Чтение онлайн

Уходя, Вихорка еще раз обернулся, чтобы проверить, не мелькнет ли в толпе сегодняшняя грустная девочка с желтыми рукавицами.

– Деда, – спросил вдруг Вихорка, – а я, когда вырасту, тоже привидением стану или так и буду всегда радость чинить?

Дед оступился, бросил на Вихорку неразборчивый взгляд из-под густых бровей, кхекнул. Но Вихорка не отводил от него вопросительного взгляда.

– Нет, дружочек, – ласково сказал ему Дед, аккуратно подбирая слова, – у тебя будет совсем другое дело.

Вихорка тем временем положил свою ладошку в Дедову руку, схватился за нее и, уставившись на их переплетенные ладони, задумчиво сказал:

– А я вырасту вообще? Смотри, Деда, у меня вся рука все время ровно на столько же меньше, чем твоя. Может, я и не буду никогда расти? Так и буду всегда твоим внучком?

Вихорка смотрел на их руки пристально и слегка изумленно, раньше эта мысль не приходила ему в голову. И не видел, как печально и задумчиво разглядывает Дед его солнечную макушку.

Мимо них, не замечая ничего вокруг, пробежали две хохочущие девчонки. Они на ходу метали друг в друга полные варежки снега и весело взвизгивали. Вихорка с завистью проводил их взглядом. Они его не заметили, а он бы с удовольствием поиграл с ними в такую игру.

– Ну почему они никогда со мной не играют?! – обиженно спросил Вихорка Деда.

Тот пожевал свой неровный ус (с правой стороны он почему-то был вдвое длиннее, чем с левой), помолчал:

– Сам знаешь почему, – пожал плечами Дед, стараясь говорить помягче. – Они, видишь же, не полупрозрачные, живые.

– А я какой?! – возмутился Вихорка, не замечая, как осекся Дед на последнем слове.

– Ты тоже живой, – твердо сказал Дед, – но другой. Те, кто тебя не видит, – у них с радостью и так все хорошо, а вот другим ты необходим. Ты их главный помощник, без тебя и твоих умений у них радоваться не получается, понимаешь?

– Понимаю, – вздохнул Вихорка. – Сто раз уж говорил. Все равно обидно.

Но обижаться подольше у него не получилось. Дед взял и столкнул его в пушистый сугроб на обочине дороги. Вихорка завозился в нем, захихикал и забыл обо всем.

Перед сном, укутываясь в пышное пушистое облако, Вихорка добавил к своей неровной башенке из фигурных снежинок еще одну – за сегодняшнего мальчишку на ледянке. Башенку он собирал сам, и она никогда не разваливалась, хотя была заметно кривоватой. Снежинок было ровно по числу детей, которым ему удавалось вернуть радость. Вихорка помнил их всех – каждого подлеченного им полупрозрачного ребенка, а значит, и каждого взрослого. Каждый день перед сном он горделиво и тщательно пересчитывал снежинки. Дед один раз это заметил, но только хмыкнул. Вихорка даже обиделся. Сказал Деду с досадой:

– Видишь, сколько насобирал? Уже скоро 100 будет!

Дед издал в ответ неопределенный звук – то ли в знак поддержки, то ли уходя от темы – Вихорка не понял. Поэтому и уточнил:

– Дед! А сколько надо людей починить?

Дед пожевал задумчиво губу и загадочно сказал:

– Порой достаточно и одного… Надо только найти его…

И заторопился по своим Дедовым делам, так и не дав Вихорке переспросить, что это могло значить.

Утренние часы Вихорка любил больше всего. Эти первые, дремотные минуты, когда еще не понимаешь, где ты и что происходит, и тягучую негу, которую хочется продлить как можно дольше… Но этим утром все пошло не так, как надо. Перед самым пробуждением Вихорке приснился сон – самый теплый из всех, которые он видел. Сны ему снились не очень часто, но каждый был как подарок.

Однажды, например, ему приснилось море. Оно было холодным, волны с барашками догоняли и быстро кусали Вихорку за пятки. Но и эти веселые укусы, и заводной рой морских брызг его только веселили – страшно не было. Словно бы он точно знал, что море его не обидит.

Сегодня сон был другим. Ему приснились веские грозовые и легкие перьевые облака. Приснилось, будто бы он лежит туго стянутый одеялом, на руках у кого-то. Лица он не может толком различить – только пух мягких волос и ласкающий взгляд. Из-за этого сна Вихорка вернулся в реальность не мягко, как обычно, а попал в нее резким толчком. Сон был таким ярким, таким живым, таким странным, что выпадать из него не хотелось. Он перевернулся на живот, зарылся лицом в сахарную вату облачной подушки и старательно зажмурился, вспоминая детали. Но сон не возвращался. Промучившись так какое-то время, Вихорка сдался и сел с недовольным видом. Он огляделся. Деда не было.

Конец ознакомительного фрагмента.