Охота на Золушку
Шрифт:
– Что она делала в клинике, я же просил её остаться дома.
– Её вызвали туда ваши сотрудники. Её отец попал в аварию и хотел её видеть.
– Но у неё нет отца.
– Есть, так же, как и у всех. Просто он это скрывал до последнего времени.
– И кто её отец? Вы в курсе?
Пока мы разговаривали врачи очистили рану и наложили повязку, подключили капельницу поставили обезболивающее.
– Это Золотарёв. Владелец клиники.
– Александр Николаевич? Вот как значит? И давно она это знала?
– Со вчерашнего вечера.
– Нам пора, майор. Ему нужна срочная операция. Прервал наш разговор врач скорой.
– Да, доктор, конечно. Забирайте.
Каталку засунули в машину, один из фельдшеров устроился рядом следить за мной.
– Отвезите его в клинику “Возрождение”.
– Но там могут не принять, это частная клиника.
– Его примут, это их заведующий.
– Понятно. Миш слышал? Везем в “Возрождение”!
Пока не закрыли дверь машины успел крикнуть майору, то о чем не мог забыть.
– Майор!
– Да?
– Вы её найдете?
– Обязательно. Это моя работа.
– Я в долгу не останусь.
– Я знаю. Поправляйтесь Богдан. У вас прекрасная девушка, и я её вам верну.
– Спасибо, за всё.
Дверцы захлопнули, и машина тронулась в путь, по команде майора мигалки не включали, но ехали в сопровождении машины полиции.
Злата.
Поздно вечером меня разбудила Лана, принесла ужин и бутылку воды, после отвела в ванную, и вручила сменную одежду. После меня снова сопроводили в спальню, заперев на ночь. Я снова осталась одна, сил плакать больше не было, и моя дальнейшая судьба мне стала совсем безразлична. На меня обрушилась такая апатия, что мне было всё равно, что происходит кругом и тем более, что произойдёт завтра. Вместо сердца в груди зияла кровоточащая рана, и через неё утекала моя жизнь. Я так сильно влюбилась в Богдана, что жизнь без него мне казалось невозможной. Я долго сидела в темноте невидящим взглядом уставившись в стену напротив, погрузившись глубоко в себя. Пока в неясном свете луны не заметила стоящий на столе туфель, оставшийся от пары тех в которых я убегала. Заметив его, я рассмеялась, моя любимая сказка оказалась выдумкой в моей жизни. Вот ведь судьба - злодейка, подшутила над Золушкой! Братец - монстр, даже не дал посмотреть на Богдана в последний раз. Хотя о чём я, напоминание я буду видеть каждый день, тем более завтра выйду за него замуж. О, как же я его ненавидела! Всем сердцем и душой! Я схватила туфель и со всей силы запустила его в противоположный конец спальни, где, ударившись о стену он упал, тихо стукнувшись о пол. Теперь уже меня переполняла злость, апатия отступила, на меня нахлынули совсем новые для меня чувства, и только благодаря им я хотела жить дальше. Теперь я буду бороться, я не овца, отданная на заклание, которую могут пихать куда угодно и делать с ней что угодно. Я ехала сюда с единственной целью - спасти Богдана. Теперь же причины, по которой я должна подчиниться требованиям нет, а значит и свадьбы никакой не будет! За время, что я здесь провела кроме Павла и Ланы никого не видела, скорее всего мы одни. Охраны тоже нет, а это значит, что Павел даже не боится, что, кто-то может убежать или прийти за мной. Значит дело за малым нужно попытаться отсюда выбраться. Сломать замок у меня навряд ли получиться, а вот через окно уже как -то привычней.
Я снова переоделась в свои вещи, закинув на плечи рюкзак и засунув туда же бутылку с водой, стараясь не шуметь открыла окно, и как это они не успели поставить решетки на окна? Памятуя о прошлом моём побеге. В темноте было плохо видно расстояние до земли, луна как назло спряталась за тучу и стало ещё темней. Я знала, что нахожусь на втором этаже, теперь зная, что беременна боялась одного - потерять ребенка. Прыгать постоянно из окон за неполную неделю у меня уже входит в привычку. Нет, наверное, всё - таки не смогу, окинула взглядом комнату зацепившись за кровать, простынь большая на двухспальную кровать, если привязать к батареи под окном, можно по ней спуститься и не придётся прыгать чёрт знает с какой высоты.
Осенённая идеей, я стащила с кровати простынь, скатав из неё жгут, просунула край за батарею завязав на два узла и перекинула в окно. Забралась на подоконник и свесив ноги наружу закрыла глаза от страха. Так Злата соберись, в первый раз ты сиганула на адреналине, даже не задумавшись, что может что-то произойти. Теперь нужно собраться с силами и сделать это. Выдохнув весь воздух из лёгких, перевернулась на живот, ухватившись руками за простыню. И начала спускаться вниз, руки зажгло от трения с материалом, но на такие пустяки я уже не обращала внимания.
До земли оставалось всего каких -то полметра, когда меня схватили чьи -то руки.
– Ты же не думала, что я дам тебе сбежать снова?
Готовый сорваться крик застрял в горле, я судорожно вздохнула, старясь справиться с охватившим страхом. Собравшись с духом, выдала, вырываясь из его рук.
– Зачем я тебе? Я приехала только из-за Богдана. Раз нет объекта обмена, сделка расторгается. Ты его убил, и нет смысла держать меня здесь. Тебя всё - равно рано или поздно найдут, и посадят.
– Какая пламенная речь! Ты в курсе, что по закону жена не может свидетельствовать против мужа?
– Я не выйду за тебя замуж! Даже не надейся. Когда найдут тело Богдана, всем станет ясно, что замешан ты.
– Никто не узнает.
– Ты в этом так уверен? О тебе знают в ФСБ и придут за тобой.
– Ты лжёшь. Никто не знает, что у нашего сексуального красавчика есть брат - близнец, который возьмёт на себя его роль, а потом внезапно погибнет. Вот тут и появлюсь я, утешу милую вдовушку, и помогу с наследством. Ведь она так любила его, что перенесла в последствии всю свою любовь на его брата.
– Ты сумасшедший! Никто в это не поверит.
– Ты сделаешь всё, что я тебе скажу.
– Злым раздражённым голосом прошипел Павел, хватая меня за руку и потащив снова в дом.
– Иначе, ты лишишься и своего отца!
– Ты спятил!
– Да, я спятил! А ты бы не спятила от зависти к старшему брату? Пусть он и родился на пять минут раньше тебя. Ему всегда доставалось больше родительской любви, даже мать жалела, что взяла не его, а меня! Всю жизнь меня попрекала моим отвратительным поведением. Моему брату досталось всё! Богатство, самые красивые девушки, любовь родителей, любимая работа. А мне что? Постоянные упреки и нежелание отца со мной общаться? Они все пожалеют, о том, что так обращались со мной.
– Богдан сам заработал все свои деньги, и много работал ради этого.
– Ну, да мой братец святой. Куда мне до него.
Он затолкал меня в кладовку, два на два метра, окинув горящим злым взглядом с долей пренебрежения.
– Отсюда ты точно не сбежишь. Утром будешь, как шёлковая или придётся тебя снова накачать лекарством.
– Нет, пожалуйста, только не лекарством!
Я ничего не могла с собой поделать и мой умоляющий голос, и побледневшее лицо ему явно доставили удовольствие.
– Как мне нравиться твоё послушание, будешь слушаться, возможно и тебе перепадет доля моей любви. Давно хотел оттрахать девку брата, так чтобы она стонала подо мной ещё громе. А теперь располагайся, до утра уже не так много времени. А мне пора, у меня в кровати осталась горячая крошка.
Дверь захлопнулась и в замке повернулся ключ. Я осталась одна в темноте среди хозяйственной и уборочной утвари, стоящей на полках и подвешенной по стенам, здесь с трудом можно было расположиться на полу, а стоять всю ночь я бы не выдержала. Опустившись на пол, я прижала колени к груди и положила на них голову. Как я снова так вляпалась? Ведь у меня почти получилось. Или он знал, что я попытаюсь сбежать? Говорят все сумасшедшие умные, даром что дураки. Утром его лучше не злить, а то вполне может выполнить свою угрозу. От усталости и выплеска адреналина я задремала, обхватив руками колени.
А утром меня разбудила Лана, открывшая дверь кладовки и смотрящая с упрёком.
– Мы же договаривались, что не сделаешь глупостей.
– Я должна была попытаться. Ты бы сделала то же самое на моём месте.
– Возможно, не спорю. Вставай, нужно тебя одеть и подготовить к регистрации.
– Ты дашь мне телефон, как обещала?
– Не сейчас, сначала сходишь в душ и начнёшь одеваться, чтобы не привлекать внимание Павла. Пока он будет готовить машину, ты позвонишь своему человеку и предупредишь, что к десяти будешь у Петровского ЗАГСа. Там я помогу тебе сбежать, и задержу его. Помни ты обещала исчезнуть.