Чтение онлайн

Ренкр задумался. Вальрон не говорил, для чего конкретно может понадобиться его подарок, и, честно говоря, все это было совершенно непонятно, но… Хвилл ведь прав, говоря, что сей путь — единственный. А значит, нужно попытаться.

Долинщик расстегнул куртку чеша и за веревочку вытащил наружу тот странный подарок — деревянное изображение головы Черного. Подержал его на ладони, словно взвешивая шансы на успех, на саму вероятность того, что этот кусочек дерева сможет им помочь. Потом поднялся и направился к тоннелю, хотя и не имел ни малейшего понятия о том, что станет делать. Просто шел к отверстию, ощущая постепенно усиливающееся сопротивление невидимой руки. Он даже помахал перед собой кулаком с подарком Вальрона, словно дразнил кого-то. Безрезультатно. Можно было возвращаться к костру и не торопясь выслушать рассказ Скарра. Что Ренкр и сделал.

Молодой тролль снова пожал плечами:

— Все очень просто. Признаться, я думал, ты догадаешься, но ты поверил

— и тогда я понял: так даже лучше. Потому что ты вел себя так, как будто я на самом деле сумасшедший.

Поскольку слова эти были адресованы Ренкру, тому пришлось с умным видом кивнуть. Правда, он до сих пор ничего не понимал, но надеялся, что со временем все разъяснится.

— Я ни минуты не верил, кто Крапт болен, — продолжал Скарр. — А вернее, что именно его болезнь стала причиной того, что нас отпустили. Зато ожидал от наших тюремщиков чего-то такого — вот и притворился, будто сошел с ума.

— Кхм, — глубокомысленно изрек Ренкр. — Понятно. Но все-таки — зачем ты так поступил? И потом — разве Крапт выиграл что-нибудь оттого, что выпустил нас?

— Еще нет, — процедил молодой тролль. — Еще нет.

При этом он смерил Хвилла долгим взглядом, каким уже одарил его однажды

— когда они входили в Ролн и были задержаны в караулке.

Ренкр терпеливо ожидал дальнейших пояснений.

— Да, — внезапно признался Хвилл. — Да, мальчик, ты почти прав. За исключением одной детали: я играю на вашей стороне.

— С каких пор? — презрительно поинтересовался Скарр.

— С тех самых, когда, как и все, дал клятву, — ответил старый араблетчик. Было заметно, что он уязвлен таким недоверием. — Просто они нашли меня и «предложили сотрудничество». А отказываться было нельзя. Потому что все мы вроде бы и могли не быть в пещере Ворнхольда — а ты не мог не быть. Не имело смысла даже отпираться — и я пообещал, что отправлюсь вместе с вами и разузнаю о местоположении пещеры. И отведу туда троллей Крапта.

— Но тогда зачем ты согласился сопровождать нас к вертикали? — вмешался Ренкр.

— Потому что я на вашей стороне, — повторил Хвилл. — Я не стану рассказывать им ничего.

Скарр покачал головой:

— К сожалению, они умеют спрашивать.

— Если есть у кого спрашивать, — отрезал старый арбалетчик. — Но это уже мои заботы.

— Это наши заботы, — поправил его Ренкр. — Потому что нам предстоит очень скоро вернуться обратно.

«…И ни с чем».

— Поправьте меня, если я ошибаюсь, но Транда с вами нет, — прозвучал за их спинами хриплый голосок.

Все трое, как по команде, обернулись.

Спутники Ренкра, кажется, с горгулями знакомы не были. По крайней мере, удивление на их лицах читалось неподдельное. Наверное, примерно такое же было и у самого альва — вот уж кого он не ожидал встретить в Горе, так это родственников Транда!

Невысокое существо с ровной коричневой шерстью стояло перед ними и моргало большущими глазами с вертикальным зрачком светло-малинового цвета. Две широкие ноздри, вместе образующие сердечко, раздулись, впитывая запах чужаков, острые треугольные зубы выглядывали изо рта и поблескивали в свете фосфоресцирующих насекомых и слабенького костра, у которого расположились долинщик со товарищи. Ну и, разумеется, существо шевелило ушами. Вернее — УШАМИ.

— Привет, — сказал Ренкр и протянул горгулю руку.

Тот рассеянно пожал ее и заключил:

— Транда таки с вами нет. А жаль.

Он направился к стене, сковырнул оттуда слизняка поувесистей и, чмокая, вернулся к костру.

— Но его мо с вами, — продолжал пришелец как ни в чем не бывало. — Странно. Я всегда считал Транда неправильным горгулем, но не настолько же!

— Да, кстати, — существо доело слизняка и теперь скользило взглядом по стенам: наверное, в поисках следующей жертвы, — кстати, не знаете, кто это прошлой ночью ломился в вертикаль?..

— Я, — отозвался Ренкр.

— А то, видите ли, стоит на минутку отлучиться… Что?! Так это… Они, видишь ли, ломятся, а я, понимаешь, мучайся, каждый раз заново все перенастраивай!

— Но нам необходимо попасть внутрь, — с нажимом произнес альв.

— Я всегда говорил, что неправильность Транда — штука заразная, — заявил горгуль. — Нет, вы только послушайте! Им необходимо! А каким, я вас спрашиваю, каким образом?! Опять Гунмелю лишние заботы, опять страдания — а ради чего?

— Это долгая история, — осторожно произнес Ренкр.

— Ха! Ну так у меня есть время ее выслушать, — громогласно заявил Гунмель и поспешил к стене, пока облюбованная многоножка не убежала.

— У нас есть пословица, — тихо произнес Хвилл, пока горгуль возился со своей жертвой. — «Лучше иметь дело со стихийным бедствием, чем с горгулем».

— Но выбора нет, — так же тихо ответил Ренкр.

— Зато есть горгуль, который очень хорошо вас слышит, — вклинился в разговор Гунмель. — Так что, как насчет рассказа?

Вопрос, разумеется, был чисто риторическим.

Ренкр вкратце (насколько это представлялось возможным, учитывая постоянные вопросы и уточнения, делаемые горгулем по ходу повествования) пересказал ему свою историю. Тот выслушал до конца, кивнул, от чего громадные уши всколыхнулись и опали, — а потом хмыкнул:

— При чем же здесь мо Транда?

— Не знаю, — честно признался альв. — Что это за такое мо?

— Мо — это мо, — ответил Гунмель. — Его невозможно объяснить. Оно просто есть.

— Пойдем, — добавил он вставая.

— Куда? — вопросительно воздел левую бровь Хвилл.

— Нет, вы только послушайте, сначала они требуют, чтобы я отвел их к вершине, а потом спрашивают «куда»!

— Мы вовсе не требовали, — уточнил Ренкр. — Просто впусти нас в тоннель, а дальше мы доберемся сами.

— И заблудитесь, чтобы вмешаться в какие-нибудь жизненно важные процессы в отростках? Или скормите себя каменным червятам — а они ведь от обжорства могут умереть! Ну уж нет! — Гунмель был не на шутку рассержен. — Если желаете попасть на вершину, то только со мной.