Чтение онлайн

– Говори, Дион, – облегчил его участь Ингмар, имя старосты он предварительно спросил у сопровождавших его стражников.

– Мы проверили все следы, сеньор граф, они заканчиваются вон в том лесу. Куда же она запропастилась, эта корова?

– У них коровы всегда убегают, – послышались голоса из толпы, – вот найдут ее – будут еще извиняться перед нами. Может, где-то в лесу заблудилась.

– В лесу хорошо посмотрели? – спросил граф.

– Да, все обошли вместе с людьми барона, нет нигде и следа.

– Кто мог украсть?

– Я своих людей знаю, думаю, никто на такое не способен.

– Оказалось – способен. Закон знаешь? – спросил Ингмар, и продолжил, – а закон таков: если вора не найдем – вся община будет платить за пропавшее животное. Согласны?

– Это несправедливо! – закричали вилланы, – может, она в болото провалилась.

– Это наша земля и мы отвечаем за все, что на ней происходит, – жестко отрезал граф, – либо вы найдете корову или вора, либо будете платить.

– Я, пожалуй, еще раз пошлю мужчин в лес и на болото, пусть проверят повнимательней, – нерешительно буркнул Дион.

– Такого быть не может, чтобы совсем не было следов, и никто не видел это животное, – заявил хевдинг, – всегда найдутся глаза, которые видели, уши, которые слышали. Просто чей-то рот молчит, либо тут у вас, в Эльбуа, круговая порука.

Все замолчали. Людям было неприятно, что подозрение падало на всех, как будто они всей общиной украли корову у такого же нищего виллана.

– Вы давайте, ищите, а я проеду по селению, – заявил граф и дернул поводья.

– Послушай, Беньот, – обратился Ингмар к начальнику стражи, которого взял с собой, – думаю, дело здесь не чисто. Корову украли.

– Такое бывает в наших краях, – согласился француз, – и скажу вам, что в последнее время это не первый случай. Завелся воришка в графстве, но вот почему его покрывают?

– Значит, воришка не один, – размышлял Ингмар вслух, – сейчас лето, Беньот, не так ли? А корову разделали, мясо протухнет быстро, если не закоптить. У тебя хлеб есть?

Командир стражи был удивлен неожиданному повороту мысли молодого графа, но все же ответил, что хлеб и сыр всегда берет в дорогу, как подобает воину.

– Отлично! Давай.

В это время небольшой отряд уже подъехал к одному из домов. В отличие от других, из трубы, торчащей из черепичной крыши, валил дым.

– Похоже, здесь вовсю идет процесс копчения, – понюхав, отметил граф и кинул кусок хлеба собаке, лениво лающей на непрошенных гостей. Пес безразлично отвернулся от подачки, а в малюсеньком окошечке произошло движение – быстро задернули занавеску.

– Видишь, собака до того нажралась потрохов, что на хлеб и смотреть не хочет, – перекосился хевдинг, – это в селянской-то семье! Да и сами хозяева явно не рады гостям. Эй, ребята, вытаскивайте-ка всех наружу, да и мясо не забудьте!

Стражники быстро соскочили с коней и несколькими ударами выбили закрытую изнутри дверь. Через минуту все члены воровской семьи уже валялись распростертыми на песке у крыльца. Тут же горкой сложили приготовленное для копчения мясо.

– Сеньор, – возопил хозяин дома, – я завалил свою корову, так в чем же моя вина?

– Что же понудило тебя сделать это в летнюю жару, – брезгливо процедил викинг – он явно не верил.

– У нее вздулся живот, могла сдохнуть. Наверно, съела что-то плохое.

– Сейчас приведут старосту, твоих соседей, – процедил граф, – все знают твой скот, посчитаем, проверим, это совсем не трудно. И, о горе тебе, если ты врешь.

– Он не врет, сеньор! – закричала жена хозяина и, вскочив с земли, бросилась к графу, – это наша корова! Но стражники быстро вернули ее на место.

– Еще раз тебе повторяю, лучше признайся сразу, если воровал. Если подозрения подтвердятся, и ты будешь продолжать упорствовать – подвергнем тебя пытке. Тогда все расскажешь, и про прошлые грехи тоже.

Вскоре подошли староста Дион и остальные жители Эльбуа. Староста Дион вначале не поверил, что вора так быстро нашли, но, взглянув на гору мяса, полностью перестал сомневаться в причастности Шлоэ, так звали подозреваемого, к краже. Это было видно по тому, как внезапно посерело его лицо. Он гневно глянул на вора, а потом опустил глаза к земле. Староста страшно переживал из-за позора, упавшего на общину. И, похоже, намного сильнее, нежели сам преступник.

– Что же ты, Шлоэ, – проговорил он, – или тебе перед богом и людьми не стыдно?

– Да не брал я!

– Ладно, «не брал», – возразили из толпы, – вон уже и твою корову из леса ведут, которую ты там к березе привязал. Думал обмануть своих? А как бы нам пришлось платить за тебя? Судите его, сеньор!

Ингмар спустился с Дагни и уселся на наспех возведенный трон, который быстро соорудили по приказу старосты из подручных материалов. Одну ногу он поставил на пустую бочку и, упершись локтем в колено, оперся на руку подбородком. В такой позе хевдинг просидел несколько длинных минут.

– Ну, чего ждете? – поднял он свои голубые глаза на старосту, – разводите огонь, грейте железо докрасна, будем пытать.

– Зачем пытать? – взвыл Шлоэ.

– Будем пытать тебя раскаленным железом, пока ты не признаешься во всех своих кражах, вор!

Под рыдания жены вора и плач его детей вилланы быстро разожгли костер, и запах копченого мяса смешался с дымом от соломы и дубовых чурок. Костер с треском разгорался, один из воинов сунул в уголья большую черную подкову. Шлоэ заворожено смотрел на то, как ворочают щипцами кусок железа, который ему придется взять в руки.

– Наверное, готово, – пробормотал стражник и плюнул на подкову. Слюна зашипела, а жена вора закричала еще сильнее.

– Нет, не готово, – возразил Ингмар, – кали докрасна! Или ты все расскажешь, или пусть бог решает твою судьбу. Не будет ожогов на руке – ты не виноват, будут – пеняй на себя.

Виллан отвернулся, не выдержав прямого взгляда судьи. Тем временем подкова стала красной, стражник щипцами вытащил ее из огня и понес в сторону испытуемого.

– Я признаюсь во всем, – заорал вор.