Чтение онлайн

– Люче, ты ничего не спросил про миры. Тебе неинтересно? – вдруг поднял голову Яльсикар.

– Я не хочу ничего знать, - быстро сказал Грей, подняв руку. И Бьякка кивнул, с досадой сообразив, что допустил бестактность.

– Но что, если тебе удастся вернуться? – вдруг вмешался Аквинсар. – Что, если ты сможешь снова жить в Семи мирах, как раньше?

– Вы не понимаете, - криво улыбнулся Грей. – Я тысячу пробовал. Гребаную тысячу раз. В последнее время – особенно часто. Посмотрите на меня, - он поднял руки.
– Думаете, я всегда такой?

Яльсикар отвел глаза. Вообще-то он именно так и думал.

– Нет, я не такой. Уж на свое тело у меня энергии хватило бы… хватало. Но я каждую неделю сижу здесь и трачу половину всей энергии города, пытаясь попасть туда… пытаясь попасть хоть куда-нибудь… но я не могу даже уйти в никуда. Я не могу даже умереть, - с каким-то жутким смешком выплюнул Грей.

– Может, с нами у тебя получится, - негромко предположил Яльсикар. – Вернуться, я имею в виду, а не умереть, - уточнил он под странным взглядом Аквинсара.

– Может быть. Но я не хочу ни думать об этом, ни говорить. Вы себе не представляете, как я устал. Здесь все так… так убого и уныло.

Грей снова поднял правую руку, указывая на все окружающее. С этим Яльсикару спорить не хотелось. В таком сером мире хочешь-не хочешь – задумаешься о суициде.

– Друзья. Пока у нас еще есть энергия, нам надо прекратить болтать и попытаться сосредоточиться, - напомнил Аквинсар после небольшой паузы. – Люче, не отчаивайся. Нам казалось, что мы случайно сюда попали. Но, возможно, это не так, - добавил он и ободряюще хлопнул Грея по плечу.

Миры Ксеара. Седьмой. Айи.

Прежде чем начать импровизированное совещание, Айи превратился в самое спокойное состояние, которое знал – просто воздух. Заняв собой максимальную площадь Седьмого мира, обняв каждого его обитателя, а, точнее, обитательниц, он несколько минут успокаивал их, щедро одарив каждую толикой своей энергии.

Он не переставал удивляться стойкости девушек, которые почти безропотно вынесли огромную нагрузку и до сих пор воздерживались от жалоб, хотя стресс переживали немалый, особенно Джара и Зарайа. Даже его жена не требовала повышенного внимания, хотя имела на то полное право. И он знал, что не отказал бы ей – но она не требовала, а с пониманием все безропотно переносила и старалась поддерживать других, как могла.

Альбумена взяла на себя роль воспитателя детского сада. Ей Айи был благодарен особенно – если бы она не проявила себя твердой как стержень, возможно, и другие не справились бы. С чувством благодарности и единения Айи негромко привлек внимание всех и, убедившись, что его слушают, произнес:

– Девочки… нам сегодня предстоит принять решение. Возможно, одно из самых сложных, но очень важное для Семи миров, для всех нас.

В полной тишине он как мог кратко объяснил про открытый переход и рассказал – на этот раз всем – куда ушли Яльсикар и Аквинсар.

– У меня есть веские основания полагать, что они… заблудились. Возможно, они в опасности, - тихо объявил Ксеар, и огонь Зарайи изменил цвет на поверхности камня. Через секунду пламя прижалось к скале, прижавшись книзу, но распространяясь вширь, словно стремясь обнять ее. Эмоции девушки были доступны всем обитателям Седьмого: страх за любимого, боль. Джара отреагировала тише, но тоже вздрогнула и изменила форму, расстилаясь по земле. Свои чувства к Яльсикару она не могла бы сейчас скрыть, даже если бы захотела. Но ей – Айи это чувствовал – в тот момент было все равно.

– … Но в опасности, к сожалению, и миры. Все мы, - договорил Айи. – Я чувствую непонятные движения в Шестом, они мне не нравятся. Такие же я чувствовал уже несколько раз, и они совпадали с изменениями. Боюсь, нас ждет новая волна пожаров. А, может, и что-то похуже.

Сейчас все вновь его слушали, и общие эмоции стали тревожными. Дестина догадалась первая:

– Айи, ты хочешь сказать, что пожары… это что-то извне?

Ксеар вздохнул, и весь Седьмой вздохнул вместе с ним. Зарайа от его дуновения взвилась вверх, Альбумена ускорилась, закручиваясь едва не до неба, Джара распушилась, Дестина взметнула свои снежинки в воздух. Но внутри они все словно застыли, переваривая шокирующие новости. Он нарочно медлил, давая им время, чтобы осознать.

– Я почти уверен в этом, - наконец, ответил он.

– И ты хочешь закрыть переход? – спросила Альбумена.

– Нет! – хором закричали Джара и Зарайа.

Их ужас стал таким плотным, что Айи теперь почти физически чувствовал его. Они обе беззвучно плакали.

– Ты не можешь так поступить, - звенящим голосом быстро сказала Дестина. И лишь Альбумена молча вздохнула, получив от него безмолвный ответ на свой вопрос.

– Я не приму это решение в одиночку, - твердо сказал он, как только все замолчали. – Более того, я не сделаю это против воли кого-либо из вас. Но я призываю всех сейчас замолчать, успокоиться и хорошенько подумать о рисках в том или ином случае.

Айи превратился в поток ветра и полетел над пустыней, от нервозности нарезая круги один за другим.

– Повторяю, – продолжил он.
– На одной чаше весов Аквинсар и Яльсикар, которые непонятно, где, и непонятно, в каком состоянии. На другой – весь наш мир, который в любой момент – повторяю, в любой – может обрушиться. И тогда не только нашим друзьям некуда будет возвращаться, но и всем нам. Помните, что мы отвечаем не только за себя, у нас четыре тысячи человек сейчас в Первом, еще пятьсот ждут возвращения в Восьмом.

– Сколько у нас времени на размышления? – уточнила Альбумена.

– Нисколько. Это может произойти в любой момент.

Первый. Служба безопасности.

– Лей, расследование по пожарам прекращено. Закрой дело, пожалуйста.

– Серьезно?
– Ситте поднял голову от компьютера и оторвал руку от щеки, на которой явно виднелось покраснение. Его волосы были всклокочены, а глаза выглядели безумно.

– Так. Отставить. Я сам все оформлю. Иди-ка ты отдыхай, - распорядился Каль без малейшей уверенности, что Ситте подчинится. Он неловко оглядел стол Яльсикара, заваленный бумагами.

Лей прочно обосновался в кабинете бывшего шефа сразу после того, как из него убрался Ягиль. Ревновал? Подсознательно пытался поднять свой статус? Или просто не хотел, чтобы Каль беспокоил его? Если так, то это сработало – Каль последние часы предпочитал общаться с ним по коммуникатору. Пришлось сделать усилие над собой, чтобы прийти в этот кабинет лично. Это было глупо и иррационально, но стоя сейчас перед столом Бьякки, он чувствовал себя, словно обвиняемый. Словно вернулся в тот день, когда Яльсикар угрожал его удалить, а он чувствовал себя ничтожным и абсолютно беспомощным.