Чтение онлайн

— Значит так, бойцы, слушай мою команду, дальше мы будем прорываться с боем. Приготовьте наш пулемёт и гранаты, стрелять будем на ходу.

Я сдал назад и выключив фары, они точно только помешают в такой ситуации. Ночь была лунная поэтому границы дороги четко просматривались, а фары — это просто отличная мишень. Мы приготовили пулемёт и гранаты, а также все важные документы, чтобы быстро покинуть машину при необходимости.

Утопив в пол педаль газа до упора мы как заправские гонщики выехали к месту нашей недавней остановки. Для Рунге и его окружения наш манёвр был полной неожиданностью: на полной скорости мы врезались в группу стоявших на дороге солдат и разметали их в стороны, зацепив мотоцикл. От удара треснуло лобовое стекло, а Николай, выставив дуло пулемёта в заднее, дал длинную очередь. На этом наше везение закончилось, по нашей машине открыли беглый огонь бронетранспортёр и несколько пуль видимо попало в колёса, так как машину сильно занесло, и она направилась в кювет, до спасительного поворота мы не дотянули метров сто.

Эту стометровку мы преодолевали так: я нёс на плечах полковника как барана, сзади бежал раненый Николай с ранцем и документами, а Андрей пятился, отстреливаясь из автомата. Нашей троице удалось уйти без потерь, только потому что с нашей стороны тоже ответили, и мы все-таки смогли забежать за поворот дороги.

— Кто такие? — раздался грозный окрик. Теперь опасность больше угрожала нам с нашей стороны.

— Свои, разведка! — что было сил крикнул я, — Возвращаемся с языком, нам срочно нужен штаб, нужно передать ценные сведения.

Видя, что мы тащим немецкого полковника, а Николай ещё и ранен, наши немного подрасслабились и опустили винтовки.

— Так, стоять! Сдать оружие и идите за мной! — приказал из темноты сержант, — Пленного отдать нам!

— Здесь ещё документы для штаба фронта! — сказал я, перехватив из рук Николая ранец с бумагами и вручая его сержанту.

— Разберёмся, Сапонин, присматривай здесь, раненого в медсанбат!

Я привалился к стене окопа, а боец приставленный к нам с удовольствием закурил трофейные сигареты, на радостях я отдал ему всю пачку. Минут через 20 нас с Андреем вызвали в штабную хату. Видимо этого времени хватило, чтобы понять ценность полученных документов, и важность языка.

— Рядовой Теркин! — представился я

— Рядовой Чопорец! Наша часть выходит из окружения.

Мы синхронно достали документы, и протянули их капитану, который находился здесь один.

— Рядовые, — с сомнением покосился на нас капитан, — Ну с возвращением, рядовые!

И капитан достал и поставил на стол бутылку водки. Я с облегчением выдохнул и попросил мне вернуть мое оружие. Капитан с улыбкой выложил на стол мой маузер.

После первых двух стопок за товарища Сталина, капитан попросил нас рассказать нашу историю путешествия по немецким тылам. Вспомнив, кто такой Теркин, я решил, что наши подвиги можно и немного приукрасить. Но вначале привирал я совсем немного: так получалось что мы убили не трёх, а пятерых жандармов, а перед выходом на наши позиции уничтожили роту фрицев и бронетранспортёр, ну а полковник — очень важная шишка которого охраняла целая рота фрицев, которую мы естественно также ликвидировали. Слушая нас, капитан только цокал языком, на его лице читались удивление и азарт, видимо он сожалел, что его не было в составе нашей боевой группы.

По моим словам, выходило что на последнем участке маршрута мы ликвидировали столько немцев, что их наступление в этом месте просто захлебнётся, несколько танков и бронетранспортеров было уничтожено, что посеяло значительную панику в тылах врага, о которой возможно доложили самому Гитлеру.

— Ну и горазд ты брехать товарищ Василий, — прошептал мне на ухо Андрей, когда капитан отправился за второй бутылкой самогона, первую мы приговорили довольно быстро, потому что каждую нашу победу мы отмечали очередной стопкой. Я только подмигнул в ответ, алкоголь действительно ударил мне в голову, и я сам поверил в свой рассказ, и чтобы капитан не сомневался, я достал свой маузер с целью немедленно передёрнуть затвор и стать для него личным порученцем товарища Сталина, но видимо какие-то крупицы здравого смысла у меня ещё оставались. Капитан вернулся, и мы приняли на грудь. А потом все начало погружаться в туман. Капитан снова провозгласил тост, я сказал, что мне уже хватит, но он спросил против всяких правил:

— Вася, ты меня уважаешь? Иначе я не поверю в твой рассказ.

— Федя, — заплетающимся языком сказал я, — Тебя уважаю, ты же понимаешь, что все что я рассказал — это чистая правда? И чтобы доказать это я сейчас же выгоню немцев из Степного. Где мой автомат? Дай мне автомат, и две гранаты, вперёд!

Последнее что я помню, это то как я встал и направился к выходу из хаты, после этого наступила темнота. Очнулся я от того, что кто-то тряс меня за плечо, это был Чопорец.

— Что случилось, где мы? Мы что выпили вчера?

— Да выпили и не мало, вставайте нас сейчас машина в штаб армии повезёт.

— А где капитан Сидорчук?

— Он на позиции, готовится к бою за Степное.

— А я его вчера что, не успел взять?

Чопорец молча с укором протянул мне полстакана самогона, я залпом выпил. Стало гораздо лучше. Для поездки в штаб, я решил, что нужно все-таки переодеться в свою форму, однако сапоги оставил немецкие. Мы вышли в предрассветное утро, капитан смотрелся огурцом.

— Федя!

— Вася!

Мы обнялись как старые знакомые.

— Ты извини там за вчерашнее, ну это… — начал я.

— Да ничего, славно посидели, видимо долго ты не пил, пока по немецким тылам пробивался. Но ничего практику восстановишь и быстро вернёшься в форму.

— Обещаю, — сказал я и пошёл за бойцом в сторону штабной эмки, потом быстро обернулся и подбежал к капитану.

— Федор, ты на Степное сейчас пойдёшь?

— Да, есть такой приказ.

— Дай карту, и я быстро сверяясь с навигатором в своей панели нарисовал ему огрызком карандаша в его блокноте полную диспозицию немцев, аккуратно выделив все огневые точки противника. А вот ещё что: через полчаса бомбардировщики их отбомбятся в этом квадрате, так что переждите их налёт и тогда уже начинайте и не лезь на рожон!

— Спасибо, Вася, — сказал капитан и крепко пожал мне руку, и мы снова обнялись, потом он уставился на карту и вмиг сделался очень серьезным. Оглядываясь назад, я видел, как он также стоит и что-то обдумывает, я очень надеялся, что он воспринял мою информацию не как очередной пьяный бред.

Честно говоря, в машине, которая везла нас в штаб армии, я очень сожалел что не поучаствовал в бое за Степное, где-то там пробирались из немецких тылов окружены, которым тоже хотелось помочь, но приказ командования был важнее и документы ждали своей отправки в штаб, а вместе с этим подходила к концу и моя очередная миссия.

Штабная машина М-1 легендарная советская эмка везла нас в штаб 4-й армии Коробкова Западного фронта. В машине нас ехало пятеро: впереди сидели водитель с лейтенантом-особистом, а мы с Андреем пристроились на заднем сиденье, подпирая с двух сторон нашего пленного полковника, его уже предварительно допросили и он оказался очень ценным языком. Полковник со связанными впереди руками сидел с понурым видом низко опустив голову, под левым глазом у него багровел свежий синяк, было видно, что его арийская спесь сильно поубавилась и он полностью готов к сотрудничеству с красной армией. Машина то и дело подпрыгивала на ухабах, и мы все подскакивали, практически ударяясь головой о крышу.

— Не дрова везешь, Рязанцев! — крикнул особист водителю после очередной такой встряски.

— Извините, товарищ лейтенант, ямы кругом!

— Притормаживай тогда.

— Так вы же сами приказали, побыстрее!

— Побыстрее, но только нас не угробь! Где вас только понабрали таких вот новобранцев-засранцев.

Особист громко засмеялся собственной шутке, оглянулся назад и словно оправдываясь сказал мне:

— Прислали нам вот таких на пополнение. Вернее, ещё не прислали. Только списочный состав пополнили на бумаге. А сами новобранцы где-то в эшелонах на путях застряли. Может, вообще не доедут. Под бомбёжку попадут. А часть числится полностью укомплектованной по документам. Вот и работай тут…