Чтение онлайн

Она терпеливо дожидалась своей очереди, подходила к небольшому складному столику, привезенному с собой продавцами, подавала литровую банку. Мужчина наливал черпаком из большого бидона молоко. Женщина, принимала деньги, отсчитывая сдачу. Так было каждый раз. Но однажды…

Людмила вернулась домой и увидела, что ее «ботаник» уже сидит за компьютером. Он даже не соблаговолил открыть дверь. Пришлось воспользоваться своим ключом. Оставив сумку с молоком в кухне, Людмила прошла в комнату мужа.

– Доброе утро, милый, – она чмокнула его в щеку.

Он ее.

– Доброе, – ответил он скупо, не отвлекаясь от монитора.

Людмила хотела открыть окно, но муж категорически был против.

– Ни в коем случаи. Ты хочешь, чтобы меня продуло?

Людмила вздохнула. Только этого ей как раз сейчас и не хватало.

– В комнате очень душно, – проговорила она в качестве аргумента, который, впрочем, на мужа не подействовал.

– Только форточку, – сказал он.

Людмила вздохнула. Пусть будет так.

– Представляешь, что сегодня было, – сказала она, немного обижаясь, что муж даже на минуту не в состоянии оторваться от своего дурацкого компьютера. И разговаривая с ней, сам таращится на монитор.

– Вместо дождя на головы граждан посыпался снег? – шутливо произнес он.

Людмила посчитала его шутку вполне идиотской, но, тем не менее, достаточно спокойно отнеслась к ней.

– Если бы, – произнесла она, решив все-таки высказать обиду.

– А что же тогда? – спросил муж, наконец-то повернув к ней лицо. На этот раз выглядел он в некоторой степени напряженным. Это Людмила не могла не заметить.

– Я как обычно подала банку продавцу. Этому бородатому молочнику. Он налил в нее молока. Закрыл крышкой. Стал ставить банку в сумку, в то время как я отдала женщине деньги. И тут я заметила, что, ставя банку в сумку, он шарит рукой в сумке. Представляешь? – Людмила произнесла это так, словно молочник был рядом, и она хотела его пристыдить за непристойный поступок. – Я такой шум подняла, – гордо произнесла она, – что этому нахалу мало не показалось.

– Успокойся, – выслушав ее, спокойно сказал муж.

Людмила не ожидала такого равнодушия с его стороны.

– Что значит, успокойся. Ничего себе. У меня в сумке будут шарить, а я должна успокоиться? Хорошенькое дельце, – еще больше возмутилась она.

– Да что в этой старой сумке можно нашарить? – усмехнулся муж.

Людмила хмыкнула, удивляясь тупости своего «ботаника».

– Как это что? Оказывается в сумке, внутри есть карман. Я не подозревала. Так вот мне показалось, что этот молочник шарил рукой именно в нем. А ведь в нем могли быть какие-то деньги. Мне явно показалось, как будто он что-то там взял, – не отступала Людмила от своего, поражаясь спокойствию мужа. Если уж он не желает ее поддержать, то оставаться таким равнодушным, просто не имеет права.

– Береги нервы, – сказал супруг «ботаник». – Ничего страшного не произошло. И в сумке у тебя он ничего не взял и не мог взять. По крайней мере, денег там уж точно не было. И не зачем было поднимать шум. Не за чем орать. Понимаешь меня? – последовало строгое замечание, воспринять которое спокойно Людмила не могла.

– Да, но он что-то взял. Я ведь не слепая, – проговорила она раздраженно, припоминая инцидент до тонкостей. За ней в очереди оставалось не более шести человек. Но пусть этому бородатому мужику будет стыдно перед ними. Вдруг он к кому-то еще из очереди залезет в сумку. Пусть это будет предупреждением и ему и таким же доверчивым простушкам, как она.

Людмила вышла в кухню. Услышала, как муж стал звонить по телефону. По привычке к его разговору она не прислушивалась. Услышала только, как вначале муж перед кем-то извинился. Не понимала, за что ему следует извиняться, если он уже две с половиной недели не вылезает на улицу. Потом до ее слуха долетело несколько мало понятных фраз, которыми «ботаник» обещал, что ему остается совсем немного.

Она не знала, что это означает. Во всяком случаи, ей от мужа частенько приходится слышать нечто подобное. Похоже, это выражение «совсем немного», стало его любимым. К обеду не дозовешься. Ему видишь ли, остается совсем немного. И это немного, растягивается еще часа на два. Людмила привыкла.

Ночью, ворочаясь с боку на бок, она вдруг проснулась и заметила, что мужа рядом нет. Это ее нисколько не удивило. Иногда ее чудной «ботаник» вместо того, чтобы спать, как все нормальные люди, предпочитал совсем другое. И в этот раз в маленькой комнатушке, которую муж величественно называл кабинетом, горела настольная лампа. Вот только его самого возле компьютерного стола не было.

Людмила тихонечко встала и, выглянув в коридор, увидела, что в прихожей горит свет. Муж держал в руках ту старую сумку, с которой она ходит за молоком. Удивилась. Что это еще за новость такая? Оказывается у ее простачка «ботаника» есть от нее секреты. И один из них – дискета, которую он только что засунул внутрь сумки.

Она нисколько не сомневалась, что дискета попала в тот самый внутренний карман, о существование которого Людмила и не подозревала. Но зачем он ее туда положил?

Людмила не знала, как быть. Закатить ему сцену прямо сейчас, или отложить это на утро? Решила все-таки отложить на утро, потому что утро вечера мудренее.

А утром проснулась, и напрочь забыв про то, что видела ночью, быстро оделась и побежала за молоком. В очереди она оказалась четвертой. Самым первым был старичок, ветеран войны, вырядившийся как на парад. По крайней мере, Людмила нисколько не сомневалась, что, собираясь за молоком, он нацепил на засаленный пиджак все значки и медали, которые только в его доме имелись. И теперь бряцая наградами, негодовал по поводу высокой цены на молоко.

Людмила особенно не прислушивалась к его болтовне. Скучающим взглядом водя по сторонам, терпеливо дожидалась, пока старичок наконец-то расплатится и уйдет. Но ветерана, как видно потянуло на общение. И откуда только он взялся такой дотошный. Раньше его Людмила не видала тут.

Кажется, старик просто так уходить не собирался. Стал докалываться до продавцов, откуда молоко, и есть ли у них разрешение на торговлю тут.

Небольшая очередь из нескольких человек, в том числе и Людмила, готовы были проклинать старого. Сам он молока уже купил, и теперь решил поискать правду матку, докучая всем остальным и рассуждая на тему несправедливости, раздражая продавцов своим присутствием. Так, по крайней мере, решила Людмила, заметив, что продавцы молочники занервничали. Но тут же она поняла, что причина их невроза была совсем в другом, когда глянув, увидела, остановившуюся неподалеку белую «Тойоту» с тонированными стеклами.

Из машины явно наблюдали за тем, как идет торговля.

Людмила подала банку бородатому продавцу. Старалась не смотреть ему в глаза. После того случая с сумкой ничего кроме неприязни к нему не испытывала.

– Мне как всегда, – сказала она словно в пустоту.

Показалось несколько странноватым, что продавец приняв из ее рук банку, наполнил ее молоком, и как обычно поставил в сумку. Людмиле опять показалось, что он своей лапищей шарит по сумке, но на этот раз она возмущаться не стала. Раз это нисколько не волнует мужа, то почему должно волновать ее. Пусть шарит, сколько хочет. Она перехватила его взгляд.