Чтение онлайн

— А ты рада, мама?

Девушка вновь улыбнулась мне и в уголках ее глаз ярко блеснули соленые капли. Я первая шагнула к ней навстречу и обхватила руками за плечи, прижимая к себе так сильно, как только могла. От тепла, охватившего меня с головы до пят больше не было сил скрываться и я расплакалась, уткнувшись в ее шею. И она расплакалась, обняв меня так же крепко в ответ.

Мы стояли так, плача и улыбаясь, наверно целую вечность, пока она мягко не отстранилась от меня, сказав искренне, глядя мне прямо в глаза.

— Я счастлива. Видишь? А теперь, знаешь что, милая… иди ка ты сюда!

— Мама… почему?

— Луна, потому что я люблю тебя, дочка. Знаешь, я хотела назвать тебя Амелией, как твою бабушку, но так вышло, что последнее, что я произнесла, когда тебя положили мне на руки в ту ночь, когда я родила тебя, было это слово. Просто я увидела, как чудесно луна отражается в твоих прекрасных блестящих глазках.

— Мама…

Сил сдерживать слезы больше не осталось, но только я сделала шаг ей навстречу, она отстранилась вновь и, потянув рукав своей кофты, настойчиво утерла соленую влагу, растекшуюся по моим щекам, приговаривая.

— Не плачь, я не жалею ни о чем, кроме того что так мало времени провела с тобой там, на земле. Но мы встретимся вновь. Очень не скоро, но я обещаю, что не сомкну здесь глаз, пока этого не случиться. Я всегда была и буду рядом с тобой Луна. Вот здесь. А теперь, иди!

И оттолкнула меня от себя. Я по энерции сделала шаг назад и вдруг почувствовала что меня с непреодолимой силой тянет дальше, прочь от нее, от Майры и от этой поляны… в холод, дождь и вязкую темноту, разверзшуюся прямо за моец спиной!

— Нет! Постой! Но я же… но меня же…

— Ну, что за глупости? — вдруг нахмурилась она и погрозила мне пальцем, добавив слова эхом отдавшиеся в моей голове, — Очнись! Открой глаза! …глаза…

…Луна….

…прошу… будь…

… с ней все…

Луна…

Обрывки фраз в темноте, снова и снова. Голоса, кажущиеся знакомыми и пропадающие лишь только я начинаю их узнавать. Я словно блуждала в темноте, пытаясь кричать, но лишь беззвучно открывала рот, теряя силы. Пока наконец впереди не показалась слабая полоска света.

Яркая, до рези, но такая желанная и я устремилась к ней лишь в последний момент осознав, что этот свет исходит от ламп под потолком, надо мной и он становится ярче не от того, что я бегу ему навстречу, а потому что вновь обрела контроль над своим телом и смогла разлепить тяжелые веки.

Лишь только это осознание пришло ко мне, как мир вокруг наполнился новыми звуками и запахами. Где-то совсем рядом попискивал и щелкал какой-то медицинский прибор, пахло больницей — лекарствами, спиртом и хлоркой, а моя левая рука затекла… потому что, и я увидела это лишь приложив немалое усилие, чтобы повернуть голову, кое-кто спал на ней, прижавшись лбом к моей ладони.

— Кайр… — губы не слушались, но хуже всего было то, что сухость драла обезвоженное горло, — Кайрэн?

Я произнесла его имя почти беззвучно и все же мой мужчина тут же поднял голову, сонно смотря на меня во все глаза. Ошарашенно и счастливо.

— Луна… Луна! Стой, подожди! Я сейчас… врача!

Он вскочил на ноги и бросился было к двери, но тут же вернулся к моей постели, подхватив с нее мою руку и, на миг отчаянно прижавшись к ней горячими губами, снова побежал прочь из палаты.

Мне было сложно улыбаться, но внутри я задыхалась от радости, что снова вижу его. Что я все еще здесь с ним и что он со мной!

А дальше в палату ворвался серьезный седой врач в компании трех медсестер и все завертелось — осмотры, лечение… Прежде чем мы смогли впервые нормально поговорить с Кайрэном прошло несколько дней. Но я была жива и быстро шла на поправку! Должно быть, волчья кровь во мне не позволила так легко сдаться, потому что ранения мои были серьезны.

А ведь Молли предупреждала меня…

Да. Это она. Когда Кайрэн рассказал мне, что она стреляла в нас в ту ночь, я не нашла что сказать. Две серебряные пули. Одна, предназначавшаяся мне, чуть не попала в сердце. К счастью, серебро — мягкий металл и, столкнувшись со стальным амулетом, который вернули мне родители Марка, отрикошетила, неглубоко застряв в ребре. Вот так, Марк даже после собственной смерти снова спас мне жизнь.

Другая же пуля, предназначавшаяся Кайрэну, попала не ему, а мне в голову, чудом не убив. Доктор сказал, что если бы во мне было больше волчьей крови, то смерть бы непременно наступила, едва ядовитый для волков металл попал в тело, но и она лишь задела мозговую оболочку, пройдя навылет у самого виска.

Я лежала в искуственной коме почти неделю и многое пропустила, но, если говорить честно, ни о чем не жалела.

Во-первых, я увидела маму… нет, я не могла знать это наверняка, но почему-то не могла сомневаться в том, что то видение было настоящим.

Во-вторых, Кайрэн все это время был рядом со мной! И больше никто и ничто не угрожало нам.

— Что с Молли? — задать этот вопрос я решилась только тогда, когда врач наконец разрешил мне вставать с постели.

Нет, я не лежала в больнице. Поскольку и особняк и все прочие владения Блэкмора теперь принадлежали Кайрэну, мне устроили палату прямо там, в одной из лучших комнат дома. Из которой теперь безумно хотелось сбежать… хоть бы и к аллее с акациями, по которой мы с Марком на огромной скорости удирали от Блэкмора на машине Кайрэна.

Услышав мой вопрос, мужчина смерил меня задумчивым взглядом и ответил не сразу.

— Она жива. Ее жизнь зависела от того, выживешь ли ты.

Кайрэн говорил жестко, не глядя мне в глаза. По той волне еле сдерживаемого гнева, которая захватила меня при этих его словах, я поняла что такое решение дорого ему стоило и он до сих пор не был уверен в том, что поступил правильно не растерзав ее на месте.

Я коснулась его руки, заставив посмотреть на меня и мой мужчина смягчился.

— Спасибо. Я не хочу ей смерти.

Он чуть улыбнулся, отведя взгляд.

— Я знаю. Поэтому и не убил ее.

— Что с ней теперь будет?

Кайрэн помолчал. По тому, как он недовольно поджал губы, было ясно что меньше всего на свете он хотел сейчас вести именно этот разговор. И все же уступил мне, потому что не мог не знать насколько это было для меня важно.

— Не знаю. У тебя есть идеи?

— Может… просто отпустим ее?

— Исключено. — Отрезал он, но я не готова была на этом закончить.

— Что бы ни случилось, но она ведь любила Дарэна. Кто знает, на какие бы зверства пошла я, если бы тебя в ту ночь забрали у меня…