Чтение онлайн

— Ты поешь со мной? — Он поглядел на Сезарре. Тот заколебался.

Конечно. Он слышал, что я говорил Шеку Кулу.

— Прости меня, я знаю, я был слишком близок к волшебству, и это опасно. — Кейда скрыл огорчение, занявшись кувшином. — Никому не стоит делить со мной пищу на всякий случай.

Сезарре изумил его, сев на другой конец скамьи и оторвав для себя кусок легкого хлеба.

— Здесь у нас однажды был раб… — Он помедлил, подбирая немного творога с медом. — Хороший человек, хоть и родился варваром. Он выдал ту, которую потом убили за то, что прибегла к волшебству. Он быстро раскусил ее чародея, потому что встречался с волшебниками в своей прежней жизни. Он все еще оставался хорошим человеком, хотя такие вещи и касались его…

Хороший человек, но только в прошедшем времени.

— Что с ним случилось? — Кейда потянулся за ложкой и начал есть соллер с незнакомыми ягодами, которые оказались освежающе терпкими.

Сезарре покачал головой.

— Это тебе скажет Шек Кул.

Раб взял другую ложку и присоединился к Кейде, принявшись за соллер. Они почти добрались до дна миски, когда галька на дорожке захрустела под ногами приближающегося Делаи.

— Мой господин Шек Кул желает снова с тобой поговорить.

Кейда поднялся. Сезарре собрал посуду и составил на поднос. Когда он исчез, Кейда почувствовал себя странно, словно чего-то лишился.

— Сюда. — Делаи даже не взглянул на дорогу к залу для приемов, но вместо этого повел Кейду к главной башне. Они вновь обошли огромное здание, и Кейда увидел, что его ведут к сторожевой вышке над воротами.

— Вверх по лестнице, — хмыкнул Делаи. — На самый верх, — Кейда подчинился и вскоре оказался в помещении, которое занимало всю ширину верхнего уровня башни. В каждой стене имелись большие окна с дощатыми деревянными ставнями, откинутыми и закрепленными. Шек Кул ждал, глядя за пролив.

— Благодарю за добрый завтрак, — учтиво произнес Кейда.

— Делаи, охраняй лестницу. Пусть никого не будет в пределах слышимости.

Как только раб закрыл за собой дверь, Шек Кул двинулся от окна, чтобы сесть на одну из скамей, которые шли вдоль стен под окнами.

— События, которые я предлагаю не обсуждать, научили меня не выносить приговор человеку всего лишь за то, что он имел несчастье столкнуться с волшебством. — Он безрадостно улыбнулся. — А иначе мне пришлось бы вынести приговор моим женам, моему первенцу и себе самому. Но мне ведомы глубина и неохватность злокозненности колдунов, и я с тех самых пор старался не упустить ни одного знамения, которое бы предостерегло, что то отвратительное происшествие замарало наше будущее. Мои соседи могут не согласиться со мной, но я ни видел ни одного такого знака, и моя тревога убывает с каждым оборотом небес. — Он задумчиво поглядел на Кейду. — Я понимаю твои тревоги о владении Дэйш. Не знаю, хватило ли бы у меня храбрости следовать тропе вроде той, что, как подозреваю, привела тебя сюда. Не вижу и никаких указаний на то, где может пролегать твоя тропа в будущем, и это беспокоит меня. Ты понимаешь, что решив бороться против тех чародеев, ты вполне можешь оказаться отвергнут другими владениями за одно то, что презрел опасность быть запятнанным волшбой, пусть даже в итоге спасешь южные пределы?

— Каким бы нежеланным ни был жребий, сделка себя оправдывает, — спокойно сказал Кейда.

Неясный звук, который издал Шек Кул, был эхом того, что испустил его раб. Он повернул на пальце толстое серебряное кольцо. В кольцо был вправлен неограненный отполированный изумруд, который не мог не быть оберегом.

— Не могу сказать тебе, как одолеть волшбу, которая в открытую врывается на чьи-то земли и сеет разрушение у себя на пути, — внезапно произнес вождь. — Добрая удача, равно как и добрый совет, спасли это владение от бедствия, которое чуть не навлекла та заблудшая женщина на всех нас. Я могу наставить тебя на путь, что, может статься, приведет тебя к мудрости, которой ты ищешь, хотя ничего тебе не обещаю. Я скажу тебе все, что могу, если ты дашь мне слово, если поклянешься до смерти не обмолвиться ни одному живому существу, что именно я указал тебе эту тропу.

— Клянусь, — пылко ответил Кейда. — Клянусь небесами, что приветствовали мое рождение.

Шек Кул нахмурился, что-то вспоминая.

— Волшебство, угрожавшее этому владению, и другие злые козни были разоблачены рабом-варваром, недавно прибывшим из беспредельных земель. Раба этого как-то использовал, втянул в некий заговор чародей, обманувший Кайску, что была моей первой женой, обещаниями ребенка, которого она жаждала. Я не знаю толком, как в заговор оказался втянут раб, и твердо решил не расспрашивать. Одно то, что известно, обрекло бы его на смерть, не будь знамений в его пользу. Он был один на берегу, когда морской змей показался в проливе. Любое его появление — самый могущественный знак для моих земель. — Лицо его стало еще более хмурым. — Если бы чудовище его съело, мы бы все знали, что к чему. Но случилось так, что морской змей прошел мимо него. Для толкования имеет смысл добавить, что это был день рождения Шека Наи.

Добавление едва ли было призвано просто дополнить картину.

Кейда сохранял молчание, ожидая, когда Шек Кул продолжит.

— Как обвинитель, этот раб был призван к испытанию боем против чужеземца, которого привела сюда Кайска, обвиненного им в совершении колдовства. Она была осуждена бесповоротно, когда волшебник применил свою злую силу, сперва чтобы расставить ловушку на противника, а затем, когда это не удалось, чтобы бежать невидимым. — Гнев, смягченный течением времени, сгустился в голосе вождя. — И вот, учитывая еще и явление морского змея, я увидел, что этот раб-варвар каким-то образом защищен от волшебства, а разоблачив его, оказал моим людям и мне великую услугу. Это надлежало вознаградить свободой для него и приказом, чтобы некая деревня в моем владении обеспечивала его до конца жизни. — Вождь опять замолк. — Я дал ему свободу, но мне не хотелось видеть, как он наслаждается ею где-либо на моих островах. Я взял с него клятву, что он никогда не вернется, и я счел его человеком чести, хотя он и был варвар. Тем не менее, я позаботился, чтобы до меня доходили вести о его странствиях, пока он окончательно не покинет Архипелаг, — мрачно добавил Шек Кул. — Он отбыл в обществе человека, которого я давно подозревал в темных делах. Это торговец пороком, поставщик одурманивающих средств и плотских удовольствий, порой даримых девушками со всей охотой, порой нет. — Вождь пожал плечами. — На свете полно паразитов, кормящихся при сильных. Впрочем, этот человек не таков, и не только потому, что по рождению варвар. Он продает дурманящий дым и хмельное крепкое пойло в обмен на сведения и делится сведениями в обмен на блага и услуги, в которых нуждается. Он в этом не одинок, но, насколько мне известно, счета у него не сходятся. И поверь мне, я поставил себе целью узнать все, что могу, об этом человеке, поскольку мой раб так охотно с ним связался. И что делает этот поставщик порока — он исчезает на севере время от времени, и не просто чтобы пополнить свои запасы варварских средств утоления дурных наклонностей. Он сбывает сведения кому-то за нашими морями, но не в одном из тех материковых портов, куда заходят наши галеры. Это наверняка. — Шек Кул опять повернул на пальце свое кольцо-оберег. — Торговцы пороком, как правило, наслаждаются прибылью лишь до тех пор, пока какой-нибудь из их опустившихся дружков не всадит такому кинжал в спину, или пока их дела не дают повод некоему вождю приказать своей триреме потопить того или этого. Несколько соперников пытались прикончить этого человека, и у всех сорвалось. Один умер во сне без всякой причины, которую мог бы открыть целитель. Еще одного сбила с палубы снасть, которая была до того в полном порядке, но вдруг без всякой причины сломалась. И хотя этот парень часто зарабатывал, ныряя и плавая чтобы починить обшивку судна, тем не менее он утонул и даже рукой не пошевелил, чтобы спастись. После этого враги вместе пошли на торговца пороком на нескольких лодках, и лишь для того, чтобы вместе разбиться в неожиданном тумане.

Кейда увидел, что Шек Кул смотрит на него с ожиданием.

— Ты подозреваешь, этот торговец пороком сам занимается волшебством?

— Не знаю, что и думать. Я бы пожалел на него большего, чем недолгое презрение, если бы его дорога не пересеклась с дорогой того моего раба, и встреча их выглядела подозрительно неслучайной. — Шек Кул пожал плечами. — И вот недавно я узнал, что как только слухи о волшбе, разгулявшейся в южных пределах, донеслись на север, этот самый торговец пороком поспешил им навстречу, точно акула, учуявшая кровь в воде. Он поплыл на юг, навстречу дождям и свирепым бурям. Ясное дело, он не боится волшебства, но его тянет на юг некая всепожирающая страсть. На твоем месте, — Шек Кул придал своим словам предельно возможный вес, — я захотел бы поговорить с этим человеком.

Ты рассказываешь мне не все, что знаешь. У тебя есть какая-то особая причина подозревать этого человека в связях с варварским чародейством. Притом ты не можешь сам его преследовать, не то вдвое, а то и вчетверо больше станут шептаться о тебе самом.

— Как я его найду? — вслух подумал Кейда.

— Я поставил себе целью знать, где этот человек. — Шек Кул хищно улыбнулся. — Я вовсе не хочу, чтобы он вступил в мои воды незримым, если только смогу это предотвратить. Он остановился, чтобы запасти воды и пищи на самом южном торговом пляже владения Джахал несколько дней назад.

У Кейды упало сердце.

— Это далеко. Он уйдет оттуда задолго до того, как я туда попаду.

— Наймись за проезд гребцом на галеру. — Шек Кул сощурил глаза на Кейду. — Быстрая трирема добежит туда за полсрока.

— А не станут тебя расспрашивать твои соседи, с чего ты посылаешь корабль так далеко на юг? — Кейда попытался сдержать надежду.

— Я смогу найти предлог, который удовлетворит любопытных, — с мрачной уверенностью произнес Шек Кул. — Что до моей истинной цели, мой странствующий друг… Не один ты отваживаешься защищать владение, где рожден, от нашествия чародейства. Отплати мне, поделившись всем, что узнаешь от этого человека, включая и знания о его истинной природе. Его зовут Дев, а корабль его называется «Амигал». — Вождь ошеломил Кейду, сорвав вдруг кольцо с пальца и бросив его собеседнику. — Если ты таков, каким мне показался, ты найдешь здесь ключ к тайнописи. Кое-кто с подобным кольцом даст тебе о себе знать. То будет человек, который следит для меня за этим Девом. И этому человеку надлежит доверять твои письма ко мне.

— Ты почтил меня своим доверием, — трезво заметил Кейда. Кольцо было слишком велико даже для его большого пальца. Поэтому он снял через голову кожаный ремень и начал развязывать узел.

— Не подведи меня, — спокойно предостерег Шек Кул. — Если предашь, я буду отмщен, даже если чтобы найти тебя, полный круг Топаза по небесам уйдет у меня или моих. — Он встал. — Делаи отведет тебя на корабль, когда тот будет готов.

— Я не могу достаточно отблагодарить тебя, — порывисто произнес Кейда. — Надеюсь только, что однажды отплачу тебе, как подобает.