверенно возразила Катерина. Анна резко обернулась в поисках Анциферова, но его не было.

– Не извольте беспокоиться, Анна Николаевна, – сказал сидящий за своим столом Козинцев. – Максим Модестович как раз сейчас беседует с Валетом. Я уверен, у него все получится лучше, чем у вас.

Впервые по замкнутому лицу Катерины пробежала тень тревоги. Закусив губу, она посмотрела на сестру и тут же отвернулась к окну.

– Катя… – прошептала Анна. – Что с тобой стало? Почему, скажи мне, почему?..

– Так уж вышло, Аня, – равнодушно ответила Катерина, глядя в окно. И больше не сказала ничего.

Когда Валет, щурясь от света из зарешеченного окна, вошел в кабинет в сопровождении конвоира, он увидел сидящего за столом массивного человека со спокойным холодным лицом, которое портил шрам над бровью. На незнакомце был мундир статского советника. Скроив на всякий случай безразличную нагловатую усмешку, вор обеспокоенно подумал, что, кажется, дела плохи совсем, если их с Катей работой интересуется такой козырь.

– А Аполлинарьич где? – тем не менее нахально спросил он, разваливаясь на стуле перед человеком в мундире. – Не заболевши, случаем?

– Здоров и тебе того же желает, – чуть насмешливо отозвался тот. – Но, видишь ли, ты мне нужен…

– Это зачем же?

Человек со шрамом не ответил. Помолчав немного и поизучав физиономию Валета из-под тяжеловатых век, он спросил:

– Кого из московских фартовых знаешь?

– И господь с вами, никого вовсе не знаю… – голосом казанской сироты привычно затянул Валет. – Дальше Ростова не хрял с Одессы, от спросите кого хочете…

– Болдогу знаешь? Сивого? Арапку? – словно не слыша его, продолжил человек со шрамом.

– От ей-богу, первый раз слышу…

– И с Арапкой ты сам был, когда его в Черкасске с кассой брали?

– Та не, то не я был, спутали…

– И про Туза с Москвы, для которого ту кассу несли, ты не слышал?

Смуглое лицо Валета с затянувшейся ссадиной во всю скулу, приобретенной во время ареста, на миг застыло. И тут же снова расцвело наглейшей улыбкой:

– Ну, воля ваша, от ничего не пойму, что вы такое толкуете…

– Ну, не поймешь, и не надо. А теперь послушай… – Анциферов перегнулся через стол, поманил к себе Валета, тот послушно придвинулся, и Максим Модестович негромко сказал ему несколько слов. Смуглая физиономия Валета стала серой, в светлых глазах забился неприкрытый страх. Он отпрянул назад.

– Лепишь, дядя… Откуда знать можешь?!

Анциферов молчал.

– Чем докажешь? – нервно спросил Валет.

– Ты был с Арапкой, когда его брали с воровской кассой, – не отрывая взгляда от своих ногтей, бесстрастно повторил Анциферов. – Дружка повязали, а ты в окно выхлестнулся, успел. Он тебе… – снова несколько тихих слов через стол, от которых Валет изменился в лице.

– Где сейчас Арапка-то? – хрипло спросил он.

– Умер на каторге два месяца назад.

– А Сивый?

– На Хитровом, в «Пересыльном», случая ждет.

– Кассу-то он… Тузу сбросил? Успел? Я ж не знаю…

– Успел.

Вор отвернулся, уставился в стену. Сквозь зубы процедил:

– От меня чего хочете?

– На этот раз, Валет, ты крепко вляпался.

– Да уж знаю, – настороженно отозвался тот.

– В каторгу пойдешь.

– И первый раз, что ли?..

– Маруху твою тянуть за тобой нельзя.

Валет, явно не ожидавший такого поворота разговора, растерянно наморщил лоб.

– Это… Катьку, что ль? Та, понятное дело, нельзя, я ж и кажу Аполлинарьичу, что ее на волю пущать надо, она пигалица, ни к чему не привязанная… А вы… из-за нее стараетесь?

– Она, как ты знаешь, тянет все на себя, – словно не услышав последнего вопроса, продолжал Анциферов.

– Да дура она, дура-девка, и всех делов! – взорвался Валет. – Вы меня слухайте, я ж как на духу… Моя работа была, спросите кого хочете по Одессе, я сроду с бабами не работал!

– Ну, на этот раз сработал, – без улыбки заметил Анциферов. – Валет, делай, что хочешь, но девочку твою надо вытащить.

– А я что могу, на шконках сидючи?! – вызверился Валет. – У этой козявки упрямства на сто ишаков хватит! Уперлась, зараза!

– У тебя будет с ней свидание.

Валет осекся на полуслове. Недоверчиво посмотрел на Анциферова:

– Лепите? Кто даст-то?

– У тебя будет с ней свидание, – невозмутимо повторил тот. – И ты скажешь ей, что… – Тут Анциферов почти вплотную приблизился к вору и несколько минут говорил шепотом. Валет внимательно слушал. Затем медленно кивнул.

– Что ж… Цекаво придумано. Только ведь не поверит она… Хоть малявка, а не дура.

– Должен так сказать, чтоб поверила. Учить мне тебя? Знаешь сам ведь, как с девками надо.

– Да, но как с ней, с Катькой, до сих пор не понял, – неожиданно произнес Валет. – Но вы правильно сказали, это проканать может. Ну… ведите, что ль.

– Сейчас пойдешь. – Анциферов вышел из-за стола. – Только смотри, без выкрутасов, там будет ее старшая сестра, не напугай.

– Сестра… – проворчал Валет. – Слышал, как же. Из-за нее-то вся эта бодяга и замесилась. Как она Катьку до таких делов допустила?