Чтение онлайн

– И поэтому тоже, Гли. Пойми меня! Я император, у меня пока нет наследников, мне никак нельзя умирать.

– И что же должна сделать я?

– Помочь мне. Помоги мне, пожалуйста, Гли! – он смотрел на меня, да так жалостливо.

– И чем я тебе могу помочь?

– Ослабить браслет, и вообще, как-то снять это состояние.

– И что же для этого нужно?

– Нужно меня поцеловать. Ну, или ещё что-нибудь, – Лука впервые улыбнулся мне открыто.

Поцеловать. Какая чудесная идея!

– Лука, скажи честно, ты идиот?

– Что? – он недоуменно переспросил.

– Ты правда думаешь, что я буду тебя целовать после твоих признаний? После того, что ты мне сейчас сказал?

– А что я такого сказал?

Я закрыла глаза.

Что он такого сказал, Гли?

– Лука, все семь лет, что я жила вдали от тебя, я не переставала думать, что ты – лучший из мужчин. Я и не думала о том, что в мире есть кто-то другой, кто согреет меня и избавит от одиночества. А о тебе с твоей любовницей ходят слухи! Говорят, что она и есть настоящая императрица, и что никто не сбегал, это просто император чудит.

Лука улыбался всё шире и шире, с каждым моим словом.

– Ты в самом деле считаешь, что я избавлялся от одиночества с Милавой?

– А, ну вот теперь я знаю её имя, – я развела руками. Весь разговор похож на фарс. – Какой смысл в нашей беседе, если ты не видишь проблемы?

– О какой проблеме ты говоришь, Гли? Я твой муж! Богиня подтвердила нашу истинность, у нас есть парные браслеты. Разве может кто-то другой разрушить эту связь? Эта связь нерушима!

– Лука, у тебя любовница! Опомнись! И ты спокойно мне в этом признаешься!

– Конечно спокойно! Я никогда не переживал по поводу случайных связей, они ничего для меня не значат и не значили.

– То есть, если бы я носила твоего ребёнка, то случайных связей было бы больше?

– Богиня! Гли, ну это же просто удовлетворение моих мужских потребностей! Что мне делать-то?

Это точно мой Лука?

– Уходи, Лука. Я попрошу вашу Богиню избавить нас от браслетов истинности, чтобы ты удовлетворял свои потребности в любое время.

– Да что тут такого, Гли? Это делают все мужчины нашего мира! Если ты спросишь своего отца, то узнаешь, что после исчезновения твоей матери, он тоже нашел ей замену и довольно быстро! Это даже не считается изменой! Я ведь не люблю Милаву, я люблю тебя!

– А она любит тебя?

– Кто?

– Милава твоя. Бедная женщина! Ты семь лет использовал её для своих потребностей, а теперь что?

– Что?

– А теперь что ей делать?

– Какой странный вопрос!

– Темный Бог тебя разбери, проваливай из моего дома!!! Я больше не хочу иметь с тобой ничего общего!!!

Я решительно встала с сундука, открыла входную дверь и повторила:

– Уходи!

– Гли, да что с тобой?

– Уходи, Лука!!! Я не могу принять всё это. Желаю тебе счастья с твоей Милавой!

Он медленно прошел мимо меня, окатив непонимающим взглядом.

– Гли, ты уверена, что поступаешь правильно?

Я кивком показала на открытую дверь.

И Лука ушел.

Просто ушел, словно и не приходил никогда, будто бы так и нужно.

– Гли, ты правильно поступила, – я осознала, что Уголёк что-то говорит мне спустя какое-то время. – Гли, очнись, ты можешь простудиться, сидя на полу у двери, уже смеркается.

Кот терся об меня тёплым чёрным боком.

– Скажи, Уголёк, ты всё это знал? Ты знал, что Лука – такой?

– Какой такой?

– Что он так легко впускает в свою жизнь других женщин, не рассматривая это как измену? Разве это правильно?

– Смотря что считать правильным, Гли. Император считает, что нарушать обещания, данные истинной, не проблема.

Я молча смотрела на сумерки в дверном проеме и мыслей не было.

Поступки и слова Луки казались мне предательством. Разве могут быть такие отношения нормальными? Почему мне никто не говорил, что мужчины так поступают?

Ах, да! У меня же не было матери, я росла с отцом и нянечкой.

Если Лука говорил правду, нянечка вполне себе могла заменить моему отцу жену.

О чем я только думаю!

– Не печалься, дорогая, – Бог появился внезапно, словно сотканный из темноты. Наклонив свою рогатую голову, он стоял, прислонившись спиной к двери. Деревья не шумели, и вообще, на мир будто накинули покров молчания. – Не грусти, Гликерия. Ты не первая, кого удивляют такие поступки, и не первая, кто не может их принять.

Бог сел на порог, вытянув свои длинные ноги на ступеньках.

– О чём это ты?

Он шумно втянул ноздрями воздух, и также шумно выдохнул.

– Сдается мне, что клетка, в которой ты жила при отце, была еще уже и меньше, чем я предполагал. Что рассказывал тебе отец об отношениях между мужчиной и женщиной?

– А в них есть что-то особенное? Есть какой-то секрет?

Широкая улыбка растянула морду Бога. Она выглядела странной и страшной одновременно, но она не пугала меня.

– Я понял, Гли. Я поговорю с Богиней и попрошу её помочь тебе снять браслеты истинности с тебя и Луки.

– Почему ты будешь просить за меня, мой Бог? – он не смотрел на меня, но я чувствовала, что он пришел меня поддержать.

– Потому что в тот момент, когда я помог твоей матери тебя спасти, я отчасти стал твоим отцом. Я вернул тебя с дороги смерти, на которую ты уже ступила на тот момент. Уже близок тот момент, когда я покажу тебе, что случилось тогда. А пока, – он повернулся ко мне и внезапно очень нежно погладил меня по голове. – Тебе нужно хорошо отдохнуть, завтра к тебе придут первые покупатели трав и зелий.

– Откуда они обо мне узнают?

– Это всё Верховная. С ней ты тоже потом поговоришь об этом. А ты, безобразник, – он перевёл свои желтые глаза с вертикальными зрачками на Уголька, – ты следи за безопасностью. И сразу сообщай мне, не затягивая!

Бог встал, потягиваясь.

– Подожди, – я схватила его за штанину, и тут же отдернула руку. – Мой Бог, это ты прислал сюда бобра?

– Бобра? – он хищно посмотрел на меня. – Бобра?! – он взревел. – Вот, кто создал эту ситуацию! Гли, иди в дом. Я всё решу сам.