Чтение онлайн

– Поскандалили? – подсказал майор.

Степанов кивнул.

– Было. Он на нас попер. Чуть нам ноги своей машиной не отдавил. Ну мы ему хотели накостылять, так он, гад, Витальке ногой по челюсти заехал. А мне вот сюда, – показал Степанов на огромный синячище на левом виске. – Я отрубился сразу.

Федор закурил, угостил сигаретой Степанова. И когда тот прикурил, спросил его доверительным голосом:

– Значит, «скорую» не ты вызывал?

Степанов встряхнул взлохмаченной головой, отрицательно покачав ею из стороны в сторону.

– Не я, гражданин начальник. Я ж говорю, в отключке был. Врачи меня самого отхаживали. Виталька, наверное вызывал. Он пил поменьше. Потрезвее был.

– Понятно. Виталька, говоришь? – задумчиво произнес Туманов.

Степанов согласно кивнул.

– Видно он оклемался быстро. Челюсть, это ведь не висок. Это меня тот пидор вырубил сразу и надолго.

Сидевший рядом Грек, обернулся в пол-оборота к Степанову и погрозил кулаком.

– Знаешь что, уважаемый, – нахмурился капитан, – ты давай тут без этих выражений. А то вот. – Кулак мелькнул перед опухшей физиономией Степанова.

Степанов испуганно отшатнулся в сторону и если бы не подлокотники, наверняка бы упал со стула. А Грек, сверля его своими черными глазами, проговорил:

– Чего ж ты, гад, плетешь нам тут целый час о том, что не убивал Феклистова, а врачи со «скорой» когда приехали, обнаружили тебя с ножом в руке.

Степанов скрестил руки на груди и всхлипнул.

– Истинный бог, говорю, гражданин начальник, не убивал я его, – сказал он, уже обращаясь непосредственно к Греку.

Капитан Грек сердито ухмыльнулся.

– Все вы так говорите. Не убивал он, – передразнил он Степанова. – А нож в твоей руке? На нем твои отпечатки пальцев. Это, брат ты мой, улика.

– Да не мой это нож. Клянусь здоровьем своих детей, – воскликнул Степанов и заплакал.

– Чего? – нахмурился Грек. – Не твой нож?

Степанов покачал головой.

– Не мой. Гадом буду, не мой. Мой лежал в кармане. Перочинный. Мы с Виталькой им консервы открывали.

– При досмотре у него в кармане был нож? – спросил Федор у Грека.

– В кармане не было. А на скамейке лежал какой-то с поломанным лезвием, – ответил Грек.

Услышав про поломанное лезвие, Степанов едва не вскочил со стула.

– Во-во. Это как раз мой нож и есть. С черной пластмассовой ручкой. На ней еще трещинка вдоль, – закивал головой Степанов.

Грек покосился на него, потом сказал со вздохом:

– Все точно, один к одному, – он открыл свою ячейку сейфа, где обычно хранил пистолет, и достал целлофановый пакет, в котором лежал маленький перочинный нож, увидев который, Степанов на этот раз все же вскочил со стула, и Лешке Ваняшину пришлось его силой усадить обратно.

– Вот он, мой нож, – усевшись обратно на стул, проговорил Степанов. – А чей тот, я не знаю.

– И не знаешь, каким образом он очутился у тебя в руке? – спросил Туманов, на что алкаш отрицательно покачал головой.

Грек сидел и молчал, раздумывая, чего их майор возится с этим алконавтом. Главная улика, есть. Это нож, которым и был убит Феклистов. Экспертиза подтвердила это. Чего ж еще надо? А то, что Степанов отказывается, пускает тут им слюни и сопли, говоря, что он не убивал, это еще не аргумент, и суд его учитывать не станет. Есть факт убийства, значит должен быть и человек, совершивший этот факт. И человек этот у них есть. Так стоит ли теперь с ним тратить столько времени.

– Стоит, – заупрямился Туманов, чем вызвал у Грека к себе неприязнь. – Лично я не верю, что этот пьяница замочил Феклистова, – сказал майор, после того, как Грек вызвал его в коридор на два слова.

– Не веришь, значит? – настойчиво повторил Грек.

Федор покачал головой.

– Нет, не верю, – еще более настойчиво произнес Федор, глядя Греку прямо в глаза. – Я понимаю, о чем ты сейчас думаешь…

Грек с удивлением кивнул.

– Надо же, – сказал он с ухмылочкой.

– Да, да, – утвердительно сказал Федор Туманов. – Что у нас большая загруженность. Возиться не охота. К тому же, на твой взгляд, тут все очевидно. Что скажешь не так? Ну не молчи, – потребовал майор.

Грек вздохнул.

– А на твой взгляд, не так?

– На мой – не так. Ты пойми, Саня, уже не первый раз тебе говорю, никогда не спеши с выводами, потому что жизнь человеку поломать легко. А вот поправить…

Грек махнул рукой, указав на дверь кабинета за которой сидел Степанов под присмотром Ваняшина.

– Да он сам себе ее поломал, – сказал он про алкаша.

– Чем? Тем, что с приятелем Виталькой зашли в сквер выпить по стакану в тот самый момент, когда туда приехал Ник Феклистов?

– Да хотя бы. А что, скажешь, это роковая случайность? Ты же не веришь в случайности, – прищурившись, проговорил Грек.

– Это роковое совпадение, – сказал Туманов.

Грек молчал, обдумывая все, что тут наговорил ему майор. В объективности его отношения к подозреваемому в убийстве Феклистова, не сомневался. Слишком хорошо знал Федора Туманова. Бескомпромиссен и беспощаден майор к преступникам. Да и вряд ли бы он стал симпатизировать какому-то алкашу. И Грек призадумался, готовый согласиться со всем сказанным Федором Тумановым. И уже без недавнего запала, проговорил:

– Ну хорошо. Допустим, Степанов не виновен. Тогда, получается, что убийца, его дружок – Виталька?

Федор положил Греку по приятельски руку на плечо.

– Саня, ты вспомни, какое сложное дельце нам досталось. Что не шаг, одни загадки. Ну сам подумай, мог ли такой человек, как Ник Феклистов вот так просто погибнуть в случайной драке?

Грек подумал.

– Ну… – начал, было, он.

Но Федор Туманов остановил его, сказав:

– Нет, Саня. Ни Степанов, ни его приятель, алкаш Виталька, Феклистова не убивали. Это однозначно.

Грек не понимал, с чего майор такое взял, и не упустил, чтобы не спросить об этом у Федора Туманова.

– Интуиция подсказывает, – резонно заметил на это майор. – Все было хорошо обдуманно и спланировано, как в случаи с Калугиным. Феклистов должен был погибнуть, и он погиб.

Грек не стал оспаривать майорское мнение. Спросил только вкрадчиво:

– Тогда, кто же настоящий убийца? Интуиция тебе это не подсказывает?

Федор воспринял слова приятеля Грека как насмешку, но обижаться на друзей не умел.