Чтение онлайн

Директор ЦРУ прекрасно понимал, что хозяин Белого дома обязательно спросит его о замысле проводившейся операции. Однако Тейбол ничего не мог сказать своему боссу о том, что ЦРУ просто пыталось подкупить одного их главарей мятежников, дабы тот продал бы им того, за кем тщетно охотилось всё разведывательное сообщество США уже в течение целого года. Об этой тайной операции нельзя было рассказывать именно в силу того, что предыдущий президент, покидая свой пост, не подписывал никаких директив на этот счёт и федеральная власть не выделяла средств для её проведения. Джон Тейбол сам изыскивал финансы, используя возможности своего могущественного ведомства и привлекая частные средства весьма влиятельных и заинтересованных лиц, а такие действия высших чиновников не одобрялись ни общественным мнением, ни самой администрацией. Узнай пресса о таких неблаговидных делах ЦРУ, скандал мог бы получиться весьма большим и с плачевными последствиями лично для него как директора.

«Ох уж эти писаки! Они ведь вполне могут пронюхать про наши дела в Сомали!» – размышлял Джон Тейбол, задавая себе вопросы и тут же отвечая на них.

«Да, видимо, ничего не поделать! Придётся доложить президенту о том, откуда взялись деньги и золото на проведение операции», – думал директор ЦРУ. Ему предстояло найти выход из того щекотливого положения, в котором он оказался. Однако Джону приходилось выпутываться и не из таких сложных ситуаций.

«Конечно, это скандал! Но в администрации его постараются замять. Почему? Да ведь нельзя же, чтобы президент, вступивший в свою должность чуть более трёх месяцев назад, сразу был замешен в неблаговидных делах».

Джон Тейбол давно работал в разведке, а потому имел некоторый опыт в решении трудных проблем. Ему однажды удалось довольно легко выйти чистым из одной очень сомнительной операции в так называемом деле о «контрос», когда сотрудники разведывательного ведомства поставляли некоторым реакционным режимам в Южной Америке оружие за деньги, вырученные от продажи кокаина, транспортировку которого на территорию США сами и прикрывали. «Черная касса» ЦРУ использовалась тогда не только для финансирования союзников с целью устранения неугодных Вашингтону режимов, но деньги также уходили и на тайные счета в швейцарских банках.

Разведывательное ведомство США по собственному усмотрению могло расходовать огромные суммы на любые тайные операции, будь то свержение правительства в какой-нибудь стране, убийство неугодного лидера иностранного государства, дестабилизация внутреннего положения даже в собственной стране. И планы такие, кстати, были разработаны и существовали на всякий непредвиденный случай «в процессе обострения ситуации, угрожающей безопасности США», как говорилось в одном из секретных документов ЦРУ.

Когда об этом узнали журналисты, разразился жуткий скандал. Правда, кое-что удалось замять, например, планы по вмешательству ЦРУ во внутренние дела собственного государства, ибо в них было слишком много такого, отчего Америка могла просто сойти с ума. Ведь не всякий человек хочет, чтобы его частная жизнь была как на ладони и чтобы кто-то определял его лояльность, а на этой основе решал, жить человеку или нет. Но судебные процессы всё-таки были. Журналисты тогда смогли привлечь огромное внимание общественности, подключить к делу сенат и палату представителей, которые устроили парламентское расследование. В те годы многих из тех сотрудников ЦРУ и военной разведки, кто участвовал в деле, уволили со службы, привлекли к суду и даже дали сроки. Но Джону Тейболу удалось избежать судебного преследования, хотя его несколько раз вызывали в сенатскую комиссию и суд в качестве свидетеля.

Сейчас же мог разразиться очередной новый, ещё более громкий скандал, если бы кто узнал, откуда в этот раз в распоряжении ЦРУ появились деньги и золото. У директора даже выступил пот, когда он на мгновение представил, как по всем каналам телевидения будут передавать сенсационные известия о новых разоблачениях ЦРУ.

«Этим щелкопёрам и бумагомарателям только дай волю, и они раскопают всё. Да и потом в этом деле участвуют весьма влиятельные люди, а их подводить я не должен ни в коем случае, иначе меня просто раздавят как блоху», – злился Джон Тейбол. И у него имелись причины серьёзного беспокойства, ведь на этот раз деньги были получены от продажи урана, нелегально вывезенного с рудников Сомали и через третьих лиц проданного в страны, которые тайно разрабатывали ядерное оружие.

«Однако бизнес есть бизнес! Ничего не поделаешь, придётся всё доложить президенту, иначе наступит конец и не только для меня. Ведь без личной санкции главы государства я не смогу предпринять каких-нибудь серьёзных шагов, дабы скрыть реальные источники наших внебюджетных средств», – размышлял остаток ночи директор Джон Тейбол, меряя шагами размеры своей гостиной.

Но не президента опасался директор ЦРУ, ведь глава государства мог только лишь отправить его в отставку. Мистер Тейбол более всего боялся, причём боялся панически совершенно другого человека, пожалуй, самого влиятельного не только в Америке. Этот мультимиллионер мог одним телефонным звонком разорить Джона, сделать его совершенно нищим, лишить средств существования и попросту выбросить на улицу в самом прямом смысле этого слова.

Тейбол с опаской поглядывал на телефон, понимая, что ему придётся рано или поздно звонить своему истинному хозяину, Генри Хорсту – одному из реальных хозяев жизни. Директор ЦРУ осторожно, словно гремучую змею, взял трубку мобильного телефона и, бросив взгляд на часы, стрелки которых приближались к цифре восемь, с замиранием сердца набрал номер своего настоящего босса. Джон Тейбол знал, что в это время мистер Хорст уже проводит лёгкую разминку на поле для игры в гольф. Директор напряжённо вслушивался в долгие гудки вызова, звучавшие в телефоне. Наконец ему ответили. Генри Хорст чуть запыхавшийся, видимо, после очередного удара по мячу, хриплым своим голосом, несколько недовольным, что его отвлекли от игры, спросил:

– Что случилось, Джон?

– Простите за беспокойство, сэр, но у меня неприятное сообщение по поводу одного нашего совместного предприятия, – начал говорить директор, чувствуя, как у него от волнения и страха перехватывает дыхание и сохнет во рту. Тейбол немного замялся, вздохнул и уже намеревался сказать, что же случилось в далёкой африканской стране, как мистер Хорст довольно грубо перебил его:

– Я всё знаю, Джон! Через полчаса жду тебя у себя в резиденции! – коротко бросил он своему собеседнику.

– Простите, сэр, но ровно в девять я должен быть в Белом доме! Меня будет ждать президент. Я должен делать… – только успел сказать директор ЦРУ, но ответа не получил, так как вместо него услышал короткие гудки, возвещавшие о том, что мистер Хорст отключился.

Тейбол повертел в руках трубку, однако перезванивать миллионеру не решился. От волнения директор даже вспотел. Он посмотрел на часы. Стрелки неумолимо приближались в цифре девять. Раздумывать было некогда. Джон Тейбол тяжело вздохнул и позвонил помощнику президента. В приёмной Белого дома быстро ответили, и директор ЦРУ попросил секретаря передать главе государства, что не сможет вовремя прибыть на совещание, так как требуется ещё некоторое время для того, чтобы подготовить аналитическую справку и уточнить кое-какие данные и цифры по докладу.

– И когда же вы намереваетесь подъехать? – чуть язвительно спросил директора помощник президента.

– Буквально задержусь на полчаса, не более того, – быстро, не задумываясь, ответил Джон Тейбол. Через минуту он уже садился в служебный автомобиль, а ещё спустя двадцать минуть входил в резиденцию Генри Хорста.

Окрестности Вашингтона.

Резиденция Генри Хорста

Дом одного из самых богатых и влиятельных людей Америки находился почти в центре огромного, в десятки акров, участка земли. Аккуратный ухоженный газон, красиво постриженные кусты и деревья, мраморные скульптуры, стоящие в парке, свидетельствовали не только о богатстве владельца участка и дома, но и его жёстком характере, любящим порядок во всём. Сам дом в центре поместья не уступал размерами резиденции президента США, превосходя его своим внешним видом и внутренним убранством и скорее напоминавший дворец или старинный замок.

Владелец сего поместья, видимо, любил и роскошь, и покой, так как весь земельный участок был обнесен массивным кованым чугунным забором, на котором через каждые двадцать метров установленные видеокамеры наружного наблюдения отслеживали все пути подъезда к резиденции мультимиллионера. От ворот столь же массивных, как и забор, к дому вела дорога, посыпанная мелким, приятно шуршащим под колёсами автомобиля белым речным песком.

Не многим счастливчикам приходилось бывать внутри поместья, не говоря уже о шикарном дворце его владельца. Только самые доверенные лица имели честь стать гостями хозяина дома, и одним из них являлся Джон Тейбол. Высокопоставленный чиновник очень дорожил этой дружбой с всесильным мистером Хорстом и его благосклонным отношением к себе, поэтому, презрев условности, не боясь даже опоздать на совещание к президенту страны, Джон примчался по первому требованию своего истинного босса, сэра Генри Хорста. Мало кто знал, что своим продвижением по службе и высоким положением в администрации президента Джон Тейбол был обязан именно владельцу фешенебельного особняка.