Охота Дьявола
Шрифт:
Я сбалансировала свой вес на здоровой ноге, готовясь к яростной атаке, и чтобы по-настоящему разозлить соперницу, прекрасно зная, что Арчер был с ней до того, как я отдалась ему, решила добавить:
— Скажи мне, какой вкус у моей киски?
Я видела, что для нее это стало последней каплей. Ярость вспыхнула в ее глазах за мгновение до того, как она издала крик, пронзивший мои уши. Я задела больное место и теперь мне придется бороться за свою жизнь. Девушка держала нож над головой и атаковала меня, сокращая расстояние между нами за считанные секунды. В последнюю минуту я подняла маску, блокируя ее удар, который она решила нанести мне в лицо. Ее нож застрял в маске, из-за чего она врезалась в меня, и мы обе упали на землю.
На несколько мгновений мы были вовлечены в схватку не на жизнь, а на смерть. Она зарычала от разочарования, поскольку мне удалось вырвать нож из ее руки и отбросить его от нас. Когда рыжая спрыгнула с меня, чтобы погнаться за своим оружием, я воспользовалась этой возможностью, вскочив на ноги. С взрывным приливом энергии я помчалась к яблокам. Потянулась к золотому и крепко сжала его в руке. Оно оказалось тяжелым, будто сделано из настоящего золота.
От охватившего меня чувства эйфории, я повернулась к ней лицом, чтобы продемонстрировать сопернице свою удовлетворенную ухмылку, но мой взгляд привлек блеск холодной стали в ее руке. Прежде чем я успела среагировать, лезвие вонзилось мне в бедро, вызвав жгучую боль, пульсирующую по всему телу. Ноги предательски подкосились, и я пошатнулась назад, выронив драгоценное яблоко из рук и схватилась за раненую ногу. Теплая кровь текла сквозь мои дрожащие пальцы. Каждый вздох давался с трудом, волны агонии проносились сквозь меня, оставляя уязвимой перед соперницей.
Блядь.
Она собирается убить меня на глазах у всех, чтобы я больше никогда не смогла быть с Арчером. Сердце сжалось от этой мысли.
Со слезами на глазах я посмотрела вниз на алую лужу крови вокруг себя, затем перевела взгляд на девушку, стоящую надо мной, как бдительный цербер, следящий за каждым шагом. Ее глаза светились триумфом. Она считала, что, наконец, победила меня.
Но когда рыжая подошла ближе, я заметила фигуру, выходящую из тени.
Это была Мэдди, растрепанная и мокрая с головы до ног. Увидев меня, ее глаза расширились от шока.
— Мила? Эмили?
Ее взгляд метался между нами, пока она рассматривала разыгравшуюся сцену перед собой.
Этого было достаточно, чтобы на мгновение отвлечь от меня внимание Эмили. Секунда, которая дала мне время схватить ее за запястье и повернуть, вонзив нож глубоко ей в живот, превратив ее триумф в поражение. Она упала на землю, выдернула нож из живота и прижала руки к кровоточащей ране. Я осторожно наклонилась, взяла золотое яблоко и поковыляла к ней, моя нога горела от боли. Эмили лежала и смеялась, как ненормальная. Кровавые слюни покрывали ее щеки.
Я упала на колени, победно оседлав ее тело.
— Думаешь, он когда-нибудь полюбит тебя? Арчер на это не способен. Ты слабая. Личинка. Я жду не дождусь, когда он выкинет тебя, как гнилые объедки в мусорное ведро, — Эмили закашлялась, изо рта у нее потекло еще больше крови. Я могла бы смотреть на эту картину вечно — как свет покидает ее глаза, ожидая ее кончины, пока она истекает кровью. Она скоро умрет. Но нет, мне хотелось большего. Я хотела увидеть страх в ее глазах, от осознания того, что это я убила ее.
Я наклонилась к ней ближе.
— Каково это, знать, что эта личинка будет стоять рядом с ним, править его королевством, а он будет с его королевой каждую ночь, «пачкая» свой идеальный член? — прошептала я, добавляя акцента каждому своему слову. — И мое лицо — последнее, что ты увидишь перед тем, как покинуть эту землю. Это, должно быть, отстойно.
Я откинулась немного назад, позволяя ей взглянуть на меня.
Лицо Королевы Дьявола.
Крепко сжав яблоко, как оружие, я изо всех сил обрушила его на голову Эмили. Тяжелый золотой трофей пронзил ее череп, разнося по лесу тошнотворный треск. На мгновение ее глаза расширились от ужаса, отразив искренний страх, прежде чем ее раздавило силой удара. Кровь хлынула из ее головы, окунув меня в свои теплые, липкие объятия, в то время как я продолжала избивать ее. Рыжие пряди волос смешались с алой жидкостью, создавая жуткую картину на земле под нами.
Но даже посреди этой ужасной сцены, я чувствовала присутствие своего искусителя. Наблюдая за мной из-за деревьев, как я превращалась в убийцу, подобную ему. С каждым ударом яблока, я чувствовала, как моя человечность ускользает, пока не осталось ничего, кроме хладнокровия и первобытного инстинкта. Я издала крик из глубины своей души, высвобождая боль и муку, ярость и тьму, которые воплем извергались из меня.
Я больше не добыча, я превратилась в дикого зверя.
И когда я посмотрела на свое отражение в луже крови, которая когда-то принадлежала моей жертве, то поняла, что пути назад нет.
Глава 19
Арчер
В глубине души я жаждал броситься туда и отомстить за Милу. Если бы она только умоляюще посмотрела на меня и попросила о помощи.
Я бы отказался от всех правил, разрушил бы Братство, пока оно не превратилось бы в пепел, и все ради нее.
Но глаза девушки не искали моих. Даже когда на ее лице мелькнуло смирение, и тень смерти нависла над ней. Мила дерзко подняла голову, как будто даже такой печальный исход не мог поставить ее на колени.
И в этот момент я почувствовал внутри себя ревностное желание, более сильное, чем любое физическое влечение.
Наблюдая, как Мила трансформировалась на моих глазах, я почувствовал какую-то перемену вокруг нас. Дьявол внутри нее, наконец, заявил о своем присутствии, и я поистине наслаждался тем, как она с гордостью приняла его.
Если бы я был одним из тех, кто молится, то поблагодарил бы Бога за его дар, который он мне преподнес, — привилегию стать свидетелем такой необузданной силы и могущества. Мой взгляд по-прежнему был прикован к Миле, хотя мои люди аплодировали и поздравляли меня по поводу сделанного мной выбора. Моя Избранная стала одним из самых свирепых воинов в нашем Братстве.
И только когда она издала боевой клич, высвободив всю боль из своей души, я, наконец, подошел к ней.
Приблизившись, я не мог не почувствовать смесь гордости за то, что она стала свидетельницей своей необузданной мощи, которая так долго дремала в ней, и трепета перед тем, как ее вновь обретенная сила высвободилась в мир. Но в глубине души я знал, что ее не следует бояться, она должна была быть удостоена чести.
Мила, почувствовав мое приближение, повернулась ко мне лицом, в ее глазах пылал такой огонь, который я никогда раньше не видел. Исчезла невинность, которая когда-то там существовала, ее заменила грубая сила, подпитываемая непоколебимой решимостью. Вес ее новообретенного могущества был ощутим, и исходил от нее, как неземная аура.
Я притянул ее к себе, нежно обхватив лицо руками.
— Мой маленький кролик. Моя Избранная. Моя королева. Ты больше, чем я когда-либо мог себе представить.
В этот момент я увидел проблеск уязвимости в ее глазах, словно угасающие угли костра. Мила прильнула ко мне, ее тело тряслось. Тяжесть трансформации легла на ее хрупкие плечи, и я знаю, что потребуется нечто большее, чем просто слова, чтобы облегчить ее ношу.
С осторожностью я поднял ее и обнял за талию, поддерживая поврежденную ногу, пока мы направлялись к припаркованным квадроциклам. Мне не терпелось поскорей убраться отсюда и отвезти нас домой. Но Мила стала сопротивляться, упорно отказываясь покидать Святилище.