Чтение онлайн

А сама Дженнифер стояла у столика в дальнем углу, склонившись над одним из бородавочников, и что-то жарко ему втолковывала, словно пытаясь растормошить его. Когда она слегка потрепала бородавочника по загривку, ее кольцо снова блеснуло в луче света. Наши взгляды встретились, и, хоть она и не улыбнулась, я почувствовал, что мы друг друга поняли.

На корабль мы возвращались в гробовом молчании. После того, что случилось в таверне, никому, похоже, не хотелось со мной разговаривать, а сам я уж точно не собирался начинать разговор первым.

Когда мы подходили к нашей посадочной площадке, Иксиль как раз расплачивался за топливо. Я приказал всем занять свои места, а сам подождал в тоннеле, пока Иксиль не вернулся на борт, и тогда уж сам убрал трап и задраил наружный люк. В коридоре на средней палубе уже никого не было. Я прошел в рубку, закрыл за собой дверь и уселся в пилотское кресло.

И только тогда, оставшись наедине с собой и вдали от посторонних глаз, я осторожно достал из-за щеки крошечную, не больше фишки для покера, капсулу, которую передала мне Дженнифер на кончике языка во время нашего поцелуя. Отвернув крышечку, я осторожно извлек из капсулы рулончик с микрофильмом и шесть малюсеньких таблеток борандиса.

Дядя Артур выполнил свое обещание.

К моему раздражению, но отнюдь не к удивлению, документ был написан на каликсири.

— Терпеть не могу, когда он так делает, — вздохнул я, передавая устройство для чтения микрофильмов Иксилю, и завалился на свою койку. — Теперь твоя очередь. Ну невмоготу мне сейчас еще и каликсири разбирать…

— Конечно, — не стал возражать Иксиль.

Он устроился поудобнее, прислонившись спиной к двери моей каюты, и благоразумно не стал в который раз читать мне лекцию на тему «Почему дядя Артур использует язык народа каликси». Каликсири — наверное, один из самых малоизвестных языков во всей Спирали, поэтому послания дяди Артура были хорошо защищены от прочтения посторонними. Хотя этот язык оказался на удивление прост для изучения. Более того, слова в языке каликси короче, чем в английском, что позволяет втиснуть больше информации на каждый квадратный сантиметр.

И, насколько я сумел понять, в данном послании дяди Артура каждый сантиметр площади действительно содержал прорву ценных сведений.

— Начнем с Олмонта Никабара, — сказал Иксиль. — Здесь фотография. Немного староватая… да, похоже, это действительно он. Лицензированный специалист по обслуживанию космических двигателей, также имеет навыки (но не лицензию) корабельного механика, даты и подробности приводятся, можешь посмотреть их позже. Десять лет в морской пехоте Гвардии Земли, как он тебе и говорил. Дослужился до старшего сержанта… А вот это интересно. Ты слышал о попытке Гвардии захватить «таларьяк» шесть лет назад?

— Нет, пока о ней не упомянул дядя Артур, — ответил я, гадая, почему эти шесть лет звучат для меня так знакомо. — А что, Никабар имел к этому отношение?

— Можно и так сказать, — сухо ответил Иксиль. — Он входил в отряд спецназа, который пытался проникнуть на судостроительные верфи паттхов на Ойгрене.

Я оторвался от созерцания матраса на верхней койке и в тихой оторопи уставился на Иксиля.

— Быть того не может. Наш Олмонт Никабар?

— Так здесь написано, — пожал плечами Иксиль. — Более того, судя по приведенным здесь выпискам, не прошло и трех месяцев после провала операции, как он уволился из армии.

У меня нехорошо засосало под ложечкой — я вспомнил, где уже слышал про эти шесть лет: именно так Никабар и сказал — что демобилизовался из Гвардии шесть лет назад.

— Там ничего не говорится о том, почему провалилась миссия?

Иксиль как-то странно посмотрел на меня.

— На самом деле здесь как раз содержится примечание, в котором говорится, что миссия провалилась предположительно из-за утечки конфиденциальной ин формации в руки паттхов. Думаешь, это как-то связано?

— Возможно, — мрачно сказал я. — Три месяца — как раз столько, сколько может потребоваться для проведения закрытого трибунала.

Ты уверен?

— Еще как, — горько усмехнулся я. — Я ведь сам через это прошел, забыл? И еще одно. Я тебе говорил, что в таверне мы видели еще троих из клана бородавочников. Но я забыл сказать, что, когда с одного из них сполз капюшон, Никабар при виде бородавчатой физиономии здорово распереживался. Ну, по сравнению с его обычной невозмутимостью, во всяком случае.

Иксиль помолчал, переваривая новую информацию.

— И все же, должно быть, против него не было вы двинуто настоящего обвинения, иначе бы ему не дали уйти в отставку и так по-хорошему расстаться армией.

— Но улик-то хватило, чтобы вообще привлечь его к суду, — сказал я.

— Если только трибунал вообще состоялся, — возразил Иксиль. — Не исключено, что эти три месяца ушли на обычное оформление документов, и только.

— И он так просто взял и пустил десять лет много обещающей карьеры псу под хвост? — Я пожал плеча ми. — Ну ладно, пусть так. Теперь хотя бы понятно, по чему он списался со своего предыдущего корабля. У него нет причин питать симпатии к паттхам, и когда он узнал, что на самом деле работает на них, — ушел, хлопнув дверью. Что-нибудь еще о нем есть?

— Различные детали биографии, — ответил Иксиль, просматривая текст дальше. — Ничего особо интересно го, но опять-таки, возможно, тебе захочется посмотреть эту подборку позднее, когда ты снова будешь в настроении читать на каликсири. В основном официальные и общедоступные документы. Наверное, у дяди Артура не было времени, чтобы копнуть глубже.

— Уверен, он еще докопается до самого смака, — сказал я. Дядя Артур мог похвастаться фантастическим умением добывать информацию, которая вообще-то считается строго конфиденциальной. — А вот как мы до нее доберемся — уже другой вопрос. Кто там следующий?

— Гайдн Эверет, — ответил напарник. — Он действительно два года профессионально занимался круч-боксингом, но оставил ринг двадцать два года назад.

— И как, хорошим он был боксером?

— Судя по результатам боев, нет, — пожал плечами Иксиль. — Но он продержался в профессиональном спорте два года, а значит, некий внутренний стержень у него все же присутствует.

— А может, ему просто нравилось получать по мор де, — предположил я. — Интересно, не ездил ли он на гастроли во владения паттхов.

— Не знаю, — ответил Иксиль. — Однако тебе, воз можно, будет интересно узнать, что в последнем бою он проиграл Донсону ДиХаммеру. Причем победа ДиХаммера оспаривалась. Это имя тебе ничего не говорит?

— Еще как говорит, — нахмурился я. — Двадцать лет назад вокруг ДиХаммера разгорелся один из самых грандиозных скандалов за всю историю круч-боксинга. Он был куплен с потрохами одним из совладельцев группы судостроительных компаний «Тр'дамиш Спирация», да?

— У тебя хорошая память, — похвалил Иксиль. — Тут приведено краткое содержание той истории, плюс еще один любопытный факт: «Тр'дамиш Спирация» была одной из первых компаний, которые разорились с по явлением «таларьяка».