Чтение онлайн

— Заткни пасть, надо уходить. Готовь машину, а ты собери еду, пока я осмотрю ящики комода. Быстро!

Они не могли перечить спасительнице, а принялись выполнять ее указания.

Линда нашла ключи от машины, немного денег, кофеин, который она прихватила для поддержания сил и свидетельство о рождении некой Миранделлы Гринспек. Документ ценный, он делал Линду на два года моложе.

Через пять минут все собрались у машины. Начал моросить косой дождь, сверкнула молния, ветер срывал ветки с деревьев.

— Джак! — крикнула Линда. — Я забыла сумочку в доме. Принеси ее!

— Для вас, что угодно, мадам!

Он сложил продукты, которые выгреб из холодильника, на заднее сиденье и побежал обратно в дом.

— Выходи, Чез! Я сама сяду за руль, вам лучше не светиться, пока мы не найдем грузовик. Может быть, ляжете за передним сиденьем на пол?

— Мудрая мысль!

Чез вышел из машины и тут же получил рукояткой пистолета по голове. Он упал, словно не удержался против ветра.

Линда села за руль и вставила ключ в замок зажигания.

Появился Джак с сумкой в руках, он подбежал к «форду» и бросил ее на переднее сиденье.

— А где Чез? — крикнул он, стараясь заглушить шум надвигающегося урагана.

В ответ он увидел ствол пистолета, направленный ему прямо в лоб.

— Вы слишком опасны, чтобы продолжать с вами путь, господа кретины! У меня и без вас забот хватает. Клади свой пиджак в машину и иди в дом. В противном случае ты умрешь, как умер старик.

— Что ты сделала с Чезом, сука?

— Он жив! — Линда взвела курок.

Джакобо Чичелли облегченно вздохнул. Он скинул пиджак и бросил в машину.

— Ты оставляешь нас без цента!

— Я оставляю вам жизнь, чего на моем месте не сделал бы никто. Это за то, что вы по-человечески обращались со мной. Прощай, Джак, и привет Чезу!

Мотор взревел и машина сорвалась с места. Когда она откатила, Джак увидел лежащего на земле Чеза.

Когда Чез очнулся и открыл глаза, он ничего не увидел. Вонючий брезент закрывал его лицо, а по брезенту барабанил дождь. Было холодно и сыро. Ему показалось, что его раскачивают в люльке. Он поднял руку и стянул с лица брезент, с черного неба на него летели струи дождя. Сверкнула молния и он увидел силуэт сидящего перед собой человека в плаще-накидке с капюшоном на голове.

— Джак! Джак, это ты? Где мы?

— В лодке.

Джак бросил весла и сел рядом с Чезом, подложив ему руки под голову.

— Мы проиграли, Чез. Нам не хватило одного козыря и мы проиграли всю партию.

Чезаре забыл про боль, ему стало страшно, словно их лодкой управлял Харон, и мчалась она к первому кругу ада, где их ждало страшное испытание.

— Мы ослепли от счастья и слишком увлеклись свободой, — пробурчал Чез. На его глазах появились слезы.

— Куда мы плывем?

— На север. Эта река несет свои воды в Мичиган. Ночь и шторм нас прикрывают. Спустимся по реке, насколько успеем, а там пойдем лесом, пока будет светить солнце.

Чез все понял. Он не возражал, он чувствовал себя виноватым перед Джаком и перед всеми.

— Думаешь Крис нас примет обратно?

— Не знаю. Но свобода создана для других людей, нам так и не удастся узнать, что это такое. Может быть, когда мы жили в коттедже — это и была истинная свобода?! Я бы хотел, чтобы Крис простил нас.

— Ты прав! Нам не было так страшно, когда мы были все вместе! Святая мадонна, помоги заблудшим… Блудные сыновья всегда возвращаются домой! Так уж, видать, им на роду написано.

В свете молнии, как на экране, блеснула змейка реки, исполосованная струями дождя, а на ее фоне чернел силуэт лодки и две фигуры с воздетыми к небу руками. Молния погасла, все вновь погрузилось в черноту, лишь гром раздирал небо ужасающим грохотом.

Черный «паккард» спортивной модели выехал на площадь, где располагалась знаменитая тюрьма Краун-Пойнт. Вокруг стен тюрьмы были выложены мешки с песком, и какие-то психи сидели на баррикадах с дробовиками и распивали пиво.

Двое молодых людей в плащах переглянулись и рассмеялись. Тот, что был полнее и с круглым лицом, сидел за рулем, второй, поджарый, с ямочкой на подбородке, сидел рядом.

Они свернули за угол и проехали вдоль стены в милю длиной, затем они еще раз свернули и оказались с другой стороны тюрьмы у здания административного корпуса, здесь отрядов с ополченцами не было. Вход в административный корпус был свободным для посетителей, адвокатов, следователей и персонала бюрократов, которые занимали семь этажей здания вплоть до башни смерти, куда допускалась лишь ограниченная часть сотрудников.

Молодые люди сверили часы. Стрелки указывали на восемь сорок пять. До открытия здания для посетителей оставалось час с четвертью.

Круглолицый вынул ключи из зажигания и бросил их в отделение дня перчаток. Сухопарый достал из-под сиденья пистолеты и, вооружившись, они вышли из машины.

Улица была совершенно пустынной. Учреждения, находящиеся против мрачного здания, начинали свою активную трудовую деятельность в десять утра.

Молодые люди оставили машину напротив входа и, перейдя дорогу, постучали в дубовую дверь.

Открылось смотровое окошко и появилось удивленное лицо в фуражке.

Один из мужчин сунул удостоверение под нос охраннику. Тот долго читал его, затем сдвинул засов и открыл дверь.

— Извините, господа, но директор появится не раньше десяти.

— Он нам не нужен. Наше дело поверить сигнализацию. Мы еще вчера должны были это сделать.

— Нет, я понимаю серьезность вашей задачи, но у меня нет ключей от кабинетов.

— Они нам не нужны. Мы проверим лишь общий блок. Главное, чтобы не нарушался сигнал. Включите нам лифт, пожалуйста.

— Конечно.

— Нам понадобится двадцать минут. Если случайно сработает сирена, не обращайте внимание, это значит, что повреждение серьезное.

— А чем вызвана такая спешка?

— У мэра на столе трижды срабатывал зуммер сигнализации, будто из тюрьмы кто-то бежал.

— Да, но это невозможно!

— Все это знают, однако визг сирены раздражает мэра.

— Могу себе представить! Идите к лифту, я сейчас включу силовой щит напряжения.

Молодые люди подошли к лифту. Когда открылись автоматические двери шахты, они вошли в кабину и круглолицый нажал кнопку пятого этажа. Двери закрылись, и лифт пошел вверх. На пятом этаже его напарник вышел, а он нажал кнопку последнего этажа.