Чтение онлайн

– А я вот представляю, как они цапнули тебя за мягкое место, - огрызнулся вор.

– И давно ты думаешь о моем мягком месте?

– Так же давно, как и ты об этих чертовых пауках, - рявкнул в ответ Рахсан.

– О-о-о!
– воскликнул Альхазир, - тогда у тебя просто огромный опыт по части мягких мест!

Потеха продолжалось недолго. Эмилю, по всей видимости, было не под силу обуздать двух словоохотливых повстанцев, поэтому он попросту разослал их в разные концы церемониального зала для поиска улик.

Немного времени потребовалось отряду, чтобы разыскать интересующий их объект.

– Зильриз! Что это за предметы?
– окликнул Эмиль некроманта, указывая на алхимический стол, заваленный странного вида стеклянными шарами, размером с яблоко.

– Колбы. Пустые, - промолвил Зильриз, поднеся прозрачные предметы к лицу.

– Колбы для чего?

– Для душ, - мрачно ответила подошедшая Эхмельзара, на что некромант лишь кивнул головой.

– Но какое это отношение имеет к разработкам гильдии?
– спросил озадаченный Эмиль.

– Пока не могу понять, какое именно, но имеет, безусловно, - ответил Зильриз, перебирая колбы.

– Души испытывали муки, - произнесла Зара, касаясь шаров кончиками пальцев.

– Обычно их мучают для того, чтобы выпытать интересующую информацию, - промолвил некромант.

– Да, но, мне кажется, такое количество душ пытали не для того, чтобы выяснить что-то, - сказала жрица.

Эмиль отошел в сторону, не мешая беседе двух знатоков по части темного ремесла, в ожидании услышать вердикт.

– При страданиях высшей материи, то есть души, выделяется энергия, которой можно воспользоваться для определенного вида заклятий, - рассуждал Зильриз, - колбы пусты, а, значит, содержимым воспользовались для чего-то.

– Да, но не в этот раз, - тихо ответила Зара, принюхиваясь, а скорее, пытаясь уловить магические колебания, исходившие от стеклянных предметов, - они перелили души из одних колб в другие. Хотели запутать. При каких обстоятельствах терзаемая душа начинает давать показания?

– При подчинении, - пробормотал некромант, теребя подбородок, - но зачем? Некромантия еще не достигла тех высот, чтобы забирать души на пути с Фархорна в загробный мир, боги не позволили бы такому свершиться. Нам и так хватает молтурианцев.

– А что, если они смогли?

Зильриз вдруг замер и внимательно, без тени волнения посмотрел в глаза жрице.

– Тогда мы будем уничтожены в кратчайшие сроки.

– О чем вы?
– спросил Эмиль, поняв, что самое время вступить в диалог.

– Незримое войско изуродованных душ, - ответил некромант, - находящихся во власти гильдии. Но это лишь гипотеза.

– Как такое возможно?
– промолвил воитель, - император ведь не полный олух, чтобы позволить одной из гильдий начать разработку такого смертоносного оружия.

– Император может не знать об этом, - предположила Зара.

– Найтэлий не позволил бы свершиться такому, - повторил некромант, - он хранитель смерти и прерыватель жизни.

– Чего боги могут позволить кому-то, а чего не могут, мы знать не можем, - сказал Эмиль, - но одно мы знаем точно - нельзя позволить гильдии создать эту армию.

– Сюда, сюда!
– завопил вдруг вор из другого конца зала, поставив точку в утверждении воителя.

Откликнувшись на зов товарища, отряд сию секунду собрался возле второго выхода из церемониального зала.

– Там! Идут!
– гудел Рахсан, тыча пальцем в глубину скрытого мраком тоннеля.

И действительно, тревога была поднята не напрасно. Из густой тьмы растянувшегося змеей коридора тихое эхо доносило отголоски шаркающих о разбитый пол катакомб ног.

– Мертвецы, - процедила Зара.

– Гильдия знала, что мы придем, - подытожил Зильриз.

– Ну, как тебе это?!
– хмыкнул никогда не унывающий Альхазир, по всей видимости, имея в виду колкие фразы вора про некомпетентность гильдии.

– Да чтоб тебя!
– гаркнул Рахсан.

– Идут с обеих сторон, - прошептала Зара, зажмурившись, - их много.

Мрак тоннелей, словно в ответ на фразу жрицы, черными волнами нахлынул на берега освещаемого церемониала зала, своим мертвенным дуновением затушив магических воробьев, погрузив помещение в кромешную тьму.

– Не-не! В темноте я с этими драться не буду, - заканючил вор.

– Зара, эликсиры!
– скомандовал Эмиль.

Разобрав колбы с зельем, отряд тут же осушил их.

– Можно в следующий раз добавить сюда сахара?
– плевался вор после горечи напитка.

– Ты каждый раз это спрашиваешь, а я каждый раз тебе говорю, что оно и так с сахаром, просто то, которое с кислятиной, мы припасаем специально для тебя, - на полном серьезе ответил Альхазир.

– Когда мы разберемся с этими вонючками, я тебе устрою!
– огрызнулся Рахсан.

– Они уже совсем рядом!
– поморщился Эмиль, почуяв смрад разложения.

Зелье ночного зрения подействовало как раз вовремя. Теперь члены отряда могли воочию увидеть заполнившие тоннели толпы приближающихся мертвецов, которых от повстанцев отделяло каких-то пару сотен метров.

– Наш единственный выход - пробиться через один из тоннелей. Те, что движутся с южного входа, дойдут до нас минут через пять, - сообщил план Эмиль, - поэтому у нас есть время для того, чтобы заманить толпу с севера в зал и дать им бой. Рахсан! Твоя задача добраться до некромантов, пока мы будем отвлекать зомби, и ликвидировать их - только в этом случае мы сможем пробиться к выходу на поверхность.

Вор, который в душе был готов к чему-то подобному, в ответ только хмуро кивнул.

Будь Хасим рядом, уничтожение колдунов было бы менее опасным занятием, нежели в одиночку. Нет, конечно, ему множество раз доводилось работать кинжалом, в особенности, когда он состоял в банде налетчиков на караваны, чье логово располагалось вблизи Фашхаранского города Карфах.

"Эх, лихие были времена", - на миг погрузился в воспоминания Рахсан. И все-таки вору было более по душе прикарманить какую-нибудь дорогостоящую побрякушку из дома знатного семейства, желательно, сделав сие деяния как можно более дерзко, к тому же, нацарапав на стенке пустого сундука символ в виде змеи, зажавшей в пасти монету. "Да, по подписи его узнавали сразу", - улыбнулся Рахсан, - "и так же быстро до богатеньких увальней доходило понимание того, что денежки им никогда не вернуть". Рахсан был первый в списках разыскиваемых воров Фашхарана. Был. Это самое "был" болезненно кололо самолюбие вора, но другого выбора, как примкнуть к повстанческому движению, а, следовательно, бросить свои преступные занятия, у него не оставалось. А самое смешное, что не империя добралась до него, а тот злополучный "преступный мир", которому он служил верой и правдой столько лет, достал его первым. И угораздило же его "навести уборку" в поместье Харифа, содержателя публичных домов в городах Карфах и Зейфир. Ну ладно бы просто вынести дорогостоящие безделушки, так нет же, рука, как говорится, зачесалась накарябать змею на портрете хозяина дома, занимавшего пол-стены у него в спальне. Нет, Расхан был отнюдь не дурак, но недавняя ссора с Харифом распалила вора до крайности. После дерзкого посещения Рахсаном поместья выяснилось, что хозяин дома был не только управителем продажной любви в двух городах Фашхарана, но еще и правой рукой Суры - личности, контролирующей весь поток теневых денег, обращаемых в империи, включая поступления от азартных игр, контрабанды и прочих сфер преступной деятельности. Сура, словно огромный толстый паук, находящийся в центре раскинувшейся паутины, дергал своими длинными волосатыми лапами за ее нити, подобно музыканту, играющему на лютне, исполняя свою темную симфонию. Вот почему образ Суры предстал в мыслях вора в виде паука.