Чтение онлайн

— Так я был там! — задрав подбородок к небу, важно заявил мальчишка.

— Как? — не удержалась от вопроса, который он ожидал.

В зал суда могли попасть только высшие чины, да знать, поэтому мое искреннее изумление было предвиденным.

— Влез через окно на чердаке, — всё так же деловито ответил.

— И? — теперь мне не терпелось услышать продолжение.

— А в последний день, Змей приказал открыть все двери. Простой люд и повалил, даже яблоку негде было упасть. И после заключительных речей обвинителя и защитника, попросил у короля разрешения добавить от себя пару слов. Тот благосклонно разрешил. Что тут началось! Этот Змеище, по-другому не скажешь, такую речь толкнул об упадке нравов и о том, что бедняжки, попавшие в рабство, никогда уже не смогут иметь собственную семью, детишек. Зал рыдал, дамы вообще в обмороке, даже король прослезился! Я еле сдержался, чтобы не закричать ему: «Браво!», но побоялся испортить ему игру. Если бы не знал всё подноготную этого прохвоста, решил бы что он только из монастыря выпустился, и направлен к нам дабы научить жизни праведной. В общем, — закончил мальчишка, переведя дыхание, — король по высочайшему своему указу, отослал банкира и лордов, участвовавших с ним в работорговле, на дальние поселения, в глушь невероятную.

Наследник сделал хорошую мину при плохой игре, и даже поддакнул герцогу, когда понял, к чему всё идет.

— Только герцог нажил врага себе в его лице, — заметила обеспокоенно.

Шкет пожал плечами:

— Одним больше, одним меньше — разницы никакой, — добавил глубокомысленно. — Всех врагов его сиятельства и не сосчитаешь. Только сам виновник, по-моему, совсем не волнуется по этому поводу.

С парнишкой мы расстались глубокой ночью, договорившись, что как только он выяснит основные детали: где будет проходить встреча, когда, и с кем, возьмёмся за разработку дальнейшего плана действий.

После рассказа Шкета, меня с ещё большей силой потянуло увидеть герцога. Еле дождалась утра. Наскоро позавтракав и покормив Соули, стала собираться к зданию Тайной канцелярии. Долго раздумывала, в каком обличье перед ним предстать. Лисой-то уж понятно, нельзя. Мальчишкой — тоже небезопасно. Потому, особо не мудрствуя, отправилась сама по себе, без всяческого маскарада.

«Почему бы и нет — рассуждала по дороге. — Могу же я проведать собственного пациента, разузнать о его здоровье и самочувствии».

Внутри скреблись кошки, от осознания собственной беспомощности. Тянет на него хоть краешком глаза посмотреть, вот тянет и всё. Он меня не звал, да и не являлся больше с того дня. Может и не желает видеть, позабыл давно. Но, не смотря на доводы рассудка, ноги сами несли меня вперёд.

Сегодня самое страшное здание нашего города не казалось таким уж пугающим, а наоборот даже влекло меня к себе.

На удивление, герцог оказался на месте. Моя задвинутая подальше гордость немного надеялась, что пронесёт, но ей не повезло. Зато сердце безумно обрадовалось и принялось отбивать восторженную чечётку, а губы сами расплылись в улыбке от осознания того, что скоро его увижу. Вот и заветная дверь, с трепетом легонько постучала и, дождавшись тихого и строгого «войдите», открыла.

Его сиятельство восседал за столом, погрузившись в чтение каких-то бумаг. Аден стоял у окна. При моём появлении первый поднял голову, а второй обернулся. На лице первого, не отразилось никаких эмоций, а второй широко улыбнулся.

Сердце на миг сбилось с ритма. Совсем иную реакцию я ожидала от герцога, а он опустил голову, как будто пожаловал ничего не значащий посетитель и продолжил заниматься своими бумагами.

Все обязанности по общению со мной и соблюдению прочих норм приличия и гостеприимства возложил на себя граф. Вновь он вызволяет меня из неловкой ситуации. И в другое время, была бы ему признательна и благодарна, но сегодня мешало чувство обиды, которое раз за разом обращало мой взор на герцога: что делал вид: будто увлечен документами и совсем не обращал на меня внимания.

Аден был мил и приветлив, засыпал меня вопросами, пытаясь всё моё внимание сосредоточить исключительно на себе.

Его сиятельство пребывал в полном молчании, лишь изредка сверлил нас недобрым взглядом и всем своим видом демонстрируя, что наша болтовня здесь неуместна и мешает ему решать важные государственные дела. Со страшной силой захотелось покинуть это негостеприимное место.

Но граф, кажется, поставил себе цель — меня заговорить, его вопросы сыпались бесконечно. А когда заговорили о Соули, я на мгновение забылась и с огромным удовольствием рассказывала об успехах и достижениях моей девочки. Наконец и эта тема иссякла, и я заторопилась на выход.

— Мне пора, — проворковала ласково графу. — Забежала проверить как мой пациент. Но вижу, он совершенно здоров, потому спешу отклоняться.

При этом бросила ледяной взгляд на герцога, но тот посмотрел на меня совершенно равнодушно.

— Как вы нас покидаете?! — сделал умильную мордашку рыжик.

Я ему лишь улыбнулась и принялась прощаться:

— Аден! — и вежливый поклон графу.

— Ваше сиятельство! — произнесла холодным деловым тоном, присев в небольшом реверансе, а затем, не оглядываясь, быстро вышла за дверь.

Внутри бушевала такая буря, что хотелось всё снести на своём пути. Чтобы хоть как-то выпустить пар хотела было пнуть стену в коридоре, но внезапно меня подхватили под руку. Даже дёрнулась от неожиданности.

— Я вас провожу, — заявил его сиятельство тоном, не допускающим возражений.

В изумлении приподняла одну бровь. «Чего это он за мной побежал?»

— Не стоит, — осторожно освободила свой локоть из его захвата, давая понять, что мне это не нужно. — Я сама, как-нибудь, доберусь.

— И всё же я провожу, — его ладонь с настойчивостью вернулась ловко на место.

— Благодарю, ваше сиятельство, я дорогу знаю, — отказалась, добавив в голос язвительности, и вновь попыталась выдернуть руку.

Но не тут то было, на сей раз он держал крепко, и неторопливо вёл меня к выходу. К обиде примешалась злость, я сейчас взорвусь и тресну ему как следует, и пусть меня потом посадят.

«Надо же, а Лису он по-другому встречает. И в комплиментах рассыпается и с поцелуями лезет… А на меня даже не смотрел, не мог от своих бумажек оторваться» Обида накатила с новой силой.

«Значит вам Лиса нравится?! Так, да?! Ах, вам Лисонька по вкусу пришлась?! Рыжеволосые, видите ли, ему нравятся и зеленоглазые! Ну, всё! Я её собственными руками уничтожу! Больше, вы, ваше сиятельство, никогда её не увидите! Всё!

Волосы перекрашу в тёмно-каштановый! Или нет — в черный! Глаза будут карими, а лучше тоже чёрными, так, чтобы даже зрачка не видно было. Ничего, что слишком светлый цвет кожи, я и её закрашу. Есть у меня такая травка…».

Неожиданно мои мысли приняли совсем иной оборот:

— «Так! Стоп! Это что, я сама к себе ревную?»

Мимо воли на лице проступило наряду со злостью еще и удивление. Но герцог был сосредоточен на том, чтобы вести меня, в одном ему известном направлении, потому странной мимики не заметил.

«М-да… Дожилась! — подумала с грустью, но тут же исправилась: — И не к себе я ревную, а к образу, но мной придуманному. Я ведь не такая… Или такая? Что-то совсем запуталась… Да, какая разница?! Это он всё виноват! Зачем мне голову морочил?! Пнуть его, что ли, в то самое место, которым он думает, когда за Лисой гоняется. И это, явно, не голова».