Огонь между нами
Шрифт:
– Возможно, кто-то узнал вас в лицо?
– Возможно. А возможно, кто-то из Москвы сообщил Владимиру Марковичу, что мы здесь. Больно разочаровываться в людях, но в последнее время это происходит все чаще. Озаров всерьез взялся за свою долю в компании. Время от времени он проворачивает какие-то подозрительные сделки. А стоит копнуть в том направлении, как сразу находится очень важный и очень много получивший от Озарова человек, который не дает ни в чем разобраться.
– В деле о твоем похищении такой человек тоже есть, - вынуждена была признать Алина, косясь на Саньку. Напарник оказался прав: Озарову не хотели искать.
– Конечно, есть! – подтвердила Марина.
– Поэтому я и сказала, что не могу пойти в полицию. Я на порог не успею ступить, а Озарову уже доложат! – Марина тяжело вздохнула: - Деверь пытается доказать всем, что я бросила сына, и потребовать передать ему право опеки над племянником, чтобы от имени Кирилла управлять компанией. Пока все козыри у него в руках. Я не пойду против него, пока Кирилла не будет рядом со мной…
– А Кирилла он увез в Москву, куда без документов ты не можешь добраться, - закончил мысль Александр.
– Да.
– Но, погоди-ка! – вмешалась Алька.
– А если связаться с твоими друзьями в Москве? Почему ты не хочешь позвонить им и попросить забрать Кирилла у Озарова?
– Потому что я не уверена, что они успеют раньше, чем Владимир Маркович причинит вред моему сыну, - призналась Марина.
Повисло молчание.
– Получается, из пансионата ты не по собственной воле ушла? – в задумчивости протянула Алька.
– Конечно, нет! Озаров прислал людей, которые похитили меня.
– Из номера?
– Да. Они открыли дверь запасным ключом и выкрали меня.
– А как же камеры? По телеку показывали записи, на которых видно, что ты выходишь из номера сама.
– Эти записи были сделаны раньше.
Алька перевела взгляд на Саньку.
– Оцени масштаб трагедии, - изрекла Рыжая Лиса и со стоном схватилась за голову. – Что же теперь делать? Это же мафия! Они же узнают, где мы живем! Ох!..
– Они ничего нам не сделают, - уверенно произнес Александр, пресекая дальнейшие стенания и возможные обвинения в адрес Марины или его самого.
Алина намека не поняла, и тут же озвучила именно то, чего не стоило говорить в присутствии Марины:
– То есть, как это ничего не сделают? Они Марины Озаровой не побоялись, а нас испугаются что ли? Ох, Санька! А я ведь сразу говорила, что это плохая идея!
Теперь пришел черед Александра стонать.
– Алька! Язык твой – враг твой! – не сдержался он. Посмотрел на Марину и поспешил добавить: - Извини и не волнуйся ни о чем. Мы вытащим твоего сына. С вами все будет хорошо.
Взглянув на часы, Александр обнаружил, что уже полчаса, как пошел отсчет новых суток.
– Постарайся поспать.
– А ты? Что ты будешь делать? – испуганно спросила Марина.
– Второй раз на виллу Озарова не пойду, - улыбнулся он в ответ.
– А в отель? – насторожилась Алька.
– И в отель не пойду. Владимир Озаров предполагает, что Марина может прийти за сыном, поэтому охрана на чеку. Здесь, в Евпатории мы ничего не сможем сделать. Придется отпустить Кирилла в Москву.
Марина прикусила губу, сдерживая слезы. Но что она хотела? Чтобы Александр бросил все и отправился погибать ради призрачной надежды вернуть ей сына сегодня вечером?
– После того, как Озаров оформит опеку над Кириллом, что он станет делать? Переведет компанию на себя?
– Нет. Это невозможно. По условиям завещания только Кирилл, когда станет совершеннолетним, сможет продать или иным образом изменить собственника своей доли.
– То есть даже после оформления опеки у Озарова будет веская причина не причинять Кириллу вред?
– Да, - ответила Марина, мысленно отблагодарив Александра за то, что он не произнес страшного слова «убить» вслух.
– Хорошо. Значит, время еще есть - еще одиннадцать лет…
– Сколько? – тут же переспросила Алина и звонко рассмеялась.
Марина тоже улыбнулась, чего и пытался добиться Санька. Подмигнув девушке, он поспешил успокоить ее:
– Мы столько ждать не будем. Обещаю, к утру я что-нибудь придумаю.
ГЛАВА 10
Алина, Санька и Марина стояли посреди гостиной и с сомнением смотрели на разложенный на полу спальный мешок. Санька наотрез отказался спать на одном диване с Алиной, пусть даже последний раскладывался в отличное двухместное ложе. Марина предложила девочкам занять одну комнату. Это предложение Санька тоже встретил решительным отказом.
– Это походное решение. Санька, одумайся! У тебя утром все тело будет ныть!
– Согласна, - кивнула Марина. – Зачем такие сложности, если всем и так хватает места?
Санька хмурился, бурчал себе что-то под нос, но продолжал налаживать спальное место на ковре.
– Ладно, - сдалась наконец Алина. – Пусть спит тут. Уже второй час ночи. Если не ляжем сейчас, совсем не выспимся с утра.
Марина согласилась. Санька облегченно выдохнул:
– Вот же две наседки! Кудахтали, кудахтали, а нового ничего так и не придумали. Только время зря потратили.
– Потому что петух упрямый попался, - показала ему язык Алина.
Пожелав спокойной ночи, Марина ушла в соседнюю комнату. Легла на кровать. Сон, как назло, не шел, и девушка долго ворочалась, рассматривая потолок, прислушиваясь к шорохам на улице и тихому разговору за стеной. Алина и Санька продолжали спорить о помощи ей и о спальных местах. Марина вздохнула. Она совсем не хотела никому доставлять неудобств. Особенно Александру.
Стоило подумать о «спасателе», как образ его легко появился перед глазами. Откуда-то из глубин памяти выбралось воспоминание о первой из их встреч на аллее в парке.
Тогда, в начале выступления Марина не замечала Александра, радуясь возможности побыть с сыном вдвоем, радуясь неподдельному восторгу Кирилла. Мальчик наблюдал за Огненным Магом, открыв рот от восхищения. Неподдельный восторг! Марина никогда прежде не видела Кирюшу таким возбужденным. А ведь ему были доступны все самые лучшие развлечения Москвы!
Номер за номером мать и сын стояли на одном и том же месте. Около девяти Марина предложила сыну уйти, но Кирилл настоял, чтобы они остались до самого конца. Кажется, именно в этот момент Марина впервые взглянула на артиста. В загадочной и манящей темноте, закутанный в черное, он готовился показать номер с пои. Подошел, чтобы поджечь их от свечи у границы импровизированной сцены, и с приветливой улыбкой посмотрел на зрителей – на всех и каждого, не упустив Кирилла и Марину.