Чтение онлайн

Огромный желто-белый диск луны поднимался из-за высотного здания. Небо было плотно затянуто иссиня-черными тучами. Каждая окаймлена неоновым лунным светом. Этот свет, неестественно фосфоресцирующий, был, казалось, разлит в воздухе. Вставная «челюсть Москвы» – так москвичи окрестили два ряда безвкусных, безликих зданий на Калининском проспекте – выглядели как плохо вычищенные зубы.

Анатолий посмотрел на дядю Костю, но водитель, казалось, ничего этого не замечал. Так же, как и всегда, он глядел на дорогу, и всем своим спокойным видом выражал уверенность в победе нашего правого дела… Анатолий прекрасно знал – на дядю Костю можно положиться в самой непредсказуемой ситуации.

Позади остались Калининский проспект, улица Горького, Ленинградка, поворот направо. Вот, наконец, и аэропорт Шереметьево, яркими огнями обозначенный в темноте.

Столичный аэропорт, в отличие от города, никогда не спит. Ночью его ритм немного стихает, да и только.

Анатолий сразу увидел Гали. Ока стояла у подъезда, где располагался депутатский зал – зал для «небожителей».

Не успел он открыть дверцу, чтобы выйти, как она уже впорхнула в машину.

– Доброй ночи, Анатолий Иванович! – защебетала Гали, окутанная облаком французских духов. – Спасибо, что быстро приехали! Я так устала!

В самолете мое место оказалось рядом с каким-то итальянцем, противным типом, он мне всю душу вымотал своими приставаниями. Я от него еле сбежала. – Она закрутила головой по сторонам. – Вон он, посмотрите! Давайте лучше в машине поговорим, не хочу на него нарываться.

Анатолий проследил за ее взглядом и через стекло увидел мужчину средних лет, не по годам располневшего, в распахнутом белом плаще на клетчатой подкладке, который мелкими шажками прочесывал зал ожидания.

Барков повернулся к водителю:

– Константин Иванович, отвезите нас, пожалуйста, в гостиницу аэропорта. Дремавшую дежурную пришлось разбудить. Но стоило ей увидеть Баркова, как остатки сна слетели с нее окончательно. Молодцеватым жестом она взбила свою слегка помятую прическу, и быстро направилась к щитку с ключами.

КГБэшный ключ от оперативного номера висел отдельно от остальных на вбитом в стену массивном гвозде. Дежурная передала ключ Анатолию и скосила глаза на стоявшую у входа Гали.

Оценивающим взглядом, окинув ее фигуру, дежурная вдруг встрепенулась, подтянула внушительных размеров живот и тоненько пропела: «С чего начинается Ро-о-дина»…

Выдержки майору Баркову было не занимать. Так что расхохотался он, лишь закрыв за собой дверь в номер.

В оперативном двуместном номере не было ничего лишнего – все для работы. Но, впрочем, некоторые детали комфорта не возбранялись. Анатолию по долгу службы здесь приходилось бывать часто.

Гали удобно устроилась в кресле:

– Нельзя ли организовать чашечку кофе?

Анатолий без лишних слов приготовил кофе, достал диктофон «Грюндиг» и приготовился слушать.

Гали, вышколенная своим куратором, знала, что любое сообщение нужно начинать с главной идеи или описания события, а потом уже останавливаться на деталях.

Еще в самолете, между кокетливыми улыбками соседу, она шлифовала главную фразу, с которой готовилась начать беседу.

– Я зацепила летчика ВВС США, который готов за три миллиона долларов наличными посадить истребитель F-16 на территории Советского Союза, если ему при этом будет гарантирована личная безопасность. Его условие – это будет разовая сделка.

Воображение у Анатолия развито было с детства. Около пяти лет он с удовольствием занимался в студии живописи при Дворце железнодорожников в Ташкенте.

И сейчас, перед ним открылся экран и он вдруг увидел себя в форме, с погонами подполковника.

Вдоль стола, в зале заседаний, сидят члены коллегии КГБ, в том числе и его начальник Управления. Видение было очень четким. Ощущалось, как жарко и душно в зале, как течет под тяжелым кителем по спине струйка пота, как проступает на лбу испарина.

И еще очень четко и ясно виделось, как Председатель КГБ СССР пожимает ему руку, что-то говорит и лично вручает орден.

Майор Барков словно услышал свой собственный голос, прозвучавший в напряженной тишине зала чуть хрипло, но отчетливо: «Служу Советскому Союзу».

В реальность его вернул встревоженный голос Гали:

– Анатолий Иванович, с вами все в порядке? Мне почему-то кажется, что вы меня не слышите.

Барков вышел из транса и вернулся в реальность.

Легкую насмешливую нотку в ее тоне он предпочел не заметить.

– Нет! То есть, да, все в порядке. Слушаю тебя очень внимательно, рассказывай, – сказал он, отгоняя от себя видение. Для этого потребовалось немалое усилие воли.

Пожив немного в Париже и успев в некоторой степени пресытиться им, Гали с упоением отдалась путешествиям.

Еще в детстве Галя Бережковская просто «глотала» книги. Толстого и Достоевского, Чехова и Тургенева, русскую и зарубежную поэзию и даже дореволюционные, основательно потрепанные, бульварные романы. Галя читала быстро, и ничто не испарялось из ее памяти.

Она частенько сражала собеседников точностью приводимых цитат.

Особенно любила маленькая Галя приключенческую литературу. Уютно устроившись с очередным томиком Жюля Верна или Александра Беляева, она ныряла в мир приключений так разительно отличавшийся от ее собственного.

Из убогой коммуналки она переносилась в мечту: погружалась вместе с капитаном Немо в темные глубины Индийского океана, с нестареющим Дорианом Греем бродила по лондонским притонам, с инженером Гариным жгла заводы и фабрики адским гиперболоидом.

На стене, в отведенном ей уголке Галя повесила копию карты Острова Сокровищ, не поленившись сделать ее «по всем правилам». Листок, стилизованный старательными девчоночьими руками под кусок старого пергамента, завораживал Гали. Нередко она часами сидела, устремив на него затуманенный взгляд, и о чем-то мечтала…

Давно миновали годы коммуналки. Жизнь Гали, насыщенная и бурлящая, как стремительный поток, уносила ее из безвозвратного прошлого в неизвестное будущее. Но в блистательной мадам Легаре все еще была жива та маленькая девочка, которой так мечталось о дальних странах, о неведомых морях, о захватывающих дух приключениях.

Чтобы познать страну, характер людей ее населяющих, культуру, богов, которым они покланяются – одной туристической поездки явно недостаточно. И даже продолжительное пребывание в столице или крупных городах, позволяют иностранцу только чуть-чуть приоткрыть завесу, скрывающую от любопытных глаз вековые традиции народа, передаваемые из поколения в поколение.